Глава вторая





1.
А что сей Чичиков за птица?
Ужель почтенный господин?
С ним чичкаться – вполне ль годится?
И верно ли, что дворянин?
2.
А вот представьте: он – чиновник
VI класса, да-да-да,
что по-пехотному – полковник;
très bien! вот так-то, господа!
3.
Надел в губернии Херсонской
он вправе даром получить –
и хоть из дебри пошехонской
туда крестьян переселить...
4.
И вот он в знаменитой бричке
вкатил в губернский город N.;
в неделю всем вошёл в привычку,
стал общества заметный член;
5.
с землевладельцами был мил он
и душ выказывал сродство;
уж Собакевич и Манилов
к себе в поместья ждут его...
6.
(Ах да, ещё предмет преважный:
где спал, что кушал наш герой?
Он жил в гостинице вальяжно;
при ней в трактире – ел порой

7.
извечный пирожок слоёный,
с капустою сосиски, щи,
пулярку, огурец солёный...
Ну, в общем, барин, не взыщи.)
8.
Ну что, в Маниловку? Поедем!
От города 15 вёрст.
Там угостят, глядишь, обедом,
да и коням найдут овёс...
* * *
9.
В «английском» парке, состоявшем
из клумб сирени там и тут,
темнел – в обычном духе нашем –
в зелёной тине мелкий пруд.
10.
Над ним беседку некий гений
поставил, надписавши: «Храм
уединенных размышлений»
(должно́ – курить по вечерам).
11.
Манилов был уж на крылечке.
Каков собой? – из тех натур,
что всем приятны без осечки;
голубоглаз и белокур;
12.
со всяким – искренне приветлив,
образчик ласковых манер;
к приказчику совсем не въедлив
(хоть был когда-то офицер);
13.
доверчив и к своим крестьянам
(их было – сверх двухсот дворов);
не толст, скорее, плотен станом;
ни стар, ни молод, но здоров;
14.
в трактире – курицу закажет,
велит телятинки ввернуть,
pâté из печени уважит,
но съест всего – лишь по чуть-чуть;
15.
к супруге – чувства не поблёкли,
и радовал двух деток вид:
семи годочков Фемистоклюс
и шестилеточек Алкид;
16.
супруга, Лизанька Иванна,
ему играла мастерски
по вечерам на фортепьяно,
а днем – вязала кошельки.
17.
Он был немножко слишком сладок,
мечтатель, – чересчур слегка;
но, право, этот недостаток
простителен наверняка...
18.
Был дан обед. Простой, по-русски:
мясные щи, баранья кость,
к домашнему вину закуски...
Засим – в салон был прошен гость.
19.
В курительной, слегка взопревши,
как в омут Чичиков – бултых:
продайте, мол, крестьян умерших,
что в «сказке» значатся в живых.
20.
Смущен Манилов, огорошен;
но урезонен был вполне,
что всё – légal, к тому ж – от пошлин
еще и выгода казне.
21.
Тогда Манилов – нет, он лучший!
пусть не умён, но щедр и мил! –
взял на себя оплату купчей,
а мёртвых – просто подарил;
22.
да съездить в город обещался,
чтоб купчую оформить там...
С ним долго Чичиков прощался –
и отбыл дальше по делам.
23.
Манилов же, вдаль грёзой званный,
мечтать уселся, как всегда...
что если вдруг бы Пал Иваныч
стал жить на том конце пруда,
24.
тогда бы – вот таким манером
они бы мост бы возвели
с таким высоким бельведером,
что и Москву видать вдали;
25.
и государь, узнавши дале
о дружбе этакой без ссор,
обоим дал бы по медали;
и прочий всякий разный вздор.