╔╗╔══
╚╬╬╗
╔╬╬╝
║╚╝

Зээв Дашевский


Апология Чичикова

или

Чего не знают составители примечаний

══╗╔╗
╔╬╬╝
╚╬╬╗
╚╝║

Оглавление

+
1.Осторожно: примечания!
2.Три примечания к титульному листу
«Мертвые души». – Поэма. – Том первый.
3.Занимательная антропонимика
Собакевич. – Г-жа Собакевич. – Манилов. – Жена его. – Их дети. – Ноздрев. – Мижуев. – Кувшинников и Поцелуев. – Хвостырев. – Плюшкин. – Коробочка. – Фетинья. – Лакей Петрушка. – Кучер Селифан. – Дробяжкин. – Прасковья Федоровна. – Чичиков.
4.Сколько лет герою?
Лакей Петрушка. – Приживалка Собакевичей. – Дети Маниловых. – Ноздрев. – Собакевич. – Плюшкин. – Почтмейстер. – Коробочка. – Манилов. – Чичиков.
5.Время в романе
С точностью до часа. – С точностью до суток. – С точностью до месяца. – С точностью до года.
6.Где происходит действие?
Курительные свечи. – Город NN. – «Картины с какими-то птицами». – «Бонапарт ты проклятой». – «Случись воскресенье». – Субдительный. – «Пришпандорь ... солового». – «Жидкокостая натура». – «Для большого прибытку». – Оподелдок. – «Попавши ... бревно». – Шибень. – Канфора. – Немилосердо. – Отец Кирил. – Полицмейстер. – Конпатриотка. – Белинькая. – Валильни.
7.Секрет капитана Копейкина
«Похвала сельской жизни». – Еда как характеристика персонажа: Коробочка, Манилов, Собакевич, Ноздрев, Плюшкин, Чичиков. – Еда как композиционный элемент.
8.Проблемы секса в средней полосе
Председатель. – Маниловы. – Ноздрев. – Кувшинников. – Мижуев. – Собакевич. – Дробяжкин. – Чичиков.
9.Было дело в Грибоедове
10.Гоголь как Пушкин
«Юнговы Ночи». – «Герцогиня Лавальер». – «Письмо Вертера к Шарлоте».
11.По-русски без словаря
Пассаж. – «Дикие стены». – Гравированный. – Воксал. – Пара чая. – Антраша. – Форейтор. – Полвопегий. – «Езуит». – Перелог. – Волокита. – Сиделец. – Бонбон. – Щиток. – «Полво-». – Двойник Наполеона. – Декларация. – Повытчик. – Симметрия. – Преамбиционный. – Карлсбад. – Парламент. – Мелочная лавка. – Антресоли. – Петрушка-читатель. – «За подписью князя Хованского». – Комиссия по построению Храма. – Побратима. – Растепеля. – Начеку. – Кулак. – Брудастая. – Фетюк.
12.По-инострански со словарем
Бель-фам. – Фензерв. – Бонбон. – «Шпрехен зи дейч». – En gros. – Сюперфлю. – Трюши. – Марш.
13.Художественное коневодство
Чубарый Бонапарт. – «Гнедые лошади». – Бричка, слуга, фрак. – Мухортая. – Мышиный жеребчик. – Неподкованные лошади. – Линейка. – Ботфорты. – Ременные рукавицы. – «На курьерских». – «На обывательских».
14.Задачки по деньгоматике
Полтина и двугривенный. – «Государственная». – Курс ассигнаций. – Фальшивомонетчик.
15.Прокинем талию?
«Заломить угол». – «Утка». – «Пароле». – «Сорвать банк». – Из «записной книжки». – Гальбик. – «По третьей не бьют». – «В чужую масть».
16.Помпадуры и помпадуришки
Палата. – Подьячие и приказные. – Стряпчий. – Городской голова. – Городничий. – Жандармский полковник. – Генерал-аншеф. – «Ваше высокопревосходительство». – Орденская звезда. – Флигель-адъютант. – Генералиссимус. – Протопоп. – Заседатель. – Капитан-исправник. – Личные дворяне.
17.Капитан Очевидность комментирует Гоголя
«Галдарея». – «Марморы». – «Ради». – «Повеликатней». – «Дантист». – «Однокорытники». – Иора. – «Захлебнуть куражу». – «Получать форс». – Прожект. – «Арсенал». – Кошт. – Андроны. – «Гладью» и «гадью». – Плева. – Подстега.
18.Капитан Очевидность возвращается
Клячи. – Палаш. – Эполеты. – Руло. – Мерлушки. – Хлопанцы. – Плисовые сапоги. – Роброн. – Котильон. – «Угол». – Песочница. – Календарь. – Крупичатая мука. – Пенник. – Горячее вино. – «Клико матрадура». – «Бургоньон» и «шампаньон». – Госотерн. – Царская водка. – «Питейный дом». – «Ревельский трактир».
19.Капитан Очевидность снова в бою
«Шесть суток не евши». – «Шпрехен зи дейч». – «Двести рублей на душу». – Опекунский совет. – Казенные крестьяне. – Лабазник и кума. – Шехерезада и Семирамида. – Фемистоклюс и Алкид. – Гога и Магога.
20.Не знаешь сам – спиши у товарища
Мордаш. – «Оттопанный». – Фенарди. – Трехполье. – Припека. – Кокурки. – Скородумки. – Пряженцы. – Взваренцы. – «Финтерлеи».
21.Где не ступала нога комментатора
«Деликасет». – Пресный пирог. – Треугольный шкаф. – «Его оберегали». – Место знакомства с Ноздревым. – Дом «гражданской архитектуры». – Туберкулез. – «Гамлет». – «Квартет». – «Совет Мышей». – «Песнь Невская». – «Модный католицизм». – Прокурор у себя дома. – Семейственность. – Поп в шляпе. – «Два русские мужика». – Чухонцы и жиды. – «Заплатанной». – Болезнь Плюшкина. – Сколько куплено душ. – Дети-крепостные. – «Душа-копейка».
22.В объятьях закона
«Преследования взяток». – Осуществимость аферы.
23.Был ли покойный нравственным человеком?
Проблема Наполеона. – Эволюция внешности. – «Припряжем подлеца».
24.Проблема экранизации
Жанр, метод, сверхидея. – Сюжетная последовательность. – Персонажи. – Еще несколько отличий. – Числительные. – «Киноляпы». – 1960_МХАТ. – 1979_МХАТ. – 1969_ЛенТВ. – 1984_МосТВ.
25.Заключительные замечания
Прочитанная литература. – Благодарности.
26.Условные обозначения
Рукописи «Мертвых душ». – Упоминаемые в книге издания «Мертвых душ». – Неоднократно упоминаемые источники.

Иллюстрация: Портрет Н.Гоголя   +
         
e
fefefefe
f
efefefefefef
 
hghghghghghg
 
hghghghg
efefefefefef
 
hghghghghghg
 
 


Н.ГОГОЛЬ


ПОРТРЕТ






  
efefefef
Портрет
Н.Гоголя
h
ghghghgh
g
 

1. Осторожно: примечания!

Роман Н.В.Гоголя «Похождения Чичикова, или Мертвые души» (жанр которого сам автор при первой публикации обозначил как «поэма») был впервые опубликован в 1842 году. С тех пор он стал одним из главных произведений русской классики, по нему написано множество научных трудов, он более века входит в школьную программу, его переиздавали огромное количество раз. Тем удивительнее, что комментарии, в течение многих лет сопровождающие эти издания, с одной стороны, кое-чего не договаривают, а с другой – содержат пусть не очень большое, но заметное количество неточностей и ошибок.

И ведь никто комментаторов вроде бы за язык не тянул: не знаешь – промолчи. Ан нет, обязательно им надо было вставить какую-нибудь отсебятину, – буквально наугад...

Может показаться, что нет большого смысла в том, чтобы анализировать различные «комплекты» примечаний, а надо обращать внимание только на последние по времени, в каком-нибудь самом полном, академическом, единственно верном собрании... Но дело-то в том, что у посетителя библиотеки нет никакой гарантии, что ему попадется экземпляр непременно «последнего» года издания; в уж в эпоху Интернета – различные комплекты сосуществуют на абсолютно равных основаниях! Более того, издания, имеющиеся в Интернете, требуют отдельного внимания, поскольку, независимо от номинального года издания, именно они оказываются наиболее доступными для читателей.

К тому же, современные издательства вдруг вспомнили о том, что на примечания тоже могут распространяться авторские права; и теперь они (из экономии?) стали печатать редакцию романа и примечания 1953 года! Действительно, ну что могло измениться в тексте “Мертвых душ” за прошедшее время; так какая разница, какого года примечания этот текст сопровождают, правда?..

Как бы то ни было, мы (здесь и далее «мы» – это я и... я. – З.Д.) насчитали 19 отличающихся друг от друга комплектов примечаний, доступных современному читателю; принадлежат они перу 16 «авторских коллективов» (большей частью состоящих из одного человека), которые в разное время и в разных комбинациях составлялись из одних и тех же 15 человек. Комплектов больше, чем авторов, поскольку некоторые авторы сделали по два-три «подхода к снаряду».

Не претендуя на «всеохватность» – тем более, что девять десятых каждого комплекта примечаний вполне доброкачественны, и нет смысла еще раз их повторять, – мы решаемся предложить вниманию читателей нижеследующие «примечания к примечаниям», с целью исправить по крайней мере некоторые из упомянутых ошибок (а может быть, и добавить свои).


2. Три примечания к титульному листу

2.1. Мертвые души

Начнем мы, пожалуй, с самой рискованной темы: с названия. Почему рискованной? Потому что мы рискуем тем, что читатель скажет: «Да читал я это тыщу раз!.. Эээ... Ну, ка́к читал... видел тыщу раз эти ваши придисловия-уйдисловия, в самых разных изданиях... Все вы пишете одно и то же...» И закроет наш труд; и останется он непрочитанным... И тем не менее, мы решаемся поднять эту тему, поскольку намерены огласить новую версию понимания названия.

Итак. У массового читателя в свое время было сформировано стойкое впечатление, что в названии Гоголь сочинил каламбур: общепринятому термину, обозначавшему умерших крепостных крестьян, он придал переносное значение, превратил в метафору.

Так, Д.С.Мережковский утверждал («Судьба Гоголя. Творчество», 1903):

“Мертвые души” – это было некогда для всех привычное казенное слово на канцелярском языке крепостного права.

Позднее эта точка зрения была закреплена в «Толковом словаре русского языка» под ред. Д.Н.Ушакова (1935), – в словарной статье «душа» читаем:

Мертвая душа[...] выражение идет из эпохи крепостного права, когда так назывались умершие крепостные, значившиеся в ревизских сказках.

Это представление было опровергнуто достаточно давно, в книге Н.С.Ашукина и М.Г.Ашукиной «Крылатые слова» (1955); позднее появились публикации, в которых объяснялось, что принятое в описываемую эпоху официальное обозначение умерших крестьян – не «мертвые души», а «убылые души». Последний термин можно найти и в русской классике:

Десять лет сряду за убылые души плачу...

(М.Е.Салтыков-Щедрин. «Благонамеренные речи», 1876)

Правда, в «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И.Даля (1863) читаем:

Мертвые души – люди, умершие в промежутке двух народных переписей, но числящиеся, по уплате податей, налицо.

Но эта запись, скорее всего, является следствием того огромного резонанса, который произвел гоголевский роман.

Потом пошла мода на утверждения такого рода:

“Мертвые души” – словосочетание, введенное в русский язык Гоголем. [...] Имеются в виду и умершие крестьяне, которых покупает Чичиков, и люди пошлые, с мертвыми душами.

(1982_Прос; расшифровка таких сокращений приведена в конце книги.)

Однако эта точка зрения была хороша для эпохи позднего СССР, а в XIX веке еще почитывали «Евгения Онегина» (представляете!) и даже – Баратынского (а этого представить уже невозможно):

А.С.Пушкин.
«Евгений Онегин»,
гл. 7, II (1828)
Е.А.Баратынский.
«Элегия»
(1821)
Или мне чуждо наслажденье,
И всё, что радует, живит,
Всё, что ликует и блестит, –
Наводит скуку и томленье
На душу мертвую давно,
И все ей кажется темно?
Нет, не бывать тому, что было прежде!
Что в счастье мне? Мертва душа моя!

Тем не менее, в течение долгих лет читателя душили императивом (на самом деле – идеологическим штампом): Гоголь-де писал об «омертвевших душах владельцев живых и мертвых крестьянских душ» («История русской литературы в четырех томах», 1981), а “Мертвые души” –

поэма, слишком уж перенаселенная мертвыми – как в прямом, так и в переносном смысле

(И.П.Золотусский. «Гоголь», 1979).

И только в XXI веке этот штамп постепенно, не без сопротивления сонма критиков, угревшихся у теплой стенки традиции, начал преодолеваться: все громче стало звучать мнение, что такая трактовка названия противоречит фактическому содержанию романа. Как пример этого подхода можно привести статью А.Курилова «Мертвые ли души у героев “Мертвых душ”?» (2009).

Подведем неутешительные (надеемся – промежуточные) итоги:


  • «мертвые души» – это не термин, тем более, не термин официальный;
  • выражение «мертвые души» не придумано Гоголем;
  • это выражение не описывает вполне себе живых персонажей романа.

Чтобы не оставить отечественное литературоведение у разбитого корыта, самое время нам высказать собственную теорию.

Давайте сначала. Когда Баратынский и вслед за ним Пушкин употребляли выражение «мертвая душа», они что имели в виду? Умершего крепостного? Нет.

Среди наших читателей (по крайней мере, потенциальных) еще живы люди, которые помнят фразеологизм «мертвый час» – «время отдыха после обеда (в больницах, санаториях, домах отдыха)» (1935_Ушаков), который позднее был заменен на «тихий час» (см. «Словарь русского языка» С.И.Ожегова). Этот фразеологизм восходит к тому значению слова «мертвый», которое подразумевал Пушкин: душа – лишенная оживления, замершая, застывшая, снулая.

По письмам Гоголя и по воспоминаниям современников известно о том чувстве преклонения, которое Гоголь испытывал по отношению к Пушкину. Вот, например, что писал Гоголь в частном письме (П.А.Плетневу от 16.03.1837), получив известие о смерти Пушкина:

Ни одна строка не писалась без того, чтобы я не воображал его пред собою. Что скажет он, что заметит он, чему посмеется, чему изречет неразрушимое и вечное одобрение свое, вот что меня только занимало и одушевляло мои силы.

Поэтому мы вправе предположить, что Гоголь для названия своего романа использовал цитату из Пушкина, – она вполне для этого подходила, причем сразу по нескольким причинам:


(1) все-таки описывала персонажей задуманного романа, только не с «омертвевшими», а с «уснувшими» душами; как пояснял позднее Гоголь («Четыре письма к разным лицам по поводу “Мертвых душ”», 1843):

вследствие уже давно принятого плана Мертвых душ для первой части поэмы требовались именно люди ничтожные. [...] в ней все лица до единого должны быть пошлы [в отличие от] умных людей, занятых жизнью опытною и дельною...

(2) выражение «мертвые души» могло, пусть и с некоторой натяжкой, трактоваться как означающее «убылые души», так что все-таки – каламбур состоялся;

(3) такое название придавало произведению некий флер загадочности, «модного мистицизма», призвано было интриговать потенциальных читателей, – ведь вне контекста современники Гоголя не понимали, о чем будет идти речь;

(4) наконец, цитата из Пушкина являлась данью уважения тому, кому Гоголь приписывал замысел всего сюжета (впрочем, начав это делать только после смерти Пушкина; см. Ю.Дружников. «Дуэль с пушкинистами», 1991).

2.2. Поэма

Первое упоминание о “Мертвых душах”, как сказано в послесловии любого издания, мы находим в письме Гоголя к Пушкину от 7.10.1835:

Начал писать Мертвых душ. Сюжет растянулся на предлинный роман и, кажется, будет сильно смешон.

А более чем через год, в письме к Погодину от 28.11.1836, вот как Гоголь характеризует свою работу:

Вещь, над которой сижу и тружусь теперь..., не похожа ни на повесть, ни на роман, длинная, длинная, в несколько томов... Если бог поможет выполнить мне мою поэму так, как должно, то это будет первое мое порядочное творение.

Но жанр, описанный Гоголем, имеет название «эпопея». Гоголь прекрасно это знает, он же сам составил «Учебную книгу словесности для русского юношества» (1845), которая как раз описывает литературные жанры. Почему же он называет свою работу «поэма»?

Да потому, что в частной переписке – это вид самоиронии, прием снижения; повторять раз за разом «пишу роман» – это как-то немного слишком пафосно, не правда ли? А вот при публикации...

Литературоведами потрачена уйма умных слов, призванных доказать, что Гоголь считал... нет, не то чтобы считал, но мог считать... нет, не мог, конечно, но... уф, ну, допустим, использовал слово «поэма» в другом, в «оценочном» смысле... э-э... или – для обозначения «жанровой уникальности» (хотя какая тут, к чертям собачьим, уникальность)... Короче, как сформулировал В.Г.Белинский («Литературный разговор, подслушанный в книжной лавке», 1842):

Я пока готов принять слово «поэма» в отношении к “Мертвым душам” за равнозначное слову «творение».

А вот нам кажется, что наиболее близка к истине блестящая догадка А.Минкина (эссе «Немой Онегин», 2017):

Но это ж так просто: один гений пошутил, а другой подхватил шутку. Первый назвал поэму романом, а Гоголь-насмешник свой роман – поэмой.
...посмотрите на обложку первого издания «Мертвых душ». Название – мелкое, Гоголь – совсем мелко и внизу, а в самой середине обложки огромными буквами ПОЭМА. [...] Автор обложки – Гоголь. [...] Он буквально тычет в глаза читателю слово «поэма». Что́ это, как не привет «роману» Пушкина. [...]
Оба были отчаянные любители валять дурака и морочить публику и – больше того – дразнить ее.

И косвенным доказательством может служить то, ка́к Гоголь называл пушкинский «роман» («Выбранные места из переписки с друзьями», 1847):

Поэма вышла собранье разрозненных ощущений, нежных элегий, колких эпиграмм, картинных идиллий...

2.3. Том первый

Эта надпись, естественно, отсутствовала в обоих прижизненных изданиях; прилепили ее только после публикации (в 1855 г.) черновиков нескольких глав из ранних редакций второго тома.

Литературоведы норовят рассматривать различные аспекты романа “Мертвые души” в контексте своего знания о том, что автором предполагался (и якобы даже был написан) «второй том». Пытаются втиснуть между томами образную систему, апеллируют к развитию образов в черновиках второго тома (почему-то игнорируя тот факт, что они наверняка достаточно далеки от сожженного варианта), рассуждают о времени действия в «первом томе», оглядываясь на восьмилетний промежуток, который объявлен в томе втором...

Факт заключается в том, что Гоголь предполагал существенно переработать первый том (о чем нам известно, например, из письма к Плетневу 20.03.1846), в том числе, видимо, и для того, чтобы он сопрягался со вторым по времени действия. Но это было бы уже какое-то другое произведение. И поскольку сделать этого Гоголь не успел (или передумал), имеет смысл рассматривать то, что есть («первый том») как законченное произведение, без оглядки на несуществующее продолжение.

Или, как замечательно сформулировал герой всеми с детства любимого романа В.А.Каверина «Два капитана»:

Валя заметил, что у Гоголя есть еще [...] из второй части “Мертвых душ”, которую Гоголь сжег, но я возразил, что раз сам Гоголь ее сжег, стало быть, не о чем и говорить.

3. Занимательная антропонимика

На то, что в романе многие имена являются «говорящими», обратил внимание читателя сам Гоголь, прямо в тексте романа, рассказывая о помещике Собакевиче. С него мы и начнем.


Собакевич
гл. VКогда Чичиков взглянул искоса на Собакевича, он ему на этот раз показался весьма похожим на средней величины медведя. [...] Нужно же такое странное сближение: его даже звали Михайлом Семеновичем.

Гоголь обращается к русскому народному прозвищу-эвфемизму медведя: Мишка, Михайло, Потапыч, и проч. А фамилия Собакевича намекает на то, что он «облаивает» всех встречных:

гл. V

– Прекрасный человек! [– сказал Чичиков.]

– Кто такой? – сказал Собакевич, глядя на угол печи.

– Председатель.

– Ну, может быть, это вам так показалось: он только что масон, а такой дурак, какого свет не производил.

– ...зато губернатор, какой превосходный человек! [...]

– Первый разбойник в мире! [...] И лицо разбойничье! – сказал Собакевич. – Дайте ему только нож да выпустите его на большую дорогу, зарежет, за копейку зарежет! Он да еще вице-губернатор – это Гога и Магога.

[...] мне, признаюсь, более всех нравится полицеймейстер.

– Мошенник! – оказал Собакевич очень хладнокровно. – Продаст, обманет, еще и пообедает с вами! Я их знаю всех: это всё мошенники; весь город там такой: мошенник на мошеннике сидит и мошенником погоняет. Все христопродавцы. Один там только и есть порядочный человек: прокурор, да и тот, если сказать правду, свинья.

[...]

– Кто такой этот Плюшкин? – спросил Чичиков. [...]

– Я вам даже не советую и дороги знать к этой собаке! – сказал Собакевич. – Извинительней сходить в какое-нибудь непристойное место, чем к нему.

гл. VII– Да не позабудьте, Иван Григорьевич, – подхватил Собакевич, – нужно будет свидетелей, хотя по два с каждой стороны. Пошлите теперь же к прокурору, он человек праздный и, верно, сидит дома: за него все делает стряпчий Золотуха, первейший хапуга в мире. Инспектор врачебной управы, он также человек праздный и, верно, дома, если не поехал куда-нибудь играть в карты; да еще тут много есть, кто поближе: Трухачевский, Бегушкин – они все даром бременят землю!

А сам о себе Собакевич говорит так:

гл. V...нрав такой собачий: не могу не доставить удовольствия ближнему.
 
Г-жа
Собакевич

Однако же, как литературоведами было неоднократно отмечено, образ Собакевича воплощает в романе «богатырское», «героическое» начало; даже стены в его имении увешаны портретами героев современного ему Греческого восстания, ну, в крайнем случае, «тощего, худенького, с маленькими знаменами и пушками» Багратиона. И жена Собакевича – более греческая статуя, нежели живая женщина:

гл. V...вошла хозяйка, дама весьма высокая, в чепце с лентами, перекрашенными домашнею краскою. Вошла она степенно, держа голову прямо, как пальма. [Она] попросила садиться, [...] сделав движение головою, подобно актрисам, представляющим королев. Затем она уселась на диване, накрылась своим мериносовым платком и уже не двигнула более ни глазом, ни бровью, ни носом.

А вот – примечательная «постельная сцена»:

гл. I[Собакевич,] уже совершенно раздевшись и легши на кровать возле худощавой жены своей, сказал ей: «Я, душенька, был у губернатора[...]» На что супруга отвечала: «Гм!» и толкнула его ногою.

Так во́т, зовут ее – Феодулия Ивановна, в честь святой мученицы Феодулии Аназарвской, прославившейся своей непреклонностью.

Манилов

По своему психологическому складу Манилов нуждался в симпатии окружающих, и он их старался приманить:

гл. II...черты лица его были не лишены приятности, но в эту приятность, казалось, чересчур было передано сахару; в приемах и оборотах его было что-то, заискивающее расположения и знакомства. Он улыбался заманчиво...
Жена его
гл. IIЖена его... впрочем, они были совершенно довольны друг другом. [...] И весьма часто, сидя на диване, вдруг, совершенно неизвестно из каких причин, один оставивши свою трубку, а другая работу, если только она держалась на ту пору в руках, они напечатлевали друг другу такой томный и длинный поцелуй, что в продолжение его можно бы легко выкурить маленькую соломенную сигарку.

А как зовут жену? – Лизанька, ведь она же с мужем «лизалась»!

Их дети

Имена сыновей Маниловых – Фемистоклюс и Алкид. Их значение будет подробно описано ниже (см. главу «Капитан Очевидность снова в бою»).

Ноздрев

Вполне прозрачная ассоциация с раздувающимися ноздрями в приступе веселья либо физического усилия.

гл. IVЧуткой нос его слышал за несколько десятков верст, где была ярмарка со всякими съездами и балами; он уж в одно мгновенье ока был там, спорил и заводил сумятицу за зеленым столом...
Мижуев

Ноздревский «зять» (в данном случае – муж сестры) охарактеризован автором так:

гл. IVБелокурый был один из тех людей, в характере которых на первый взгляд есть какое-то упорство. Еще не успеешь открыть рта, как они уже готовы спорить и, кажется, никогда не согласятся на то, что явно противуположно их образу мыслей, что никогда не назовут глупого умным и что в особенности не согласятся плясать по чужой дудке; а кончится всегда тем, что в характере их окажется мягкость, что они согласятся именно на то, что отвергали, глупое назовут умным и пойдут потом поплясывать как нельзя лучше под чужую дудку, словом, начнут гладью, а кончат гадью.

Фамилия его явно ассоциирована со словом «межеумок», означающим, в частности,

всякий предмет, который не может быть отнесен к какому-нибудь определенному сорту, разряду
(1935_Ушаков).

Кроме того, существовал глагол «межеваться» с переносным значением «перемежаться, чередоваться» (см.: Т.Ф.Ефремова. «Новый словарь русского языка», 2000) – т.е. именно «начать одним, а кончить совсем другим».

Кувшинников
и Поцелуев

Приятели Ноздрева штабс-ротмистр Поцелуев и поручик Кувшинников – комедийная пара с «перекрестными» фамилиями:

пьяница
Поцелуев,
волокита
Кувшинников.
Хвостырев
гл. IV...каурую кобылу, которую, помнишь, выменял у Хвостырева...
 

Хвостырев – видимо, по русской поговорке, «кобылам хвосты заносил».

Плюшкин

Фамилия намекает на фонетический ряд: плюхнуться (в лужу), (получить) плюху. Ведь Плюшкин, стремясь выгадать что-то по мелочи, на самом деле все время оказывается в крупном ущербе.

Другую версию предложил В.В.Набоков в эссе «Николай Гоголь» (1944):

...само звучание фамилии наводит на мысль об изъеденном плюше.
Коробочка

Она – вдова. Значит, фамилия ее мужа тоже была – Коробочка? Да хоть бы и девица, тогда фамилия отца – Коробочка?!

Но ведь, как хорошо известно, таких русских фамилий (нарицательное существительное женского рода) не бывает!.. Точнее – бывает, но только – в произведениях Гоголя:

• Артемий Филиппович Земляника, попечитель богоугодных заведений («Ревизор»);
• Иван Павлович Яичница, экзекутор («Женитьба»);
• Иван Федорович Шпонька, отставной поручик, да с ним –
• Степан Иванович Курочка, приезжавший из Гадяча.
}(«Иван Федорович Шпонька и его тетушка»)

Однако теперь Гоголь описывает чисто русскую глубинку, зачем ему тут такая фамилия?

Похоже, для того, чтобы подчеркнуть: мир Коробочки – это мир «бабьего царства». Настасья Петровна прекрасно управляется с хозяйством, успешно ведет дела с внешним миром. Мужчин в имении как бы и нет. В усадьбе – только дворовые женщины, постарше (Фетинья), помоложе, и совсем девчонки (Пелагея, а еще «одну завезли купцы»). Ночью дверь незваным гостям отпирает старуха. Затем – «на крыльцо вышла опять какая-то женщина, помоложе прежней, но очень на нее похожая». И так далее. Даже чучело в огороде – женского пола: на нем «надет был чепец самой хозяйки». Был кузнец – и тот сгорел. И родственники у Коробочки – тоже женского пола: «Третьего года сестра моя привезла оттуда теплые сапожки...» – рассказывает она. А во́т как Коробочка въехала в город:

гл. VIIIЗапятки были заняты лицом лакейского происхождения, в куртке из домашней пеструшки, с небритой бородою, подернутою легкой проседью, лицо, известное под именем малого. [...] Из брички вылезла девка с платком на голове, в телогрейке, и хватила обоими кулаками в ворота так сильно, хоть бы и мужчине (малый в куртке из пеструшки был уже потом стащен за ноги, ибо спал мертвецки).

Мужчины в этом царстве, где вместо кучера – девка, не нужны, поэтому и фамилия барыни не предполагает, что ее может носить мужчина.

Фетинья

Еще один забавный персонаж – дворовая баба Коробочки.

гл. III[Чичиков] тот же час поспешил раздеться, отдав Фетинье всю снятую с себя сбрую, как верхнюю, так и нижнюю, и Фетинья, пожелав также с своей стороны покойной ночи, утащила эти мокрые доспехи.

Как было некогда подмечено, это пародийный намек на морскую богиню Фетиду, раздобывшую доспехи Ахиллу (М.Альтман. «Заметки о Гоголе», 1963).

лакей
Петрушка
гл. IIПетрушка ходил в несколько широком коричневом сюртуке с барского плеча и имел, по обычаю людей своего звания, крупный нос и губы.

Весьма точный комментарий дала Е.А.Смирнова в монографии «Поэма Гоголя “Мертвые души”» (1987):

...можно ведь понять и так, что крупный нос – принадлежность лиц, зовущихся Петрушкой. Это и ведет нас к кукольному Петрушке, заимствовавшему свой громадный нос от итальянского Пульчинеллы. «Очень крупный нос» был неотъемлемым атрибутом и «дурацкой персоны» XVIII в. Петрухи Фарноса. «Этот же Фарнос с незапамятных времен поступил и на кукольную сцену под уменьшительным именем Петрушки», – пишет о нем знаток народного изобразительного искусства Д.А.Ровинский.
кучер
Селифан

Гоголь знал – и, более того, использовал в тексте романа – пословицу: «Ни в городе Богдан, ни в селе Селифан» со значением «ни то, ни сё» (глава II). Так что, давая персонажу имя Селифан, он как бы говорил: это – именно «сё», однозначно деревенский человек, «стопроцентный» крестьянин.

Дробяжкин
гл. IX...крестьяне сельца Вшивая-спесь, соединившись с таковыми же крестьянами сельца Боровки, Задирайлово-тож, снесли с лица земли [...] какого-то Дробяжкина. [...] Дело ходило по судам и поступило наконец в палату, где было рассужено сначала наедине в таком смысле: так как неизвестно, кто из крестьян именно участвовал, а всех их много, Дробяжкин же человек мертвый, стало быть ему немного в том проку, если бы даже он и выиграл дело, а мужики были еще живы, стало быть для них весьма важно решение в их пользу; то вследствие того решено было так: что [...] умер-де он, возвращаясь в санях, от апоплексического удара.

В общем, Дробяжкин этот – человек неважный, мелочь, величина дробная (один – на «много» крестьян), дребедень какая-то...

Здесь, кстати, примечательна и топонимика: крестьяне сел Вшивая-спесь и Задирайлово, видите ли, оказались больно спесивы, – девичьей честью своих баб озаботились; но не подали жалобу, как положено, а задираться стали, самосуд учинили...

Прасковья
Федоровна

Это жена одного из губернских чиновников. В данном случае – Гоголь усиленно «подмигивает» читателю: я, мол, люблю и помню комедию А.С.Грибоедова!.. (К ней мы еще вернемся).

Чичиков

Неоднократно отмечалось, что Гоголь «поделился» со своим главным героем целым рядом собственных черт, – детскими впечатлениями, образованием, некоторыми личными привычками и предпочтениями; в частности, он присвоил персонажу фамилию, структурно схожую со своей. «Мое птичье имя», – писал Гоголь (в письме Жуковскому от 12.11.1836), вполне отдавая себе отчет, что фамилия его означает один из видов уток, чье название образовано с помощью звукоподражания птичьему гоготанию. Вот и фамилия Чичиков напоминает о чириканье воробья.

Интересно при этом, что эта фамилия не искусственная (как Онегин, Ленский или Печорин), а, хотя и редкая, но существовавшая, зафиксированная у мелких дворянских родов Псковской губернии; кроме того, происхождение ее не «птичье», скорее всего она образована от слова «чичига» (инструмент для обработки льна).

Однако – почему воробьиное чириканье, а не, например, уханье мудрой совы или клекот гордого орла? На наш взгляд, Гоголь хотел подчеркнуть, что его герой – это человек, начавший свой жизненный путь из весьма невыигрышной позиции (тем более ценны его карьерные достижения).

С другой стороны, существует просторечное слово «чичкаться», в спектр значений которого входят «шевелиться» и «хлопотать».

Зовут героя Павел, – персонаж с таким именем (с оглядкой на Новый завет) имеет все шансы на «духовное перерождение», как это в отношении его было задумано автором.

Отчество же его – Иванович – почти нарицательное: «один из нас».


Манилову, Ноздреву и Мижуеву автором не присвоены личные имена, – настолько однозначно они определены своими фамилиями.


4. Сколько лет герою?

  Александр Иванович Корейко, один из ничтожнейших служащих «Геркулеса», был человек в последнем приступе молодости, – ему было тридцать восемь лет.
И.Ильф, Е.Петров. «Золотой теленок»

А Гоголь вообще указывал возраст героев “Мертвых душ”?

Давайте посмотрим:


лакей
Петрушка
гл. I...лакей Петрушка, малый лет тридцати...
 
~30
приживалка
Собакевичей
гл. V...что-то без чепца, около тридцати лет, в пестром платке.
 
~30
дети
Маниловых
гл. II«Старшему осьмой, а меньшему вчера только минуло шесть», – сказала Манилова.
 
7 и 6
Ноздрев
гл. I...он познакомился с помещиком Ноздревым, человеком лет тридцати...
 
гл. IVНоздрев в тридцать пять лет был таков же совершенно, каким был в осьмнадцать и в двадцать: охотник погулять.
35
Собакевич
гл. VII«Нехорошо, нехорошо, – сказал Собакевич, покачав головою. – Вы посудите, Иван Григорьевич: пятый десяток живу, ни разу не был болен...»
40+
Плюшкин
гл. VI«Стар я, батюшка, чтобы лгать: седьмой десяток живу!» – сказал Плюшкин.
 
60+
председатель
палаты
гл. VI«Ах, батюшки! как не иметь, имею! – вскрикнул [Плюшкин]. – Ведь знако́м сам председатель, [...] однокорытниками были, вместе по заборам лазили!»
60+
почтмейстер
гл. X...почтмейстер [...] всегда в подобных случаях имел обыкновение говорить: «Знаем мы вас, генерал-губернаторов! Вас, может быть, три-четыре переменится, а я вот уже тридцать лет, судырь мой, сижу на одном месте».
50+
Коробочка
гл. IIIМинуту спустя вошла хозяйка, женщина пожилых лет...
 
гл. III...на что старуха сказала, что и не слыхивала такого имени и что такого помещика вовсе нет.

И уж дальше по тексту – всё «старуха» да «старуха». Эх-эх, самому автору было 26-27 лет, когда он начинал это писать, где́ ему в возрасте старух разбираться...

«ста-
руха»
Манилов
гл. IПомещик Манилов, еще вовсе человек не пожилой...
 

Возраст Манилова можно вычислить по косвенным признакам: нижнюю границу – по тому факту, что «минуло более восьми лет [его] супружеству», а верхнюю – принимая во внимание, что он не ставил бы себе в пример человека моложе себя:

гл. II«В нашем полку был поручик, прекраснейший и образованнейший человек, который не выпускал изо рта трубки не только за столом, но даже, с позволения сказать, во всех прочих местах. И вот ему теперь уже сорок с лишком лет, но благодаря бога до сих пор так здоров, как нельзя лучше».
35-40

А Чичиков?

Считается, что Гоголь намеренно скрыл возраст своего героя. В подтверждение можно привести следующие цитаты:

гл. I...он сказал какой-то комплимент, весьма приличный для человека средних лет, имеющего чин не слишком большой и не слишком малый.
гл. VНо герой наш уже был средних лет и осмотрительно-охлажденного характера.
гл. VII...позабыв свою степенность и приличные средние лета, произвел по комнате два прыжка...
гл. XIСамая полнота и средние лета Чичикова много повредят ему...
гл. XIЕще много пути предстоит совершить всему походному экипажу, состоящему из господина средних лет, брички...

Но мы сейчас эту сову разъясним... в смысле – попробуем эти «средние лета» расшифровать.

Прежде всего – следует сказать об образовании Чичикова. Начальное образование его было домашним: «вечное сиденье на лавке, с пером в руках, чернилами на пальцах и даже на губах, вечная пропись перед глазами...» «Но в жизни все меняется быстро и живо: и в один день с первым весенним солнцем» Павлушу увезли в город (наверняка губернский, судя по «нежданному великолепию городских улиц, заставивших его на несколько минут разинуть рот»), где он остался «ходить ежедневно в классы городского училища».

В 1786-1804 гг. (по «Уставу о народных училищах» от 5.08.1786) в каждом губернском городе существовало «главное народное училище» (обычно – с 5-летним сроком обучения); по «Уставу учебных заведений» от 5.11.1804 эти училища были преобразованы в гимназии (со сроком обучения от 4 до 7 лет).

Гоголь, описывая училище Чичикова, похоже, держал в уме образ своей собственной Гимназии высших наук в Нежине. (По крайней мере, начало учебного года он назначил Чичикову такое же: весна). Поэтому по аналогии будем считать, что Чичиков, как и сам Гоголь, окончил свое училище в возрасте 18-19 лет («юношей довольно заманчивой наружности, с подбородком, потребовавшим бритвы»).

гл. XIВышед из училища, [...] определился он в казенную палату. И в дальних захолустьях нужна протекция! Местечко досталось ему ничтожное, жалованья тридцать или сорок рублей в год. Но решился он жарко заняться службою, все победить и преодолеть.

Начал он, по-видимому, с чина коллежского регистратора (XIV класса), на который имел право как окончивший курс училища. Однако то ли через полгода, то ли через полтора – молодой Чичиков получил место столоначальника: он в качестве квартиранта поселился у своего начальника («повытчика»),

гл. XIсделался нужным и необходимым человеком, закупал и муку и сахар, с дочерью обращался как в невестой, повытчика звал папенькой и целовал его в руку; все положили в палате, что в конце февраля, перед великим постом, будет свадьба. Суровый повытчик стал даже хлопотать за него у начальства, и чрез несколько времени Чичиков сам сел повытчиком на одно открывшееся вакантное место.

Таким образом, судя по закупкам муки и сахара, Чичиков поселился у начальника в начале осени, и успел получить место до того, как выяснилось, что жениться он не намерен, т.е. – следующей же весной.

Конечно, существовали как большие «столы», так и маленькие («стол» – это на современном языке «отдел» в учреждении), большими столами заведовали обычно чиновники VII класса; скорее всего, став маленьким начальником, Чичиков получил внеочередной чин – XIII класса (для чего «выслуги лет» не требовалось).

В дальнейшей карьере, поскольку Чичиков, как известно, отличался в службе прилежанием, чинами его не обходили (по крайней мере, очередными, т.е. по выслуге лет). Если бы Чичиков получал чины строго по выслуге, он стал бы чиновником VI класса в 39 лет (вся необходимая информация содержится в «Табели о рангах» Российской империи):


 19(коллежский регистратор)
 
+
3(до губернского секретаря)
 
+
3(до коллежского секретаря)
 
+
3(до титулярного советника)
 
+
3(до коллежского асессора)
 
+
4(до надворного советника)
 
+
4(до коллежского советника)
 39 

Но Чичиков как минимум еще однажды получил чин досрочно:

гл. XIТакая ревностно-бескорыстная служба не могла не сделаться предметом общего удивления и не дойти наконец до сведения начальства. Он получил чин и повышение...

А следующий чин, статского советника, до которого надо было служить еще 4 года, Чичиков получить не успел, поскольку случилась отставка, вскоре после которой и начались события романа.

Так что Чичикову – от 35 до 40 лет.


5. Время в романе

Этой теме посвящена обширная литература, причем в ней поражает даже не противоречивость выводов, а тот убогий исследовательский и логический аппарат, с помощью которого эти выводы сделаны. Диапазон их может быть очерчен с помощью двух цитат, представляющих противоположные точки зрения:

А. Гоголь запуталсяБ. Следствием установлено...
Гоголь довольно свободно обходится с реалиями, смешивая их и допуская анахронизмы. Очевидно, здесь проявилась об­щая закономерность его художественного письма, которая запечатлелась также в вольном и противоречивом фик­си­ро­ва­нии времен года. [...] Разнобой в реалиях, по-видимому, также можно объяснить тем, что они обусловлены опре­де­лен­ны­ми темами, подчас противореча друг другу хро­но­ло­ги­чес­ки...
(2012_ПСС23)
...Вот по этим-то птичьим перьям мы и решаем окон­ча­тель­но, что события в “Мертвых душах” происходят не иначе как осенью 1820 года.
 
(А.А.Аникин. «Жизнь во времени. Исто­рическое время в русской классике»)

А посему – начнем-ка мы сначала.

5.1. С точностью до часа

Относительно времени суток – автор всегда конкретен, иногда даже указывает время по часам. Например:

гл. I...с трех часов после обеда засели в вист и играли до двух часов ночи.
гл. III...стенным часам пришла охота бить. За шипеньем тотчас же последовало хрипенье, и наконец, понатужась всеми силами, они пробили два часа...
гл. IIIЧасы опять испустили шипение и пробили десять...
гл. III...они не могли выбраться из проселков раньше полудня.
гл. IVЗакусивши балыком, они сели за стол близ пяти часов.
гл. VII«Эхе, хе! двенадцать часов!» сказал наконец Чичиков, взглянув на часы.
гл. X...велел ему быть готовым на заре, с тем, чтобы завтра же в 6 часов утра выехать из города...

5.2. С точностью до суток

«Закон замедления» сказался и в построении поэмы во времени. Первая глава охватывает, как пролог, две первые недели пребывания Чичикова в губернском городе. Дальше автор следит за героем день за днем, и на протяжении шести глав изображает четыре таких дня. Начиная с главы VIII, этот план сбивается, стройности временной уже нет...

(В.В.Гиппиус. «Гоголь», 1924).

Эту выспреннюю чушь, написанную человеком, которому, по-видимому, просто было лень заняться элементарной арифметикой, до сих пор воспроизводят в примечаниях; не погнушалось даже академическое 2012_ПСС23.

На самом деле, события романа однозначно раскладываются по дням недели следующим образом:


сб
день
1-й

Приезд Чичикова в город N.

гл. I
вс
день
2-й
гл. IВесь следующий день посвящен был визитам...
 

Это действительно было воскресенье: Чичиков с утра объезжал городских чиновников, и все они были дома, а не в присутствии, как было бы в будний день.

гл. I...губернатор сделал ему приглашение пожаловать к нему того же дня на домашнюю вечеринку...
 
пн
день
3-й
гл. IНа другой день Чичиков отправился на обед и вечер к полицеймейстеру, где с трех часов после обеда засели в вист и играли до двух часов ночи.

В этой фразе слово «обед» употреблено в двух разных значениях:

(1) «на обед и вечер» – обеды назначались на 6-7 часов вечера; например, см. М.Ю.Лермонтов, «Герой нашего времени» (1840):
Было уже шесть часов пополудни, когда вспомнил я, что пора обедать...
(2) «с трех часов после обеда» означает после 15:00, «после обеда» = «пополудни».

Другими словами, гости начали с игры в карты, позже сделали перерыв на обед.

Поскольку речь идет о начальниках разных губернских учреждений, – они попросту позволили себе уйти со службы пораньше, ведь каждый из них

гл. VIIмог продлить и укоротить по [своему] желанию присутствие, подобно древнему Зевесу Гомера.
 
вт
день
4-й
гл. IНа другой день Чичиков провел вечер у председателя палаты, который принимал гостей своих в халате, несколько замасленном, и в том числе двух каких-то дам.
ср
день
5-й
гл. IПотом был на вечере у вице-губернатора,
 
чт
день
6-й
гл. Iна большом обеде у откупщика,
 
пт
день
7-й
гл. Iна небольшом обеде у прокурора, который, впрочем, стоил большого,
 
сб
день
8-й
гл. Iна закуске после обедни, данной городским главою, которая тоже стоила обеда.
 

В губернских учреждениях в субботу рабочий день заканчивался в 13:00 (в остальные дни – в 18:00; см.: Л.Ф.Писарькова. «Чиновник на службе в конце XVII – середине XIX века», 2004).

Обедня в те времена служилась в полдень; следовательно, господа чиновники как раз поспели к столу.

вс
день
9-й
гл. IIУже более недели приезжий господин жил в городе...
 

Так начинается глава II. Совпадает с нашим расписанием? Совпадает. И вот отъезд Чичикова в Маниловку:

гл. II...проснувшись поутру очень рано, вымывшись, вытершись с ног до головы мокрой губкой, что делалось только по воскресным дням, а в тот день случись воскресенье, [...] он сошел с лестницы [...] и сел в бричку.

Обедал Чичиков у Манилова, а ночевать пришлось у Коробочки.

гл. II, III
пн
день
10-й

Чичиков обедает и ночует у Ноздрева.

гл. IV
вт
день
11-й

Чичиков обедает у Собакевича (глава V), посещает Плюшкина (глава VI), возвращается в город и ночует у себя в гостинице.

гл. V, VI
ср
день
12-й

Днем – утверждение сделок в гражданской палате суда, затем – пирушка у полицеймейстера.

гл. VII
чт
день
13-й

Начиная со следующего дня после оформления ку́пчих, о Чичикове «пронесли слухи, что он ни более ни менее как миллионщик».

гл. VIIIНо несравненно замечательнее было впечатление (совершенный предмет изумления!), которое произвел Чичиков на дам. [...] В дамских нарядах оказались многие разные прибавления. [...] Купцы изумились, увидя, как несколько кусков материй, привезенных ими с ярмарки и не сходивших с рук по причине цены, показавшейся высокою, пошли вдруг в ход и были раскуплены нарасхват.

Давайте дадим портнихам города хотя бы эти три дня, чтобы превратить раскупленную материю в наряды.

гл. VIII
пт
день
14-й
сб
день
15-й
вс
день
16-й
гл. VIIIВо время обедни у одной из дам заметили внизу платья такое руло, которое растопырило его на полцеркви...

Речь идет об обедне воскресного дня, – именно ее, принарядившись, посещало большинство православных прихожан. Упомянул об этом и Гоголь, правда, в другом эпизоде:

гл. XIУзнал, в какую церковь приходила она по воскресным дням, становился всякой раз насупротив ее чисто одетый, накрахмаливши сильно манишку, и дело возымело успех...

В этот же день Чичиков получает анонимное письмо с упоминанием «бала у губернатора, имеющего быть завтра». Оно было отправлено с посыльным («принесли-де и не велели сказывать, от кого»), а не по почте, поскольку по воскресеньям городская почта в губернских городах не работала.

гл. VIII
пн
день
17-й

Бал у губернатора.

В описываемую эпоху подходящими «бальными» днями по ряду причин были понедельник, вторник и четверг. Четверг нам не подходит из-за того, что Коробочке слишком долго пришлось бы мучиться бессонницей; а если бы он состоялся во вторник, Чичикову пришлось бы уезжать в воскресенье, когда он не смог бы найти кузнецов для починки брички.

Этим же вечером в город приезжает Коробочка:

гл. VIII...в это время на другом конце города происходило событие, которое готовилось увеличить неприятность положения нашего героя. [...] Старушка, вскоре после отъезда нашего героя, в такое пришла беспокойство насчет могущего произойти со стороны его обмана, что, не поспавши три ночи сряду, решилась ехать в город...

Напомним, что Чичиков был у Коробочки ровно неделю назад. Т.е. бедная Настасья Петровна несколько дней гадала, не обманули ли ее, потом все-таки пришла к выводу, что обманули, от расстройства три ночи плохо спала и, наконец, решилась приехать в город, чтобы расставить все точки над ї.

гл. VIII
вт
день
18-й

На следующее утро после бала по городу пошли порочащие Чичикова слухи.

гл. XЧичиков ничего обо всем этом не знал совершенно. Как нарочно, в то время он получил легкую простуду, флюс и небольшое воспаление в горле, в раздаче которых чрезвычайно щедр климат многих наших губернских городов. Чтобы не прекратилась, боже сохрани, как-нибудь жизнь без потомков, он решился лучше посидеть денька три в комнате.
гл. IX, X
ср
день
19-й
чт
день
20-й

Тем временем состоялась сходка чиновников:

гл. XСобравшись у полицеймейстера, [...] чиновники имели случай заметить друг другу, что они даже похудели от этих забот и тревог.

В этот же день, после сходки, прокурор умирает.

гл. X
пт
день
21-й

Через три дня после бала Чичиков почувствовал себя лучше и отправился с визитами (везде – неудачно). Вечером к нему в гостиницу приходит Ноздрев с рассказом:

гл. X«...нарядили тебя и в разбойники и в шпионы... А прокурор с испугу умер, завтра будет погребение».
 

То есть, как и положено, прокурор будет похоронен на третий день после смерти.

Чичиков решает завтра с утра уехать из города.

гл. X
сб
день
22-й

Чичиков уезжает, встретив по дороге похоронную процессию прокурора.

«Три недели сидели на месте!..» – заявляет он накануне отъезда. И действительно, в субботу приехал – в субботу же и уезжает (а день отъезда и день приезда при выплате командировочных считался за один день – по крайней мере, по КЗоТ СССР).

гл. XI

5.3. С точностью до месяца

Относительно времени года: приметы, рассыпанные в тексте, указывают на конец августа – начало сентября. В первую очередь – это описание хозяйства Коробочки:

гл. IIIсвинья [...] продолжала уписывать арбузные корки своим порядком. Этот небольшой дворик, или курятник, переграждал досчатый забор, за которым тянулись просторные огороды с капустой, луком, картофелем, свеклой и прочим хозяйственным овощем. По огороду были разбросаны кое-где яблони и другие фруктовые деревья, накрытые сетями для защиты от сорок и воробьев...

Коробочка говорит Чичикову, которого поначалу приняла за «покупщика», что у нее вскоре на продажу «будут и птичьи перья». А когда? – «к Филиппову посту», т.е. в ноябре. Характерно, что, как замечено в 1974_СЧ, в ранних редакциях было сначала к «Духову дню», т.е. весной, затем Гоголь переменил это время на «Петров день», т.е. время начала лета, и только в окончательном варианте определилась осень.

С началом осени согласуются и открытые окна присутствия –

гл. VIIИз окон второго и третьего этажа иногда высовывались неподкупные головы жрецов Фемиды...
 

и недавняя продажа Коробочкой новособранного меда, и различные босоногие персонажи:

гл. IIВид оживляли две бабы, которые, картинно подобравши платья и подтыкавшись со всех сторон, брели по колени в пруде, влача за два деревянные кляча изорванный бредень.
гл. III«Эй, Пелагея! – сказала помещица стоявшей около крыльца девчонке лет одиннадцати, в платье из домашней крашенины и с босыми ногами, которые издали можно было принять за сапоги, так они были облеплены свежею грязью. – Покажи-ка барину дорогу».

Однако, начиная, по-видимому, со статьи В.П.Бузескула «К какому времени года относятся похождения Чичикова в первом томе “Мертвых душ”?» (1909), бытует мнение, что у Гоголя

времена года не сменяют друг друга по порядку, а сопровождают место или персонажа

(в формулировке Е.Шраги, «7 секретов Мертвых душ», 2016).

В доказательство замечают, что

гл. IIпокатость горы, на которой он [дом Манилова] стоял, была одета подстриженным дерном. На ней были разбросаны по-английски две-три клумбы с кустами сиреней и желтых акаций...

Видимо, кому-то тут представляется лиловое и желтое весеннее цветение... Только дело в том, что «желтая акация» и «сирень» – это не указание на цвет, а видовые названия растений, которые остаются таковыми даже после того, как перестают цвести.

Кроме того, адепты «гротескного характера гоголевского хронотопа» (2012_ПСС23) требуют считать конкретным указанием на сезон фразу из главы VIII: «весеннее ли расположение подействовало на него»; тем самым они внезапно отказывают Гоголю в умении, возможности и праве употреблять слова в переносном смысле! (Ну, знаете, всякое такое:

И осень прекрасна,
Когда на душе весна.
на музыку Б.Мокроусова).

Кроме того, некоторым исследователям не дают покоя «тулупы», видимо, они считают это признаком зимнего сезона. Ну что ж, давайте поглядим на тулупы:

гл. I...кучер Селифан, низенькой человек в тулупчике, и лакей Петрушка, малый лет тридцати, в просторном подержаном сюртуке...
гл. IIНесколько мужиков по обыкновению зевали, сидя на лавках перед воротами в своих овчинных тулупах. Бабы с толстыми лицами и перевязанными грудями смотрели из верхних окон...
гл. VII...вошли в низенькую, стеклянную, закоптившуюся дверь, приводившую почти в подвал, где уже сидело за деревянными столами много всяких: и бривших, и не бривших бороды, и в нагольных тулупах, и просто в рубахе, а кое-кто и во фризовой шинели.
гл. X...не удалась задуманная назавтра сходка с своим братом в неприглядном тулупе, опоясанном кушаком, где-нибудь во царевом кабаке...

Как видим, тулупы носят в том же сезоне, что и сюртуки (фрагмент 1), когда в избах открыты окна (фрагмент 2; если бы окна были закрыты, Чичиков не разглядел бы баб, перевязанных платками, т.е., кстати, тоже одетых соответственно теплой погоде); тулупы не снимают даже в помещении (фрагменты 3 и 4). Универсальная одежда, оказывается... Которую Гоголь считает имманентной характеристикой не погоды, а сословия (крестьянского).

А самым известным символом «ахронности» выступают пресловутые «медвежьи шубы»:

гл. II...надевши фрак брусничного цвета с искрой и потом шинель на больших медведях... Это Чичиков собирается ехать в
имения Манилова и Собакевича.
гл. VIIНе успел он выйти на улицу, размышляя обо всем этом и в то же время таща на плечах медведя, крытого коричневым сукном, как на самом повороте в переулок столкнулся с господином тоже в медведях, крытых коричневым сукном, и в теплом картузе с ушами. А это Чичиков и Манилов напра-
вляются в гражданскую палату.

Получается якобы, что в этих эпизодах романа дело происходит в холодное время года.

Однако – в первом из этих двух фрагментов «медведи» дисгармонируют с окружающей природой и «зеленым шалоновым сюртуком» Манилова, а во втором – с распахнутыми окнами присутственного здания.

На этот счет можно найти разъяснение у самого́ Гоголя. Во́т как второй фрагмент выглядел в черновике:

Набросил шинель на медведях, не затем, чтобы на дворе было холодно, но чтобы внушить должный страх канцелярской мелюзге. Едва только вышел он на улицу, как вдруг навстречу человек, тоже в медведях, картуз с ушами и назад откинут затыльник, как у женщин, деликатные перчатки на руках и улыбка на устах.

Кстати, обратите внимание на слово «набросил». В те времена шинель нередко носили внакидку (так она меньше связывала движения и меньше «утепляла»). Это даже отражено в другой повести Гоголя, которая называется... ну, конечно, «Шинель»:

Вынувши шинель, он [портной] весьма гордо посмотрел и, держа в обеих руках, набросил весьма ловко на плеча Акакию Акакиевичу; потом потянул и осадил ее сзади рукой книзу; потом драпировал ею Акакия Акакиевича несколько на-распашку. Акакий Акакиевич, как человек в летах, хотел попробовать в рукава; Петрович помог надеть и в рукава – вышло, что и в рукава была хороша...

Так что и в первом из наших двух фрагментов Чичиков, пожалуй, берет в дорогу богатую шинель с целью произвести впечатление на помещиков, которых он намеревался посетить. И кроме того – попробуйте-ка проехать несколько часов – да осенью, да вечером, да в дождь – в полуоткрытом экипаже, – замерзнете:

гл. XI...опять перед тобою поля и степи, нигде ничего – везде пустырь, всё открыто. Верста с цифрой летит тебе в очи; занимается утро; на побелевшем холодном небосклоне золотая бледная полоса; свеже́е и жестче становится ветер: покрепче в теплую шинель!..

5.4. С точностью до года

Поговорим теперь о том, в каком году происходят описанные события.

Многочисленные комментаторы бесконечно тасуют временны́е привязки текста, пытаясь приладить их друг к другу, терпят в этом неудачу, и один за другим, в меру своей филологической изощренности, приходят к (неутешительному) выводу: Гоголь (огорченно) допускает анахронизмы, Гоголь (шепотом) небрежен...

Или – того пуще: сидит у них такой Гоголь, покусывает гусиное перо и думает: «дай-ка заострю внутреннюю ахронность текста и ее несовпадение с темпоральным течением сюжета...» (так выражается известный филолог М.Я.Вайскопф; у гоголеведов принято на него ссылаться – вот мы и сослались).

А на наш взгляд, воля автора относительно времени действия – очевидна: оно, это действие, происходило и происходит в России – всегда... Однако, ка́к этот замысел можно воплотить практически? Ведь любая примета места является также и приметой времени! (Так, во всяком случае, утверждают историки и физики-теоретики). Но Гоголь сумел справиться с этой задачей: он дал слишком много временны́х привязок, которые при этом противоречат друг другу.

Давайте просто доставим себе удовольствие и понаблюдаем за той занятной игрой, которую Гоголь устроил со своими читателями. (Некоторые из перечисляемых примет уже множество раз обсуждались в соответствующей литературе, другие – до сих пор ускользали от внимания комментаторов).


не позже 1836
гл. VIII...на самом интересном пункте разговора, произнесши: «а нижний земский суд отвечает за это...»

По «Положению о земской полиции вообще и в особенности о земских судах» от 3.07.1837. «нижний земский суд» был переименован в «земский суд».

не позже 1832
гл. VII– Но позвольте, Павел Иванович, как же вы покупаете крестьян, без земли? разве на вывод?
– На вывод.
гл. V– А женского пола не хотите?
– Нет, благодарю.

По указу от 2.05.1833, крестьян «безусловно запрещено продавать и уступать по дарственным записям отдельно от семейств, как с землею, так и без земли».

не позже 1822
гл. VII...крепости были записаны, помечены, занесены в книгу и куда следует, с принятием полупроцентовых и за припечатку в Ведомостях...

По указу от 29.09.1822 «Об остановлении публикаций в Сенатских Объявлениях о продаже людей без земли», сделки, совершенные Чичиковым, не могли быть приняты в газету. В 1890_ЭСБЕ (статья «Крестьяне») указывается, что этот указ никогда не отменялся.

1803-1816
гл. XI...теперь зе́мли в Таврической и Херсонской губернии отдаются даром, только заселяй.
 

Земли в этих губерниях начали раздавать с 1803 г.

В 2012_ПСС23 утверждается, что эта практика была прекращена в 1817 г., со ссылкой на указ «О нераздаче пустопорозжих земель в Новороссийском крае» от 16.03.1817. Вот текст указа:

До сведения моего дошло, что после сделаннаго запрещения раздачи в Новороссийском краю пустопорозжих земель, некоторые люди получают оныя для поселения, или скотоводства. Сим подтверждая приостановиться таковою раздачею, доколе [...] не будут приведены в точную известность земли, не нужныя для казенных селений, повелеваю, даже и тогда, не приступая к раздаче, испросить чрез Комитет Министров мое разрешение.

Из текста указа не следует, что запрет имеет окончательный характер; вместе с тем, информации о возобновлении раздачи земель нами не найдено.

1800-1812
гл. XIЗаклад в казну был тогда еще дело новое, на которое решались не без страха.
 

Хотя Сохранные казны санкт-петербургского и московского Опекунских советов начали выдачу ссуд под залог имений еще в 1775 г., их деятельность стала приобретать привлекательность и известность в среде помещиков только в 1800 г., когда изменились правила заклада (см. 1890_ЭСБЕ, статья «Сохранные казны»). А после военной кампании 1812 г., когда сотням поместий потребовались средства на восстановление хозяйства, заклад стал обычным делом.

1808-1812
гл. VIII...председатель палаты знал наизусть «Людмилу» Жуковского, которая еще была тогда непростывшею новостию...

Баллада В.А.Жуковского опубликована в 1808 г. В 1812 г. в России случились другие «новости» (вторжение Наполеона), когда новости литературные неизбежно должны были «остыть».

Даже если усматривать в этом пассаже некоторую иронию в адрес Жуковского, датировку можно было бы растянуть еще максимум на несколько лет.

после 1810
гл. XIЧичиков отговорился неимением и дал какой-то пятак серебра...
 

Серебряные 5-копеечные монеты чеканились в 1810-1830 гг.

после 1815
гл. IБыл с почтением у губернатора, который [...] имел на шее Анну...
 

Орден Святой Анны II степени введен 28.12.1815.

1815-1820
гл. IV«Фенарди четыре часа вертелся мельницею».
 

Подробное объяснение будет дано позже (в главе «Не знаешь сам – спиши у товарища»).

1820
гл. XВпрочем, нужно помнить, что все это происходило вскоре после достославного изгнания французов. В это время все наши помещики, чиновники, купцы, сидельцы и всякий грамотный и даже неграмотный народ сделались, по крайней мере на целые восемь лет, заклятыми политиками. [...] ...говорили: «А что пишут в газетах, не выпустили ли опять Наполеона из острова?»

Т.е. нижняя граница – 1812 + 8 = 1820, и верхняя – 1820 (дата смерти Наполеона – 5.05.1821).

не раньше 1820
гл. VIIIПочтмейстер [...] отозвался с большою похвалою об Ланкастеровой школе взаимного обученья.
 

«Общество училищ взаимного обучения» открыто в России в 1819 г.; в 1820 г. опубликована книга И.Х.Гамеля «Описание способа взаимного обучения по системам Белла, Ланкастера и других».

после 1821
гл. VПотом опять следовала героиня греческая Бобелина...
 

Ласкарина Бубулина стала известна после осады Паламиди (1821).

после 1822
гл. VНа картинах всё были молодцы, всё греческие полководцы, гравированные во весь рост: Маврокордато в красных панталонах и мундире, с очками на носу, Колокотрони, Миаули, Канари.
  • Александрос Маврокордатос стал известен после восстания в Миссолонги в (1821),
  • Теодорос Колокотронис – после антитурецкого восстания в Морее (1822),
  • Андреас Миаулис-Вокос и
  • Константин Канарис – после нескольких морских побед над турками (1822-1824).
1824-1839
гл. XI...опекунский совет даст по двести рублей на душу...
 

Этот размер ссуды был установлен указом от 3.07.1824 («О новом постановлении займов из сохранных казен под залог деревень») и держался до 1839 г. (1974_СЧ, 2012_ПСС23).

1824-1833
гл. IX...выпорхнула дама в клетчатом щегольском клоке...
 

Воспользуемся информацией из 1995_Кирсанова: (1) мода на клоки продержалась с 1803 по 1833 гг.; (2) однако «шотландская» (она же «английская») расцветка вошла в моду после появления в России переводов романов В.Скотта, т.е. после 1824 г.

не раньше 1825
гл. VIIIГалопад летел во всю пропалую...
 

Этот танец распространился в России после санкт-петербургского сезона 1823-1824 гг.; описан впервые – в танцевальном учебнике Л.Петровского «Правила для благородных общественных танцев» (1825).

после 1825
гл. XI...отец, больной человек, в длинном сюртуке на мерлушках...
 

Сюртуки появились в России в 1800 г. (см. 1995_Кирсанова); Павлуша наблюдал отца лишь первые 10 лет своей жизни; как мы вычислили ранее, в романе ему не менее 35 лет; следовательно, события происходят не ранее 1825 года.

после 1826
гл. X«Ну, – Копейкин думает, – по крайней мере не нужно платить прогонов, спасибо и за то».
 

В соответствии с указом от 13.07.1826 «О выдавании прогонов на одну лошадь арестантам из дворян и отставным офицерам, не имеющим состояния, при пересылке их под караулом».
Другими словами, анахронизм здесь допускает даже не сам Гоголь, а его персонаж, почтмейстер, ведь дело в его рассказе о капитане Копейкине происходит не позже 1813 г. Однако упоминание «прогонов» в этом рассказе могло случиться не ранее 1826 г.

не раньше 1827
гл. IВпрочем, губернаторский дом был так освещен, хоть бы и для бала; коляски с фонарями, перед подъездом два жандарма...
гл. IV...выведут его под руки из зала жандармы...
 

По «Положению о Корпусе жандармов» от 28.04.1827 в России была создана структура, нижние чины которой могли в некоторых случаях привлекаться для охраны общественного порядка.

после 1827
гл. IЧаще же всего заметно было потемневших двуглавых государственных орлов, которые теперь уже заменены лаконическою надписью: «Питейный дом».

С 1.09.1827 в России вступила в действие новая система торговли водкой, «акцизно-откупная» вместо прежней «казенной питейной монополии» (М.Гредингер. Основы питейной монополии в России, 1897). Считается, что гербы были сняты с кабаков именно в этот момент (см. В.Беспрозванный и Е.Пермяков. «Из комментариев к первому тому “Мертвых душ”», 1997).

1830
гл. IX«Да, поздравляю вас: оборок более не носят. [...] Фестончики, всё фестончики: пелеринка из фестончиков, на рукавах фестончики, эполетцы из фестончиков, внизу фестончики, везде фестончики. [...] Ну, изумляйтесь: вообразите, лифчики пошли еще длиннее, впереди мыском, и передняя косточка совсем выходит из границ; юбка вся собирается вокруг, как бывало в старину фижмы, даже сзади немножко подкладывают ваты...»

Упомянутый «мысок» (точное название этого элемента одежды – шнип), расширенная юбка (позже эволюционировавшая в кринолин) и «фестончики» вернулись в моду начиная с 1830 г., направление называется «второе рококо».

после 1830
гл. III...ей предстанет поле блеснуть умом и высказать вытверженные мысли, мысли, занимающие, по законам моды, на целую неделю город, [...] какой политический переворот готовится во Франции...

Имеется в виду череда пертурбаций во французской политической жизни, в частности:

  • 1830 – Июльская революция;
  • 1831 – Восстание лионских ткачей;
  • 1832 – парижское восстание («Общества прав человека»);
  • 1834 – Второе лионское восстание;
  • 1836 – кардинальная смена правительства;
  • 1839 – парижское восстание («Общества времен года»).
1831-1833
гл. XIА теперь же время удобное: недавно была эпидемия, народу вымерло, славу богу, не мало.
 

Подразумевается холерная эпидемия 1831 г. Это последняя эпидемия к моменту написания романа. Предыдущая эпидемия была в 1823 году в Закавказье и Астрахани, следующая – в 1846 г. (В.Беспрозванный, Е.Пермяков. «Из комментариев к первому тому “Мертвых душ”», 1997).

А в 1833 уже проводилась очередная (8-я) ревизия податного населения.

* * *

Надо сказать, что в работе В.Беспрозванного и Е.Пермякова «Из комментариев к первому тому “Мертвых душ”» (1997) уже ставилась задача «учесть поддающиеся датировке реалии в тексте». В ней представлен список таких реалий, состоящий из 12 пунктов. При этом в трех из них допущены ошибки, делающие хронологизацию неверной:

В.Беспрозванный, Е.ПермяковСуть ошибки
7
...образовалась комиссия для построения какого-то казенного весьма капитального строения.

Е.С.Смирнова-Чикина справедливо полагает, что речь идет о нашумевшей в свое время постройке храма Христа Спасителя в Москве.

Совсем не «справедливо»: даже в черновых редакциях жизнь Чичикова проходила не в Москве, а в каком-то провинциальном губернском городе; а при окончательной отделке текста Гоголь вычеркнул и «комиссию постройки храма Божия».
8
Крепости были записаны [...] с принятием полупроцентовых и за припечатку в Ведомостях.

«Губернские Ведомости» выходили в России с 1838 г.

Сведения об имущественных сделках по всем губернским и уездным учреждениям с 1808 г. публиковались не в «Губернских ведомостях», а в еженедельной (с 1825 – два номера в неделю) газете «Правительствующего Сената Объявления к Санкт-Петербургским ведомостям», именно о ней и идет речь в романе (см. 1890_ЭСБЕ, статья «Собрание узаконений и распоряжений правительства»).
9 Манифест 9 апреля 1812 года потребовал все платежи в казну вносить ассигнациями, но это постановление стало неукоснительно исполняться только с 1817 года. Оно было подтверждено в 1819 году. [...] Кроме того, с 1818 г. было начато изъятие из обращения части ассигнаций, а с 1819 г. был предпринят их обмен на новые образцы, продолжавшийся до 1821 г. Это не могло не привести к тому, что в руках у помещиков оказывалось мало бумажных денег. Не соответствует действительности.
Вопросам денежного обращения в романе мы посвятили отдельную главу; см. ниже «Задачки по деньгоматике».

Ну и, в конечном итоге, авторы статьи приходят к выводу:

...время поездки Чичикова приходится на начало 1830-х гг., а факты биографии героя подтверждают такой вывод. Время города и поместий не имеет точной временной определенности и растянуто между 1810-30 гг.

Однако первая часть этого вывода представляется нам голословной, поскольку авторы не указали явным образом, какие именно реалии они относят к «поездке Чичикова». Неужели только упоминание об эпидемии? Извините, но «время поездки Чичикова» точно так же «растянуто между 1810-30 гг.».


6. Где происходит действие?

  При современном развитии печатного дела на Западе напечатать советский паспорт – это такой пустяк, что об этом смешно говорить.
И.Ильф, Е.Петров. «Двенадцать стульев»

Сначала – загадка. Во многих изданиях “Мертвых душ” предлагается следующее примечание:

1934_ГИХЛ,
1949_Детгиз
Курительные свечи – ароматические свечи, которые при горении распространяли приятный запах.
1949_СС6,
1957_Детгиз,
1968_СС4,
1982_БМЛД,
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Курительные свечи – свечи из [...] пахучих/благовонных/ароматических смол, служившие/зажигавшиеся для окуривания/благовония/приятного запаха.
2012_ПСС23Курительные свечи – специальные ароматические свечи, обычно из угольного порошка и пахучих смолок; зажигались для благовония и дезинфекции воздуха.

Однако в са́мом распространенном в Интернете издании, 1951_ПСС14 (а также в целом ряде его еще бумажных переизданий), никаких «курительных свечей» нет! Как же так?

Короткий ответ выглядит слишком неправдоподобным, поэтому пока его отложим.

И обратимся к другому вопросу, – тому, что вынесен в название этой главы.

Конечно, подразумеваемый ответ на него – везде в России (например, см.: Ю.М.Лотман. «Художественное пространство в прозе Гоголя», 1988), в любом губернском городе. Везде – взяточничество, кумовство, чинодральство, и т.д. Для создания ощущения «повсеместности» автором и был выдуман город... Постойте, а какой город? Его название упомянуто в тексте 12 раз; 11 из них – «город N.». Но в первый раз, в первой строчке первой главы – «город NN»!

Любой девятиклассник, параллельно (а то и перпендикулярно) с литературой изучающий геометрию, знает, что точки N и NN – это две разные точки...

За 180 лет никто так и не решился исправить это несоответствие. Может показаться – это свидетельство трепетного отношения к каноническому тексту классика.

Однако зловещая правда, цинично утаиваемая от школьников и их родителей, от представителей общественности, а зачастую – даже от рядовых преподавателей русской литературы, заключается в том, что у “Мертвых душ”, одного из самых известных произведений русской литературы – нет никакого канонического текста. Вместо этого – имеется неопределенное количество более или менее похожих вариантов, существующих одновременно.

Почему неопределенное? Потому что зависит от того, с какой точностью их между собой сравнивать. Например, если учитывать знаки препинания, – между многими парами вариантов наблюдается более тысячи(!) различий. Если же забыть о пунктуации, обнаруживаются десятки (кое в каких изданиях – сотни) различий, меняющие как стиль повествования, так и его смысл. Хотя и от пунктуации смысл высказывания тоже иногда меняется; например:

1842_МД1Должно было бытьСуть ошибки
...картины с какими-то птицами, между окон; старинные маленькие зеркала... ...картины с какими-то птицами; между окон старинные маленькие зеркала... Между окон были зеркала, а не птицы на картинах

Так как же это с “Мертвыми душами” произошло?

Чтобы это объяснить, придется конспективно и схематично пересказать историю подготовки романа к первой публикации (вообще-то эта история уже была рассказана множество раз до нас, причем – с самыми занудными подробностями):

(1) Гоголь надиктовал текст (в 1889_СС7 эта рукопись обозначена «НР», в 1951_ПСС14 – «РК», в 2012_ПСС23 – «АК2»);
(2) много чего вписал/зачеркнул, отдал перебелить;
(3) переписчик переписал с грубыми ошибками;
(4) Гоголь многих ошибок не заметил, а прямо по испорченной копии сделал в ряде мест новую правку (ДП / РП / АК3);
(5) с этой рукописи переписчик (уже другой, не волнуйтесь) сделал беловой экземпляр, представленный цензору (ЦР / РЦ / АК4);
(6) цензор внес свои исправления, с которыми – разрешил роман к публикации;
(7) Гоголь – поверх цензурной правки! – внес новые изменения (вообще-то, с юридической точки зрения, это делало разрешение цензора недействительным) и отдал в набор;
(8) наборщик сделал положенное ему количество ошибок; корректура, как утверждается в 2012_ПСС23, не сохранилась, однако в 1889_СС7 упоминаются авторские изменения текста, сделанные Гоголем в корректурных листах(!);
(9) наконец, напечатанный тираж вышел в свет (1842_МД1).

Если бы в этот момент известный пироман и неврастеник Николай Г. догадался сжечь все черновые и беловые рукописи романа – судьба многих гоголистиков и мертводушеведов, наверно, сложилась бы по-иному...

Как бы то ни было, профессор Московского университета Н.С.Тихонравов, готовя в 1889 г. к печати т.н. 10-е издание сочинений Гоголя (1889_СС7), обратил внимание на ряд опечаток, имеющихся в предыдущих изданиях “Мертвых душ”. Как известно, Гоголь в целях экономии сам издавал свои произведения, а каким он был корректором, история до нас донесла; так, в 1835 г. «Московский наблюдатель» писал об авторском издании «Миргорода» Н.Гоголя:

Мы желали бы также, чтоб повествователь не был сам и издателем своих повестей и поручил бы другим заботиться об опрятности своих изданий. Иногда, читая его страницы, думаешь, что держишь корректуру, и как-то невольно хочется ее выправить...

(цит. по: K.Накорякова. «Очерки по истории редактирования в России XVI-XIX вв.», 2004).

Дальше мытарства мертвых душ развивались так:

(*) Тихонравов, знавший правила русской грамматики получше Гоголя, позволил себе исправить ряд погрешностей; но в нескольких случаях в процессе приведения текста к языковой норме он выплеснул с водой опечаток и золотые крупинки авторского языка и стиля. Надо еще сказать, что как раз к этому времени в российском книгопечатании установилась другая мода оформления диалогов (кавычки вместо тире перед репликой), в результате чего в изданиях “Мертвых душ” появилась изрядная куча неавторских запятых... Но не волнуйтесь: после принятия в 1956 г. очередных «Правил русской орфографии и пунктуации» мода, как ей и положено, вернулась, и тогда “Мертвые души” получили еще и пригоршню неавторских тире и двоеточий.
(*) В 1918 г. грянула давно назревавшая реформа орфографии. Приставки, окончания! Да еще настало время писать Бога со строчной буквы, это же, с божьей помощью, всю русскую классику переправить надо!.. (Не волнуйтесь, потом, в конце века, настанет время с Божьей помощью переправлять все обратно). Поэтому из печати вышла 1919_ЛИТО, основанная на 1889_СС7, но в новой орфографии и, заодно, с «исправлениями» вида
 
в здоровьи → в здоровье.

(*) Следующая редакция текста романа, 1928_СС3 (подготовлена К.И.Халабаевым и Б.М.Эйхенбаумом) – практически все та же 1889_СС7, плюс другой вариант «Повести о капитане Копейкине». Как раз к этому времени оформилась концепция слитного написания наречий: «в роде → вроде», «на смерть → насмерть» и весь этот класс (не пролетариат, нет). Тут, правда, редакторы перестарались: ввели в текст слово «однакоже»; однако же последующие издания их не поддержали. И, разумеется, было добавлено некоторое количество корректурных (хочется надеяться) ошибок, например, «на краю гибели» вместо «на краю погибели», «сейчас же» вместо «сей же час», и пр. Эта же редакция была воспроизведена в 1937_Academia (в результате чего попала в Интернет и теперь мирно сосуществует с другими редакциями).

(*) Затем была редакция, которую подготовили В.А.Жданов и Э.Е.Зайденшнур для академического Полного собрания сочинений в 14 томах (1937-1952). Предварительно она вышла отдельным томом в Гослитиздате в 1948 г., затем – в рамках шеститомного собрания сочинений в 1949, и на некоторое время стала «канонической». Вот что редакторы писали в своем комментарии:

Прижизненные издания первого тома “Мертвых душ” (1842 и 1846 гг.), вышедшие со значительными цензурными искажениями, содержат, кроме того, большое количество более или менее существенных ошибок. [...]
Для настоящего издания текст поэмы вновь сличен со всеми имеющимися рукописями. Каждое слово сверялось по всем спискам, начиная с автографа первой рукописи и кончая рукописью наборной (для первой части).
В результате этой работы в каноническом тексте 1-го тома исправлено 228 ошибок (искаженные, переставленные в другом порядке, пропущенные слова, фразы, а иногда даже целые абзацы).

Приведем некоторые найденные ими разночтения, – из тех, что меняли смысл высказывания.

 1842_МД1Должно было бытьСуть ошибки
гл. III может быть старик, наделенный дюжею собачьей натурой может быть старик или просто наделенный дюжею собачьей натурой Получался какой-то старик, которого обозвали «собакой».
гл. V дядя Митяй и дядя Миняй сели оба на коренного дядя Митяй и дядя Миняй сели оба на пристяжного, потом дядя Митяй и дядя Миняй сели оба на коренного При публикации процесс «редуцирован».
гл. V «Нет, я вижу, вы не хотите продать; прощайте!»
«Позвольте, позвольте! – сказал Собакевич, не выпуская его руки
«Нет, я вижу, вы не хотите продать; прощайте!»
«Позвольте, позвольте! – сказал Собакевич, взявши его за руку и ведя в гостиную. – Прошу, я вам что-то скажу».
«К чему беспокойство, я сказал всё».

«Позвольте, позвольте! – сказал Собакевич, не выпуская его руки
Опять процесс редуцирован...
гл. VI сосед заезжал к нему пообедать сосед заезжал к нему сытно пообедать Выпал эпитет, которым Гоголь подчеркивал, что Плюшкин раньше был хлебосольным хозяином.
гл. VII Манилов вынул из-под шубы бумагу, свернутую в трубочку и связанную розовою ленточкой. Манилов вынул из-под шубы бумагу, свернутую в трубочку и связанную розовою ленточкой, и подал очень ловко двумя пальцами. Манилова лишили «изящности».
гл. VIII смеются от души те, которые, впрочем, несколько плохо услышали произнесенные им слова смеются от души те, которые от него подалее и которые, впрочем, несколько плохо услышали произнесенные им слова У Гоголя речь шла не о глухих, а о тех, кто находился в отдалении.
гл. VIII легонький галстучек из ленты легче пирожного легонький галстучек из ленты или шарф легче пирожного Легкий был шарф, а не галстук и не лента.
гл. VIII возбудительные части рук повыше локтя, которые у многих дышали завидною полнотою возбудительные части рук повыше локтя, которые у многих дышали завидною свежестью и полнотою Действительно, ведь завидуют свежести женских плеч, а не их полноте!
гл. IX Сестре я прислала материйку Сестре ее прислали материйку Ничего себе, «сюрпризы почты»!
гл. IX он родного отца хотел продать он родного отца готов продать Вместо фразеологизма – обвинение в работорговле?.. Ноздрев встал на базаре и выкрикивал: «Продается родной отец! А вот, кому родного отца!..»
гл. X медленно спускался он с лестницы, отпечатывая своими мокрыми сапогами следы медленно спускался он с лестницы, отпечатывая своими толстыми сапогами мокрые следы Если бы Селифан ходил в мокрых сапогах, он бы простудился и умер (тем самым нанеся материальный убыток своему владельцу Чичикову).
гл. XI осторожный кот [...] хватает поспешно все, что к нему поближе: мыло ли стоит, свечи ли, сало, канарейка ли попалась под лапу осторожный кот [...] хватает поспешно все, что к нему поближе: масло ли стоит, свечи ли, сало, канарейка ли попалась под лапу Накормили кота мылом...

Но вот что интересно: это издание предлагает читателям список «Исправления, внесенные в первопечатный текст по рукописям», однако он не по́лон! По нашим подсчетам, даже если оставить в стороне пунктуацию, между 1951_ПСС14 и 1842_МД1 имеется не 228, как было заявлено, а более 300 различий: в списке отсутствуют, по большей части, упоминания исправлений, связанных с устранением цензурной правки. Это казалось нам необъяснимым, – до тех пор, пока мы не обратили внимание на следующий фрагмент:

 1842_МД1Должно было быть
гл. III Здесь он опять хлыснул его кнутом, примолвив: «У, варвар!..» Потом прикрикнул на всех: «Эй вы, любезные!» Здесь он опять хлыснул его кнутом, примолвив: «У, варвар! Бонапарт ты проклятый!..» Потом прикрикнул на всех: «Эй вы, любезные!»

Это вычеркнул в свое время цензор; начиная с 1889_СС7, отрывок возвращен в текст. Однако... в 1951_ПСС14 он имеет вид: «Бонапарт ты проклятой». Как же так? Откуда взялось? А во́т откуда: в такой форме это публиковалось в 1928_СС3 / 1937_Academia, оттуда и «надуло»... Вы сейчас, наверно, саркастически спро́сите: и как эта буква влияет на смысл, да хотя бы на стиль произведения?! Отвечаем: конечно, никак; зато – свидетельствует о том, что «первоисточником» для Жданова и Зайденшнур послужило именно 1937_Academia, а вовсе не заявленное 1842_МД1. Потому и нет речи о возвращенных доцензурных вариантах, что редакторы сверяли рукописи не с «первопечатной», а уже с «восстановленной» редакцией... Все-таки обнести предшественников – святое дело!

О, кстати! В 2012_ПСС23 в адрес редакторов 1951_ПСС14 было выдвинуто обвинение, говоря прямо, в присвоении результатов чужой редакторской работы над текстом “Мертвых душ”:

По имеющимся сведениям, первоначальная подготовка выполнена до войны В.Л.Комаровичем – см.: Томашевский Б.В., Фридлендер Г.М. Академическое издание сочинений Н.В.Гоголя // Изв. АН СССР. Отд. лит. и яз. 1952. Т. XI. Вып. 1. С. 56.

Что это? Маленькая сенсация? Министр ГБ Абакумов, в разгар борьбы с безродными космополитами, лично отжал лавры у Василия Леонидовича Комаровича (1894-1942) в пользу Эвелины Ефимовны (Хаимовны) Зайденшнур?.. Давайте-ка сходим посмотрим, что это за «имеющиеся сведения». Открываем «Известия Академии наук СССР. Отделение литературы и языка», том XI, выпуск 1, упомянутую страницу 56:

Впервые опубликован редакторами в VII12 томе один набросок...

Смотрим сноску 12:

12 Этот том еще до войны был подготовлен В.Л.Комаровичем и окончательно обработан редакторами VI тома.

Заглянем в Полное собрание сочинений Гоголя (1937-1952):

Том VI (арабскими цифрами –
«6», прописью – «шестой»)
Текст и комментарии подготовили
В. А. ЖДАНОВ и Э. Е. ЗАЙДЕНШНУР
Том VII («7», «седьмой», з҃, ז, ζ,
как еще объяснить?)
Текст подготовили и комментарии составили
В. А. ЖДАНОВ, Э. Е. ЗАЙДЕНШНУР
и В. Л. КОМАРОВИЧ

Понятно, да? В.Л.Комарович готовил текст т.н. второго тома “Мертвых душ”, что и было указано в «Изв. АН СССР»... Господа редакторы 2012_ПСС23, народу не нужны нездоровые сенсации. Народу нужны здоровые сенсации!


(*) Но вернемся к мучениям мертвых душ. В 1953 г. А.Л.Слонимский посчитал нужным начать редактирование сначала; в результате появилась версия 1953_СС6 (которая сейчас с удовольствием воспроизводится различными издательствами и в электронном, и в печатном виде, видимо, ввиду истечения срока копирайта на примечания).

Декларировалось, что эта редакция более «бережно» отнеслась к первопечатному тексту. Но... На самом деле – здесь просто другие исправления. Не менее «смелые». Например, в тексте были чохом расшифрованы все гоголевские сокращения вида «т.е.». Например, «чорт» перекинулся в «чёрта». Например, были изменены наименования всех глав: до тех пор они нумеровались римскими цифрами («Глава XI»), и вдруг – стали писаться прописью («Глава одиннадцатая»); да и другие числительные – тоже. С какого перепугу? Дай ответ! Не дает ответа...


(*) С тех пор процесс принял неуправляемый характер. Похоже, все новых и новых публикаторов в их «реформаторском» энтузиазме просто перестал сдерживать страх быть обвиненным в «глумлении над классикой».

В частности, в издательстве «Детская литература» (и его современных эпигонах) на протяжении многих лет и изданий вслед за 1953_СС6 взяли манеру «упрощать» текст, заменяя менее частотные слова и формы – более распространенными. Вот неполный, но показательный список подмен:


в уединеньи→ в уединенье
в выраженьи→ в выраженье
в обаяньи→ в обаянье
об оттяганьи→ об оттяганье
при наименованьи→ при наименованье
в простонародьи→ в простонародье
в мельканьи→ в мельканье
в волненьи→ в волнении
на бюре→ на бюро
на постеле→ на постели
неприличьем→ неприличием
буточник→ будочник
галстух→ галстук
счастие→ счастье
фиялок→ фиалок
креслы→ кресла
перилы→ перила
вороты→ ворота
шкап→ шкаф
поимянно→ поимённо
негожо→ негоже
нивесть→ невесть
куды→ куда
 
резинный→ резиновый
цирульным→ цирюльным
фамилиарного→ фамильярного
сурьезного→ серьезного
трехугольных→ треугольных
выломлены→ выломаны
 
обсматривать→ осматривать
танцовать→ танцевать
приобресть→ приобрести
выдти→ выйти
вскликнул→ воскликнул
высыплют→ высыпают

И так далее, и так далее...

* * *

Продемонстрировать отношение различных редакторов к тексту романа можно на примере того, что́ случилось с воскресеньем.

гл. IIИтак, отдавши нужные приказания еще с вечера, проснувшись поутру очень рано, вымывшись, вытершись с ног до головы мокрой губкой, что делалось только по воскресным дням, а в тот день случись воскресенье...

Слово «случись» в этом контексте является вариантом нормативного словоупотребления; оно менее затерто и больше соответствует строю гоголевского письма; правда, при этом передает ощущение чуть большей неожиданности, чем нейтральное «случилось». И вот что с ним случилось.

ЦР В рукописи, представленной цензору, написано:  случилось
1842_МД1 Однако затем в набор первого издания каким-то путем (по-видимому, из корректурных листов) попало: случись
1889_СС7 Н.С.Тихонравов решил, что вариант цензурной рукописи более правилен с языковой точки зрения; поэтому он исправляет:
случилось
1951_ПСС14 В.А.Жданов и Э.Е.Зайденшнур то ли не заметили, то ли проигнорировали разночтения с рукописью, поэтому публикуют первопечатный вариант: случись
1952_СС5 И.Н.Медведева, декларируя в качестве источника публикуемого текста 1951_ПСС14, тем не менее, сдает в печать альтернативный вариант:
случилось
1953_СС6 А.Л.Слонимский следует мнению Н.С.Тихонравова (все-таки тот, в отличие от Гоголя, – был деканом, а затем и ректором Московского университета): случилось
1959_СС6 Присоединение Е.И.Прохорова к А.Л.Слонимскому в очередной вакханалии редактирования приводит к восстановлению (а может, попранию, кто́ знает) стилистической справедливости: случись
1967_СС7,
1978_СС7,
1985_СС7
С.И.Машинский следует 1959_СС6: случись
1994_СС9,
2009_ПСС17
В.А.Воропаев и И.А.Виноградов следуют 1985_СС7: случись
2012_ПСС23 И.А.Зайцева и H.A.Виноградская считают, что наборщики – дураки и вообще пролетарии, и возвращаются к ЦР:
случилось
2019_АСТ Э-э... Не умничай тут, а иди готовься к ЕГЭ: случись

И этим увлекательным пинг-понгом могут заниматься еще многие поколения публикаторов!


Мелодраматична история слова «субдительный» из главы IV. Оно присутствовало во всех изданиях до 1951 г. В 1951_ПСС14 его исправили на «субтильный» со ссылкой на авторизованную рукопись (т.е. написанную под диктовку Гоголя и с его правкой). Однако уже в 1953_СС6 слово вернули обратно, посчитав, что это не опечатка, а речевая харатеристика персонажа (Ноздрева). Но в 2012_ПСС23 – снова убрали. А в многочисленных переизданиях под брендом АСТ (по 2019) – снова вернули...

Но вокруг текста случаются танцы и на три счета, вальсы, так сказать (уж не будем расписывать в хронологическом порядке, чтобы не загромождать текст):

1842_МД1,
1959_СС6,
1967_СС7,
1994_СС9,
2009_ПСС17
пришпандорь кнутом вон того, того, солового
1889_СС7,
1953_СС6
пришпандорь кнутом вон того, солового
1951_ПСС14,
1952_СС5,
2012_ПСС23
пришпандорь кнутом вон того-то солового

Или вот:

1842_МД1,
1951_ПСС14,
1953_СС6,
1959_СС6,
2012_ПСС23
у них немецкая жидкокостая натура
1889_СС7,
1952_СС5
у них немецкая жидкокостная натура
1967_СС7,
1994_СС9,
2009_ПСС17
у них немецкая жидкостная натура

Давайте, накидывайте варианты! Жидкостистая? Жидкостлявая? Жидкостыльная?..


А вот еще одно немотивированное искажение первопечатного текста:

1948_ГИХЛ, 1949_Детгиз,
1949_СС6, 1951_ПСС14, 2012_ПСС23
Все остальные издания,
начиная с 1842_МД1
Взмостился ли ты для большого прибытку Взмостился ли ты для большего прибытку

Непростой оказалась судьба вот этого каламбура:

гл. IV – ...поедем ко мне!
– Нет, нельзя, есть дело.
– Ну, вот уж и дело! уж и выдумал! ах ты Оподелдок Иванович!

«Оподелдок» – так напечатано в обоих прижизненных изданиях “Мертвых душ”, а также – еще в семи последующих. Но проф. Н.С.Тихонравов, готовивший 1889_СС7, исправил это слово на «Оподельдок». Несмотря на отсутствие каких бы то ни было пояснений с его стороны, сегодня мы можем догадаться, чем именно он руководствовался. Дело в том, что в двух из трех «авторизованных копий» слово действительно написано с мягким знаком, и профессор русской словесности посчитал это достаточным основанием для того, чтобы принудительно вернуть слово к его нормативному написанию. А каламбур... Он маленький, его каждый обидеть может...

Однако следующие поколения литературоведов уже отдавали себе отчет: то, что в гоголеведении считается «авторской рукописью» – это не такая рукопись, которую автор писал, а такая, которую он читал (более или менее внимательно); поэтому ни одна рукопись выражением окончательной воли автора служить не может. И в 1951_ПСС14 каламбур был реабилитирован, мягкий знак убран...

Но злоключения несчастного каламбурчика на этом, к сожалению, не кончились: в 2012_ПСС23 мягкий знак вставили опять. Не всё у нас в Академии наук еще обстоит благополучно с такими чувствами, как, например, юмор.

* * *

Ах да, мы же так и не объяснили загадку с курительными свечами. А дело в том, что в разных изданиях этот фрагмент выглядит по-разному:

1948_ГИХЛ, 1949_Детгиз, 1949_СС6,
1951_ПСС14, 1952_СС5, 1959_СС5
Все остальные издания, начиная с 1842_МД1
...он накупал кучу всего, что прежде попадалось ему на глаза в лавках: хомутов, курительных смолок, ситцев, свечей, платков для няньки... ...он накупал кучу всего, что прежде попадалось ему на глаза в лавках: хомутов, курительных свечек, платков для няньки...

Этот случай – один из целого набора «примечаний к несуществующему тексту»; следующие два примера – оттуда же.

гл. V...подозвал к себе первого мужика, который, попавши где-то на дороге претолстое бревно, тащил его на плече...
 

В ряде изданий фрагмент сопровождается примечанием:

1957_ДетгизПопавши – здесь в значении «нашедши».
1959_СС6Попавши – «нашедши».
1988_СовРосПопавши – нашедши.
2009_ПСС17Попавши – здесь: нашедши, захватив (от укр. попадати – попадать, поймать, захватить, найти).

Но в 1948_ГИХЛ, 1949_Детгиз, 1949_СС6, 1951_ПСС14, 1952_СС5, 1959_СС5 и 2012_ПСС23 вы это сомнительное «попавши» на найдете. Почему? А оно просто-напросто – небезосновательно исправлено на «поднявши».

Второй пример:

гл. XI...дорога ухабиста, шибень такой везде пошел...
 

Это сопровождается примечанием:

1957_Детгиз,
1959_СС6,
1974_СЧ,
1982_Прос,
2005_АСТ
Шибень – выбоины {на дороге}.
1968_СС4Шибень (шибель) – ухабы, выбоины, кочки.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Шибень (или шибель) – «выбоины, бугорки» (из записной книжки Гоголя).

Редакторы же 2012_ПСС23 обнаружили, что в «цензурный экземпляр» вкралась ошибка переписчика; таким образом, это слово следует не комментировать, а исправить в тексте на «шибель».


Как правильно?
канфора камфора камфара
1842_МД1,
1889_СС7,
2012_ПСС23
1937_Academia,
1951_ПСС14,
1952_СС5,
2009_ПСС17
1957_Детгиз,
1959_СС6,
1967_СС7,
1975_БВЛ,
1982_БМЛД,
1988_СовРос,
1994_СС9,
2005_АСТ

А тут?

зачитывались немилосердо зачитывались немилосердно
1842_МД1,
1951_ПСС14,
1952_СС5,
1959_СС6,
1967_СС7,
2009_ПСС17,
2012_ПСС23
1937_Academia,
1957_Детгиз,
1975_БВЛ,
1982_БМЛД,
1988_СовРос,
1994_СС9,
2005_АСТ

Розенталь на оба ваши дома...


В романе упоминается протопоп, отец... Постойте, а как его зовут?

отец Кирилл отец Кирил
1937_Academia,
1967_СС7,
1978_СС7,
1985_СС7,
1988_СовРос
все остальные издания,
начиная с 1842_МД1

Ну да: в разных изданиях – и протопопы должны быть разные. Ведь верно? Ведь правильно?..

* * *

Надо признать, что и после 1951_ПСС14 еще можно обнаружить положительный вклад редакторов в благородный труд сектора очистки текста “Мертвых душ”... Нет, кроме шуток! Вот в 2012_ПСС23 имеется несколько весьма содержательных исправлений, например:

 Все издания2012_ПСС23Суть ошибки
гл. VII ...задумался так, сам собою, как задумывается всякой русской, [...] когда замыслит об разгуле широкой жизни... ... задумался так, сам собою, как задумывается всякой русской, [...] когда заслышит об разгуле широкой жизни... Получалась тавтология: «за­ду­мы­ва­ет­ся ... когда задумывается (= за­мы­слит)»
гл. VII ...ему стоит только мигнуть, проходя мимо рыбного ряда или погреба, так мы, знаете ли, как закусим! ...ему стоит только мигнуть, проходя мимо рыбного ряда или винного погреба, так мы, знаете ли, как закусим! Получался «рыбный погреб»
гл. VIII ...будь он немного толще или полнее, уж это было бы нехорошо. ...будь он немного толще или тонее, уж это было бы не хорошо. Вместо противопоставления по­лу­ча­лась тавтология

Однако, если вы верите в прогресс, в постепенное улучшение, если вам кажется, что «понемножку, полегоньку разум начинает творить свои благодетельные чудеса, обещая в перспективе архимедов, ньютонов и эйнштейнов», – вынуждены вас разочаровать: новые издания привносят в текст новые ошибки... Конечно, в эпоху компьютерного набора это заявление звучит как подражание фантастическим юморескам И.И.Варшавского. Но вот вам доказательства.

Редакторы 2009_ПСС17 в своей предыдущей практике выпустили в свет в разных издательствах, начиная с 1988 года, чуть ли не десяток изданий “Мертвых душ”. Их вариант текста романа за 20 лет уже должен был быть «вылизан» начисто и блестеть, как... э-э... глаза у кота Бегемота; но прежде всего – текст у них должен находиться – спроси́те хоть дошкольника! – на каком-нибудь электронном носителе информации: флэшке, или компакт-диске, или гибкой дискете, да хоть на магнитной ленте для ЭВМ ЕС-1035...Так каким же образом в их «полном собрании» появились следующие опечатки (отсутствующие в их же предыдущих изданиях):

 НапечатаноДолжно быть
гл. IV небольшая колясочка Ноздрева ... колясчонка ...
гл. V по полтора рубля, извольте ... полтора рубли ...
гл. V послушать его тихоструйного треньканья. ... тихострунного ...
гл. VIII они изольются и будут стельки. ... изопьются ...
гл. VIII словно «чу!» так, что в самом деле виделось слово «чу!» ...
гл. VIII Иван Адрейч Иван Андрейч
гл. VIII сударь ты мой судырь ты мой
гл. X может представить себе: государственный человек! можете представить ...
гл. XI какие фарфоры и батиста пересылали кумушкам ... батисты ...
гл. XI Эта была гроза и отчаяние всего польского жидовства. Это была ...
гл. XI слышится что-то востороженно-чудное ... восторженно-чудное

Моль байты поела?

Нет, в самом деле: они что́, сидели и набирали текст заново вручную? Колотили по клавиатуре, списывая с предыдущего издания? Или монашек заставили?.. Но не подумайте, грешным делом, что Издательство Московской Патриархии озаботилось сопроводить свое изделие вышеприведенным списком опечаток; ни Боже мой! Им, похоже, было не до того.


В 2012_ПСС23 все упоминания «полицеймейстера» заменены на «полицмейстера» (да здравствует Find & Replace, ура!). Обоснование приводится следующее:

Довольно сложную проблему представляет собой унификация имеющегося в тексте разночтения «полицмейстер/полицеймейстер». Оба написания (как равноправные) зафиксированы в толковых словарях. В самом тексте разночтение связано с неоднократной сменой переписчиков. [...] В тексте [первого издания] расхождение сохранилось. В настоящем издании отдано предпочтение варианту «полицмейстер», поскольку именно так в подавляющем большинстве случаев писал это слово сам Гоголь.

А давайте проверим.

(1) Ближайший ко времени написания “Мертвых душ” «толковый словарь» – 1863_Даль, в котором:

Другими словами – ни фига не «равноправные» и ни фига не «зафиксированы».
(2) В 1842_МД1 «полицмейстер» встречается 4 раза, «полицеймейстер» – 30(!) раз.
В этих обстоятельствах трудно считать вышеприведенное обоснование состоятельным...

Правда, 2012_ПСС23 в текстовом формате в Интернете (пока) не существует, и школьники и студенты будут продолжать цитировать все-таки «полицеймейстера» (да здравствует Copy & Paste, ура!).


А вот совсем вопиющие случаи:

гл. VIНа антресолях жила также его конпатриотка, наставница двух девиц.
 

Эта явная опечатка была исправлена еще в 1889_СС7: «компатриотка»; и так печаталось вплоть до редакции 1951_ПСС14, когда опечатка (по недосмотру?) вернулась в текст. В 1953_СС6 она была снова исправлена, и затем всегда это слово печаталось правильно... Пока в академическом(!) 2012_ПСС23 опечатка снова не появилась. За такое – русичка в нашей школе «неуд» лепит...

гл. VIIКрестьян накупили на сто тысяч, а за труды дали только одну белинькую.
 

Опять-таки, опечатка была исправлена в 1889_СС7: «беленькую»; и с тех пор так это везде воспроизводилось... А в 2012_ПСС23 редакторы вернулись к написанию «белинькую», взяв его, видите ли, из какой-то рукописи (к слову сказать, написанной даже не рукой Гоголя).

гл. VI...двигались мельницы, валильни, работали суконные фабрики, столярные станки, прядильни...
 

Опечатку в слове «валяльни» впервые официально заметили в 1949_Детгиз, сопроводив примечанием:

Валяльня, мастерская для валки шерсти.

А в 1951_ПСС14 она наконец была исправлена в тексте. И вот... в 2012_ПСС23 опечатку, не говоря худого слова, вернули обратно. В связи с этим – позволим себе привести еще одну цитату, из нашего школьного физика Соломона Давыдыча:

Что было, то и теперь есть, и что будет, то уже было.

Но это не учебник Краевича, это Екклесиаст (3:15).

* * *

Таким образом, в сфере аутентичности текста и «трепетности» отношения к нему – царит полный произвол. Сегодня самые массовые тиражи (в том числе, для электронных книг) выпускаются под импринтами издательства АСТ, а они печатают вариант 1953_СС6. А в Интернете можно найти издания самых разных лет, но особенной популярностью пользуется 1951_ПСС14.

А мы, чтобы поймать себя за хвост, на миг вернемся к тому, с чего начали, – к названию города N: в 1982_БМЛД, 1994_СС9, 2001_Детлит, 2009_ПСС17 его пишут без точки, а в остальных изданиях – с точкой. Вот ведь неразбериха! Недаром наша математи́чка Гоголя не жалует...


7. Секрет капитана Копейкина

При первой попытке пройти цензуру, вставная «Повесть о капитане Копейкине» была запрещена. Гоголь, однако, стремился во что бы то ни стало сохранить «Повесть».

В письме от 10.04.1842 он писал цензору А.В.Никитенко:

...признаюсь, уничтоженье Копейкина меня много смутило. Это одно из лучших мест. [...] кусок этот необходим, не для связи событий, но для того, чтобы на миг отвлечь читателя, чтобы одно впечатление сменить другим, и кто в душе художник, тот поймет, что без него остается сильная прореха. Мне пришло на мысль: может быть, цензура устрашилась генералитета. Я переделал Копейкина, я выбросил все, даже министра...

Насчет «отвлечь читателя, чтобы одно впечатление сменить другим» – Гоголь, конечно, несколько лукавил: отвлечь читателя можно чем угодно. А вот насчет «прорехи» – сказал чистую правду.

В письме от 15.04.1842 он писал (Н.Я.Прокоповичу): «Если имя Копейкина их остановит, то я готов его назвать Пяткиным и чем ни попало»; т.е. Гоголь был готов даже пожертвовать ассоциацией с известным фольклорным разбойником Копейкиным.

Практически у любого литературоведа, комментирующего всю эту историю, проскальзывает неявное, а иногда – и явное, удивление: почему Гоголю так была нужна «Повесть о капитане Копейкине»?

Изобретались причудливые теории: «Повесть...» «несет функцию ретардации, замедления нарратива» (Ю.В.Манн. «“Повесть о капитане Копейкине” как вставное произведение», 1993)... «служит примером “взрыва” “большого нарратива” всей поэмы, взятой в ее глобальном замысле» (С.А.Шульц. «Поэма Гоголя “Мертвые души”: внутренний мир и литературно-философские контексты», 2017) ... в ней «неконцептуально формулируется своеобразная историософия Пе­тер­бур­га» (С.А.Шульц)... Вот что непонятного я сейчас сказал?!.

Но будем же благоразумны: это мотивы, придуманные гоголеведами, а не самим Гоголем.

А каков мотив Гоголя? Позитивный, рациональный, сформулированный в понятных самому Гоголю терминах?.. Чтобы найти ответ на этот вопрос, давайте сначала поговорим о... еде.

Вообще-то на этот счет наговорено уже немало.

Утверждение, что Коробочка – это Баба-Яга (Абрам Терц), которая, следовательно, устраивала герою похоронный обряд (ну как же, блины!) – это еще цветочки. В гоголеведении можно встретить вещи похлеще:

Конечно, в терминах фрейдистской теории, тот факт, что герои Гоголя так любят есть, отражает их страх или неприязнь к сексуальному контакту, в результате чего их либидо деградирует. Аппетит, который они стремятся удовлетворить, оказывается скорее гастрономическим, чем сексуальным. Говоря о «пищевом наслаждении», которое мы находим в произведениях Гоголя, Хью Маклин отмечает, что герои Гоголя, «отрекаясь» от половой любви, для удовлетворения своего вожделения обращаются к отверстиям, которые являются пред-генитальными (или оральными). «Запрещенное генитальное удовлетворение, – объясняет он, – компенсируется прелестями стола. Если использовать психоаналитическую терминологию, индивид вернулся к оральной стадии формирования либидо». В “Мертвых душах” эта деградация полового влечения проявляется не только в многочисленных трапезах, описанных в романе, но и в постоянном ассоциировании гастрономических и сексуальных удовольствий. Ноздрев, например, рассказывает нам, что его приятель-ловелас Кувшинников называет флирт и погоню за молодыми девушками «сбором клубники». В то же время Чичиков, чей непомерный аппетит в еде и одержимость в попытках разбогатеть делают его персонажем одновременно «анальным» и «оральным», не проявляет по-настоящему «генитального» влечения на протяжении всего романа.

Это цитата из статьи: Р.Д.Лебланк, «Ужин с Чичиковым: описание еды как способ повествования в “Мертвых душах” Гоголя», 1988. Она имеет достаточно высокий ссылочный индекс, но при этом, насколько нам известно, до сих пор никогда на русский язык не переводилась.

Короче, Гоголь – такой:

Если совершу это творение так, как нужно его совершить, то... какой огромный, какой оригинальный сюжет! Какая разнообразная куча! Вся Русь явится в нем!

(всем известная цитата из письма В.А.Жуковскому 12.11.1836): а отечественные литературоведы ему: «Да какая Русь... Сказочка! Баба-Яга! Похороны!»; а зарубежные критики: «Да какая куча... Анально-орально-сексуально-генитальная, наверно»...

Мы, однако, предпочитаем оставаться в рамках несколько наивной веры в то, что, когда Гоголь писал «огурец», он не имел в виду анальный фаллоимитатор зеленого цвета с пупырышками.

На наш взгляд, новаторство Гоголя состоит в том, что он попытался задействовать не только слух (барабанные перепонки) и зрение (глаза́) своего читателя (чем испокон веку занималась вся мировая литература), но и – вкусовые рецепторы. В русской предшествующей литературе такие попытки были чрезвычано редки. Одна из них – конечно, «Евгений Онегин» +.

Пред ним roast-beef окровавленный,
И трюфли, роскошь юных лет,
Французской кухни лучший цвет,
И Стразбурга пирог нетленный
Меж сыром лимбургским живым
И ананасом золотым.
гл.1,
XVI
Еще бокалов жажда просит
Залить горячий жир котлет...
гл.1,
XVII
...Beef-steaks и стразбургский пирог
Шампанской обливать бутылкой...
гл.1,
XXXVII
У них на масленице жирной
Водились русские блины...
гл.2,
XXV
Несут на блюдечках варенья,
На столик ставят вощаной
Кувшин с брусничною водой...
гл.3,
III
...Шипел вечерний самовар,
Китайский чайник нагревая;
Под ним клубился легкий пар.
Разлитый Ольгиной рукою,
По чашкам темною струею
Уже душистый чай бежал,
И сливки мальчик подавал...
гл.3,
XXXVII
На миг умолкли разговоры;
Уста жуют. Со всех сторон
Гремят тарелки и приборы
Да рюмок раздается звон.
гл.5,
XXIX
...Но целью взоров и суждений
В то время жирный был пирог
(К несчастию, пересолённый);
Да вот в бутылке засмолённой,
Между жарким и бланманже,
Цимлянское несут уже...
гл.5,
XXXII

А еще?

А еще – Г.Р.Державин, да такой, что Гоголь даже использовал этот текст в качестве застольной речи Собакевича!

«Похвала сельской жизни» (1798)“Мертвые души”
Горшок горячих, добрых щей
Копченый окорок под дымом;
Обсаженный семьей моей,
Средь коей сам я господином, –
И тут-то вкусен мне обед!

А как жаркой еще баран
Младой, к Петрову дню блюденный,
Капусты сочныя кочан,
Пирог, груздями начиненный,
И несколько молочных блюд, –

Тогда-то устрицы го-гу,
Всех мушелей заморских грузы,
Лягушки, фрикасе, рагу,
Чем окормляют нас французы, –
И уж ничто не вкусно мне.

«Щи, моя душа, сегодня очень хороши! – сказал Собакевич, хлебнувши щей и отваливши себе с блюда огромный кусок няни, известного блюда, которое подается к щам и состоит из бараньего желудка, начиненного гречневой кашей, мозгом и ножками.

[...]

Мне лягушку хоть сахаром облепи, не возьму ее в рот, и устрицы тоже не возьму: я знаю, на что устрица похожа.

Возьмите барана [...] это бараний бок с кашей! Это не те фрикасе, что делаются на барских кухнях из баранины, какая суток по четыре на рынке валяется! Это всё выдумали доктора немцы да французы...»

[...]

За бараньим боком последовали ватрушки, из которых каждая была гораздо больше тарелки, потом индюк ростом в теленка, набитый всяким добром: яйцами, рисом, печенками и ни весть чем...

Но это – так, лирика. А зачем вообще Гоголю понадобились описания еды, какова их функция?

Их, как минимум, две. Одна из них – использование в качестве метафор, характеристик своих персонажей.

В литературоведении неоднократно высказывалась нехитрая мысль (например, тем же Р.Д.Лебланком), что Гоголь как будто реализует максиму: человек есть то, ка́к он ест (кто не знает – это коллективная переделка известного афоризма Л.А.Фейербаха (1850)). Давайте приглядимся, ка́к питаются «основные едоки» “Мертвых душ”.


Коробочка
гл. III...на столе стояли уже грибки, пирожки, скородумки, шанишки, пряглы, блины, лепешки со всякими припёками: припёкой с лучком, припёкой с маком, припёкой с творогом, припёкой со сняточками...

К этому перечню практически в любом издании помещают примечания, где объясняют, что́ это такое – шанишки, пряглы, припёки и сняточки (а в VIII главе – и кокурки), причем – обязательно с пометой: «из записной книжки Гоголя»... Ага, то есть, для Гоголя эти слова тоже необычны, настолько, что пришлось записать для памяти? Зачем же тогда он включил их в текст, читателя запутать?

А дело в том, что эти «хлебобулочные изделия» выступают в качестве метафоры: Коробочка – «старушка», и Гоголь ассоциирует с ней эти «старосветские» названия.

Характерно, что, когда Коробочка появляется в романе еще раз, это снова сопровождается тем же антуражем: в город она въезжает в экипаже, который

гл. VIIIнапичкан мешками с хлебами, калачами, кокурками, скородумками и кренделями из заварного теста. Пирог-курник и пирог-рассольник выглядывали даже наверх.
Манилов

Манилову свойственны легкомысленность, поверхностность, несобранность...

гл. IV«Манилов будет повеликатней Собакевича: велит тотчас сварить курицу, спросит и телятинки; коли есть баранья печенка, то и бараньей печенки спросит, и всего только что попробует, а Собакевич одного чего-нибудь спросит, да уж зато все съест, даже и подбавки потребует за ту же цену».
Собакевич

...а Собакевичу свойственна основательность.

гл. V«У меня когда свинина, всю свинью давай на стол; баранина – всего барана тащи, гусь – всего гуся! Лучше я съем двух блюд, да съем в меру, как душа требует».
Ноздрев

Нахрапистость, небрежность, фанфаронство, бахвальство.

гл. IVОбед, как видно, не составлял у Ноздрева главного в жизни; блюда не играли большой роли: кое-что и пригорело, кое-что и вовсе не сварилось. Видно, что повар руководствовался более каким-то вдохновеньем и клал первое, что попадалось под руку: стоял ли возле него перец – он сыпал перец, капуста ли попалась – совал капусту, пичкал молоко, ветчину, горох, словом, катай-валяй, было бы горячо, а вкус какой-нибудь, верно, выдет.
Плюшкин
гл. VI«...на полке есть сухарь из кулича, который привезла Александра Степановна, чтобы подали его к чаю! [...] ...у меня был славный ликерчик, если только не выпили! Еще покойница делала... я весь сор-то повынул, и теперь вот чистенькой я вам налью рюмочку».

К этому эпизоду Е.И.Анненкова в книге «Путеводитель по поэме Н.В.Гоголя “Мертвые души”» (2011) делает тонкое замечание:

Однако гоголевский текст таков, что читатель может допустить некие скрытые движения души Плюшкина, им самим не вполне сознаваемые. Сухарь сохранен по скупости, но, может быть, и потому, что привезен дочерью.

Правда, исследовательница тут же пугается собственной смелости и идет на попятный:

Конечно, этот смысловой план, не слишком явно проступающий в тексте, не следует преувеличивать. Так же долго, как сухарь, Плюшкин хранит «ликерчик», из которого время от времени вынимает «сор», и даже готов попотчевать им редкого гостя.

Да нет же! Плюшкин хранит «ликерчик» по той же причине! Кулич – подарила дочь, а наливку – делала покойная жена!

И все это – вместо долгих слов, описывающих тоску Плюшкина по покинувшим его жене и дочери.

Чичиков

На балу, после выходки Ноздрева, громогласно заявившего о фиктивных сделках Чичикова:

гл. VIIIЭто вздорное, по-видимому, происшествие заметно расстроило нашего героя. [...] Он стал чувствовать себя неловко, неладно [...] За ужином тоже он никак не был в состоянии развернуться...

И – наконец:

гл. VIIIМужчины почтенных лет, между которыми сидел Чичиков, спорили громко, заедая дельное слово рыбой или говядиной, обмакнутой нещадным образом в горчицу...

Вот эта «чужая» горчица и передает читателю то чувство горечи, которое охватило Чичикова.


А вторая функция описания яств и трапез (и, быть может, главная) – композиционная. Если присмотреться – описания еды являются как бы булавками, которыми каждая глава «приколота» к полотну романа.


глава I

...ему подавались разные обычные в трактирах блюда, как-то: щи с слоеным пирожком, нарочно сберегаемым для проезжающих в течение нескольких неделей, мозги с горошком, сосиски с капустой, пулярку жареную, огурец соленый и вечный слоеный сладкий пирожок, всегда готовый к услугам...

глава II

«...у нас просто, по русскому обычаю, щи, но от чистого сердца». [...]

Алкид, зажмурив глаза и открыв рот, готов был зарыдать самым жалким образом, но, почувствовав, что за это легко можно было лишиться блюда, привел рот в прежнее положение и начал со слезами грызть баранью кость, от которой у него обе щеки лоснились жиром.

глава III

...он потянул несколько к себе носом воздух и услышал завлекательный запах чего-то горячего в масле.

«Прошу покорно закусить», – сказала хозяйка. Чичиков оглянулся и увидел, что на столе стояли уже грибки, пирожки, скородумки, шанишки, пряглы, блины, лепешки со всякими припёками: припёкой с лучком, припёкой с маком, припёкой с творогом, припёкой со сняточками, и нивесть чего не было.

«Пресный пирог с яйцом!» – сказала хозяйка.

Чичиков подвинулся к пресному пирогу с яйцом и, съевши тут же с небольшим половину, похвалил его. [...]

«А блинков?» – сказала хозяйка.

В ответ на это Чичиков свернул три блина вместе и, обмакнувши их в растопленное масло, отправил в рот, а губы и руки вытер салфеткой. [...]

«У вас, матушка, блинцы очень вкусны», – сказал Чичиков, принимаясь за принесенные горячие.

глава IV

Но господа средней руки, что на одной станции потребуют ветчины, на другой поросенка, на третьей ломоть осетра или какую-нибудь запеканную колбасу с луком и потом как ни в чем не бывало садятся за стол, в какое хочешь время, и стерляжья уха с налимами и моло́ками шипит и ворчит у них меж зубами, заедаемая расстегаем или кулебякой с сомовьим плесом, так что вчуже пронимает аппетит, – вот эти господа, точно, пользуются завидным даянием неба! [...]

«Поросенок есть?» с таким вопросом обратился Чичиков к стоявшей бабе.

«Есть».

«С хреном и со сметаною?»

«С хреном и со сметаною».

«Давай его сюда!»

Старуха пошла копаться и принесла тарелку, салфетку, накрахмаленную до того, что дыбилась, как засохшая кора, потом нож с пожелтевшею костяною колодочкою, тоненький, как перочинный, двузубую вилку и солонку, которую никак нельзя было поставить прямо на стол.

глава V

Засим, подошедши к столику, где была закуска, гость и хозяин выпили, как следует, по рюмке водки, закусили, как закусывает вся пространная Россия по городам и деревням, то-есть всякими соленостями и иными возбуждающими благодатями, и потекли все в столовую; впереди их, как плавный гусь, понеслась хозяйка. [...]

«Щи, моя душа, сегодня очень хороши!» – сказал Собакевич, хлебнувши щей и отваливши себе с блюда огромный кусок няни, известного блюда, которое подается к щам и состоит из бараньего желудка, начиненного гречневой кашей, мозгом и ножками. [...] ...он опрокинул половину бараньего бока к себе на тарелку, съел все, обгрыз, обсосал до последней косточки. [...] За бараньим боком последовали ватрушки, из которых каждая была гораздо больше тарелки, потом индюк ростом в теленка, набитый всяким добром: яйцами, рисом, печенками и ни весть чем, что все ложилось комом в желудке. Этим обед и кончился...

À propos: даже хозяйка в шутку уподоблена яству!

глава VI

...заглянул в кухню, где под видом того, чтобы попробовать, хорошо ли едят люди, наелся препорядочно щей с кашею...

глава VII

...появилась на столе белуга, осетры, семга, икра паюсная, икра свежепросольная, селедки, севрюжки, сыры, копченые языки и балыки, это все было со стороны рыбного ряда. Потом появились прибавления с хозяйской стороны, изделия кухни: пирог с головизною, куда вошли хрящ и щеки 9-пудового осетра, другой пирог с груздями, пряженцы, маслянцы, взваренцы.

глава VIII

Ужин был очень весел: все лица, мелькавшие перед тройными подсвечниками, цветами, конфектами и бутылками, были озарены самым непринужденным довольством. Офицеры, дамы, фраки – все сделалось любезно, даже до приторности. Мужчины вскакивали со стульев и бежали отнимать у слуг блюда, чтобы с необыкновенною ловкостию предложить их дамам. Один полковник подал даме тарелку с соусом на конце обнаженной шпаги. Мужчины почтенных лет, между которыми сидел Чичиков, спорили громко, заедая дельное слово рыбой или говядиной...

À propos: даже поведение гостей описывается гастрономическим термином – «приторность»!

глава IX

...все те, которых нельзя было выманить из дому даже зазывом на расхлебку пятисотрублевой ухи, с двух-аршинными стерлядями и всякими тающими во рту кулебяками; словом, оказалось, что город и люден, и велик, и населен как следует.

глава X

...пообедал, судырь мой, в «Лондоне», приказал подать себе котлетку с каперсами, пулярку спросил с разными финтерлеями; спросил бутылку вина... [...]

То бывало едал щи, говядины кусок; а теперь в лавочке возьмет какую-нибудь селедку или огурец соленый да хлеба на два гроша, – словом, голодает бедняга, а между тем аппетит, просто, волчий. Проходит мимо эдакого какого-нибудь ресторана – [...] там фензерв какой-нибудь, котлетки с трюфелями, – словом, рассупе деликасет такой, что, просто, себя, то-есть, съел бы от аппетита. Пройдет ли мимо Милютинских лавок: там из окна выглядывает, в некотором роде, семга эдакая, вишенки по пяти рублей штучка, арбуз-громадище, дилижанс эдакой, высунулся из окна и, так сказать, ищет дурака, который бы заплатил сто рублей, – словом, на всяком шагу соблазн такой, слюнки текут...

глава XI

...накупивши на рынке съестного, садился в классе возле тех, которые были побогаче, и как только замечал, что товарища начинало тошнить, – признак подступающего голода, – он высовывал ему из-под скамьи будто невзначай угол пряника или булки и, раззадоривши его, брал деньги, соображаяся с аппетитом.


Заметили, где находится «булавка» десятой главы? – В «Повести о капитане Копейкине»! Именно поэтому Гоголь и не готов был от нее отказаться. Тем более, что петербургский локус давал к тому же возможность расширить несколько однообразное меню русской провинции.

* * *

К мотиву и функции еды некоторые комментаторы обращались и до нас. В таком, например, ключе:

Примечательно, что описание обеда у Манилова во второй главе не содержит ни названия блюд, ни изображения процесса его поглощения.

(Е.И.Анненкова. «Путеводитель по поэме...», 2011).

А теперь поднимите глаза к предыдущей таблице. Правда, забавно?.. Так происходит, когда комментатор находится в плену собственной концепции.

Печальной особенностью недостоверных «путеводителей» является то, что «путешественник», заметив, что его раз-другой завели «не туда», перестает доверять «путеводителю» всегда, даже когда он вроде бы ведет в правильном направлении.

Кстати говоря, Анненкова – не единственная из исследователей, кто ошибся в оценке этой сцены. В работе «Гастрономия, Гоголь и его творчество» (1970) Н.М.Колб-Селецкая приняла за чистую монету кокетство Манилова («Вы извините, если у нас нет такого обеда, какой на паркетах и в столицах; у нас просто, по русскому обычаю...») – и принялась рассуждать, по какой именно причине Маниловы «плохо питались».

Но и это не последняя ошибка. 2012_ПСС23 снабжает этот фрагмент следующим примечанием:

Лукавство данной реплики заключается в том, что игра в «русский стиль», в «русский обычай», была в большой моде при петербургском императорском дворе.

Сопровождается это ссылкой на статью Д.С.Лихачева «Социальные корни типа Манилова» (1964). Однако все, чего удалось добиться Лихачеву, – это показать, что в характере царя Николая I можно усмотреть маниловские черты... Ну, да: Гоголь – великий писатель, он сумел разглядеть и описать распространенные типы человеческих характеров. Но это совсем не значит, что в образе Манилова им задумывалась какая бы то ни было карикатура на царствующего русского императора! И доказать это несложно, – «от противного»: если бы в тексте романа просматривался даже легчайший намек такого рода – он просто-напросто не прошел бы цензуру.


8. Проблемы секса в средней полосе

Тезис об «асексуальности» (то ли романа, то ли его автора) весьма популярен у зарубежных исследователей и ползучим образом проникает в работы русскоязычных литературоведов. Однако это – грубая ошибка, возможно, следствие плохих переводов романа на другие языки.

Гоголь не асексуален, а целомудрен, он не готов вербализировать эту сторону жизни. Ни постельных сцен (ну, одна-то есть, но комическая), ни сорванных в страсти одежд... И тем не менее – читайте внимательно:

 «Мертвые души»Замечание
гл. I ...вечер у председателя палаты, который принимал гостей своих в халате, несколько замасленном, и в том числе двух каких-то дам. Каких-таких дам принимают в халате?..
гл. II ...каждый приносил другому или кусочек яблочка, или конфетку, или орешек и говорил трогательно-нежным голосом, выражавшим совершенную любовь: «Разинь, душенька, свой ротик, я тебе положу этот кусочек». – Само собою разумеется, что ротик раскрывался при этом случае очень грациозно. [...] И весьма часто, сидя на диване, вдруг, совершенно неизвестно из каких причин, [...] они напечатлевали друг другу такой томный и длинный поцелуй, что в продолжение его можно бы легко выкурить маленькую соломенную сигарку. Сами справимся в толковании символов, или будем доктора Фрейда на помощь звать?..
гл. IV ...жена скоро отправилась на тот свет, оставивши двух ребятишек, которые решительно были ему не нужны. За детьми, однако ж, присматривала смазливая нянька. Как вы думаете, зачем упомянуто, что нянька «смазливая»?
гл. IV «А Кувшинников, то есть это такая бестия, подсел к ней и на французском языке подпускает ей такие комплименты... Поверишь ли, простых баб не пропустил. Это он называет: попользоваться насчет клубнички». Отсюда – вообще русский фразеологизм пошел, насчет «клубнички».
гл. IV «...жена будет в большой претензии, право; я должен ей рассказать о ярмарке. Нужно, брат, право, нужно доставить ей удовольствие. [...] Такая, право, добрая, милая, такие ласки оказывает... до слез разбирает...» Так, мужики, слюни подберите! Ишь, обзавидовались!
гл. V ...дама или девица, родственница, домоводка или просто проживающая в доме; что-то без чепца, около тридцати лет, в пестром платке. Есть лица [...] их почти готов принять за мебель и думаешь, что от роду еще не выходило слово из таких уст; а где-нибудь в девичей или в кладовой окажется просто: ого-го! Ух ты, а Собакевич – парень не промах, хорошо устроился!
гл. IX Наверное, впрочем, неизвестно, хотя в показаниях крестьяне выразились прямо, что земская полиция был-де блудлив, как кошка, и что уже не раз они его оберегали и один раз даже выгнали нагишом из какой-то избы, куда он было забрался. Комментарии излишни.
гл. XI ...была у них ссора за какую-то бабенку, свежую и крепкую [...] но оба чиновника были в дураках, и бабенкой воспользовался какой-то штабс-капитан Шамшарев. Между прочим, эта конфузия приключилась с самим якобы «анально-оральным» (см. предыдущую главу) Чичиковым!

9. Было дело в Грибоедове

В эпоху написания “Мертвых душ” среди любителей русской поэзии два произведения почитались высочайшими вершинами:

• «Горе от ума»Александра Сергеича Г.
• «Евгений Онегин»Александра Сергеича П.

Гоголь, задумав «явить всю Русь» в одном романе, не мог пройти мимо этого явления, и оснастил свой текст множеством аллюзий на великих старших современников.

Гоголевские отсылки к комедии «Горе от ума» достаточно давно известны, и некоторые даже указаны кое в каких комплектах примечаний; мы только решили собрать их в один список, поскольку в разных изданиях почему-то публикуют разные подмножества этого списка.

Мертвые душиГоре от ума
гл. I ...говорили ли о добродетели, и о добродетели рассуждал он очень хорошо, даже со слезами на глазах... Когда ж об честности высокой говорит,
Каким-то демоном внушаем:
Глаза в крови, лицо горит,
Сам плачет, и мы все рыдаем.
Действие IV,
явление 4
гл. II Петрушка [...] имел даже благородное побуждение к просвещению, т.-е. чтению книг, содержанием которых не затруднялся: ему было совершенно все равно, похождение ли влюбленного героя, просто букварь или молитвенник, – он все читал с равным вниманием... Фамусов:
Петрушка, вечно ты с обновкой,
С разодранным локтем. Достань-ка календарь;
Читай не так, как пономарь,
А с чувством, с толком, с расстановкой.
Действие II,
явление 1
Напомним: грамотные люди в тогдашней России (тем более – среди крепостных) – редкость.
И Гоголь подчеркнул эту редкость, дав своему персонажу то же имя, что и Грибоедов.
гл. V Здесь Собакевич даже сердито покачал головою.
– Толкуют – просвещенье, просвещенье, а это просвещенье – фук! Сказал бы и другое слово, да вот только что за столом неприлично.
Фамусов:
Ученье – вот чума, ученость – вот причина,
Что нынче, пуще, чем когда,
Безумных развелось людей, и дел, и мнений.
Действие III,
явление 21
гл. VIII Почтмейстер [...] отозвался с большою похвалою об Ланкастеровой школе взаимного обученья. И впрямь с ума сойдешь от этих, от одних
От пансионов, школ, лицеев, как бишь их,
Да от ланкартачных взаимных обучений.
Действие III,
явление 21
гл. IX – Какой веселенький ситец! – воскликнула во всех отношениях приятная дама, глядя на платье просто приятной дамы.
– Да, очень веселенький. [...] вообразите себе: полосочки узенькие, узенькие, какие только может представить воображение человеческое, фон голубой и через полоску всё глазки и лапки, глазки и лапки, глазки и лапки...
[...]
– Да, поздравляю вас: оборок более не носят.
– Как не носят?
– На место их фе­стон­чи­ки. [...] Фе­стон­чи­ки, всё фе­стон­чи­ки: пелеринка из фестончиков, на рукавах фе­стон­чи­ки, эполетцы из фе­стон­чи­ков, внизу фе­стон­чи­ки, везде фе­стон­чи­ки.
– Нехорошо, Софья Ивановна, если всё фе­стон­чи­ки.
Мило, Анна Григорьевна, до невероятности...
(Громкие лобызания, потом усаживаются и
осматривают одна другую с головы до ног.
)
1-я княжна:
Какой фасон прекрасный!
2-я княжна:
Какие складочки!
1-я княжна:
Обшито бахромой.
Наталья Дмитриевна:
Нет, если б видели, мой тюрлюрлю атласный!
3-я княжна:
Какой эшарп cousin мне подарил!
4-я княжна:
Ах! да, барежевый!
5-я княжна:
Ах! прелесть!
6-я княжна:
Ах! как мил!
Действие III,
явление 7
гл. IX – Позвольте же, позвольте же только рассказать вам, душенька, Анна Григорьевна, позвольте рассказать! Ведь это история, понимаете ли: история, сконапе́ль истоа́р... – Вы не слыхали здешних бед?
Послушайте. Вот прелести! вот мило!
– Мой труг, мне уши залошило;
Скаши покромче... 
 – Время нет!
Il vous dira toute l’histoire...*
– Что-что? уж нет ли здесь пошара?
Действие III,
явление 18
* С учетом рифмовки, имелось в виду следующее произношение: [иль ву́ дира́ тут листоа́ра].
гл. IX Прасковья Федоровна, однако же, находит, что лучше, если бы клеточки были помельче и чтобы не коричневые были крапинки, а голубые. Фамусов:
К Прасковье Федоровне в дом
Во вторник зван я на форели.
Действие II,
явление 1
гл. X ...тут, брат, Прасковью Федоровну наделил бог такою благодатию - что год, то несет: либо Праскушку, либо Петрушу...
гл. X Во всех наших собраниях, начиная от крестьянской мирской сходки до всяких возможных ученых и прочих комитетов, если в них нет одной главы, управляющей всем, присутствует препорядочная путаница. Чацкий:
А тот чахоточный, родня вам, книгам враг,
В ученый комитет который поселился
И с криком требовал присяг,
Чтоб грамоте никто не знал и не учился?
Действие I,
явление 8
Имеется в виду Ученый комитет в рамках Министерства духовных дел и народного просвещения (с 1817). Комитету, в частности, поручалось: «Рассмотрение книг, для учебных заведений заготовляемых».
гл. XI «Смотри же, Павлуша, [...] угождай учителям и начальникам. Коли будешь угождать начальнику, то, хоть и в науке не успеешь и таланту бог не дал, всё пойдешь в ход и всех опередишь». Молчалин:
Мне завещал отец:
Во-первых, угождать всем людям без изъятья –
Хозяину, где доведется жить,
Начальнику, с кем буду я служить...
Действие IV,
явление 12


10. Гоголь как Пушкин

  Пушкин (выходит, спотыкается об Гоголя и падает): Вот чорт! Никак об Гоголя!
Гоголь (поднимаясь): Мерзопакость какая! Отдохнуть не дадут. (Идет, спотыкается об Пушкина и падает.) Никак, об Пушкина спотыкнулся!
Д.Хармс. «Пушкин и Гоголь» (1934)

Е.А.Смирнова в книге «Поэма Гоголя “Мертвые души”» (1987) высказывает следующий тезис:

Разные исследователи время от времени отмечали отдельные соответствия между «Евгением Онегиным» и “Мертвыми душами”, но смотрели на них как на единичные явления. Между тем, как выясняется, речь должна идти не о случаях, а о системе.

Возможно, эта позиция излишне радикальна; тем не менее, реминисценции на произведения Пушкина в романе многочисленны и разнообразны. Правда, чтобы заметить некоторые из них, надо помнить, что Гоголь, в силу присущего ему острокомедийного дара, часто применяет стилистические фигуры «снижения» и «зеркальности».

Мы попробовали собрать гоголевские аллюзии на произведения Пушкина в единый перечень. Заметим (с тихой гордостью), что некоторые из указанных здесь реминисценций мы в соответствующей литературе не нашли, а «открыли» самостоятельно.

ГогольПушкин
гл. I Приготовление к этой вечеринке заняло с лишком два часа времени, и здесь в приезжем оказалась такая внимательность к туалету, какой даже не везде видывано. Он три часа по крайней мере
Пред зеркалами проводил
И из уборной выходил
Подобный ветреной Венере...
«Евгений Онегин»,
гл. 1, XXV
гл. VIII Зато, может быть, от самого созданья света не было употреблено столько времени на туалет. Целый час был посвящен только на одно рассматривание лица в зеркале.
гл. I ...покатился он в собственном экипаже по бесконечно широким улицам, озаренным тощим освещением из кое-где мелькавших окон. Впрочем, губернаторский дом был так освещен, хоть бы и для бала; коляски с фонарями, перед подъездом два жандарма, форейторские крики вдали – словом, всё как нужно. ...Мы лучше поспешим на бал,
Куда стремглав в ямской карете
Уж мой Онегин поскакал.
Перед померкшими домами
Вдоль сонной улицы рядами
Двойные фонари карет
Веселый изливают свет.
Усеян плошками кругом,
Блестит великолепный дом...
«Евгений Онегин»,
гл. 1, XXVII
гл. I Они сели за зеленый стол и не вставали уже до ужина. Все разговоры совершенно прекратились, как случается всегда, когда наконец предаются занятию дельному.

[«Дело» – выражение из карточного жаргона, означающее игру на деньги.]
Попы и гости ели, пили,
И после важно разошлись,
Как будто делом занялись.
«Евгений Онегин»,
гл. 1, LIII
А в ненастные дни
Собирались они
Часто;
Гнули – бог их прости! –
От пятидесяти
На сто,
И выигрывали,
И отписывали
Мелом.
Так, в ненастные дни,
Занимались они
Делом.
«Пиковая дама», эпиграф, 1834
гл. I О чем бы разговор ни был, он всегда умел поддержать его: [...] сообщал очень дельные замечания [...] Имел он счастливый талант
Без принужденья в разговоре
Коснуться до всего слегка,
С ученым видом знатока
[...]
«Евгений Онегин»,
гл. 1, V
гл. II Вид оживляли две бабы, которые, картинно подобравши платья и подтыкавшись со всех сторон, брели по колени в пруде [...] Для пополнения картины не было недостатка в петухе, предвозвестнике переменчивой погоды, который [...] горланил очень громко и даже похлопывал крыльями, обдерганными, как старые рогожки. Индейки с криком выступали
Вослед за мокрым петухом;
Три утки полоскались в луже;
Шла баба через грязный двор
Белье повесить на забор;
Погода становилась хуже...
«Граф Нулин», 1827
гл. II У всякого есть свой задор: у одного задор обратился на борзых собак; другому кажется, что он сильный любитель музыки и удивительно чувствует все глубокие места в ней; третий мастер лихо пообедать; четвертый сыграть роль хоть одним вершком повыше той, которая ему назначена; пятый, с желанием более ограниченным, спит и грезит о том, как бы пройтиться на гуляньи с флигель-адъютантом, напоказ своим приятелям, знакомым и даже незнакомым; шестой уже одарен такою рукою, которая чувствует желание сверхъестественное заломить угол какому-нибудь бубновому тузу или двойке... У всякого своя охота.
Своя любимая забота:
Кто целит в уток из ружья,
Кто бредит рифмами, как я,
Кто бьет хлопушкой мух нахальных,
Кто правит в замыслах толпой,
Кто забавляется войной,
Кто в чувствах нежится печальных,
Кто занимается вином:
И благо смешано со злом.
«Евгений Онегин»,
гл. 4, XXXVI,
в изд. 1828
гл. II [...] тогда как рука седьмого так и лезет произвести где-нибудь порядок, подобраться поближе к личности станционного смотрителя [...] Что такое станционный смотритель? Сущий мученик четырнадцатого класса, огражденный своим чином токмо от побоев, и то не всегда... «Станционный смотритель», 1831
гл. III Между тем Чичиков стал примечать, [...] что они своротили с дороги и, вероятно, тащились по взбороненному полю. [...]
«Что, мошенник, по какой ты дороге едешь?» – сказал Чичиков.
«Да что ж, барин, делать, время-то такое; кнута не видишь, такая потьма!»
Еду, еду в чистом поле;
Колокольчик дин-дин-дин...
Страшно, страшно поневоле
Средь неведомых равнин!

«Эй, пошел, ямщик!..» – «Нет мочи:
Коням, барин, тяжело;
Вьюга мне слипает очи;
Все дороги занесло;

Хоть убей, следа не видно;
Сбились мы. Что делать нам!..»
«Бесы», 1830
гл. III Дождь, однако же, казалось, зарядил надолго. Лежавшая на дороге пыль быстро замесилась в грязь [...] Чичиков уже начинал сильно беспокоиться, не видя так долго деревни [...] Издали послышался собачий лай. [...] Свет мелькнул в одном окошке и досягнул туманною струею до забора, указавши нашим дорожним ворота. [...] «Да кто вы такой?» – сказала старуха. «Дворянин, матушка». Эти десять верст стоили добрых двадцати. Наступил вечер; я шел вперед [...] местами глинистая грязь [...] доходила мне до колена [...] Я слышал вой и лай собак [...] Наконец увидел я огни и около полуночи очутился у домов [...] Появление мое [...] произвело большое действие. Я требовал [...] комнаты, где бы мог раздеться [...] Городничий не знал, как меня принять, и посматривал на меня с недоумением. [...] К счастию, нашел я в кармане подорожную, доказывавшую, что я мирный путешественник, а не Ринальдо Ринальдини. «Путешествие в Арзрум», 1830
гл. IX ...вдруг в глухую полночь, когда все уже спало в доме, раздается в ворота стук [...] является вооруженный с ног до головы вроде Ринальда Ринальдина и требует...
гл. III – ...Каково почивали? – сказала хозяйка [...] Она была одета лучше, нежели вчера, [...] и уже не в спальном чепце [...]
[...] Вы как, матушка?
[...] Бессонница.
...графиня осталась в спальной кофте и ночном чепце [...] Как и все старые люди вообще, графиня страдала бессонницею. «Пиковая дама»
гл. IV «Не загни я после пароле на проклятой семерке утку, я бы мог сорвать весь банк». – А каков Германн! – [...] отроду не брал он карты в руки, отроду не загнул ни одного пароли... «Пиковая дама»
гл. IV «Веришь ли, что я один в продолжение обеда выпил семнадцать бутылок шампанского!» Мы хвастались пьянством: я перепил славного Бурцова, воспетого Денисом Давыдовым. «Выстрел», 1831
гл. IV «Вообрази, не клико, а какое-то клико матрадура; это значит двойное клико». Вдовы Клико или Моэта
Благословенное вино
В бутылке мерзлой для поэта
На стол тотчас принесено.
«Евгений Онегин»,
гл. 4, XLV
гл. V Пошли в гостиную, где уже очутилось на блюдечке варенье, ни груша, ни слива, ни иная ягода [...] «Вот еще варенье!» сказала хозяйка, возвращаясь с блюдечком: «редька, вареная в меду!» Несут на блюдечках варенья,
На столик ставят вощаной
Кувшин с брусничною водой...
«Евгений Онегин»,
гл. 3, III
гл. VI Прежде, давно, в лета моей юности, в лета невозвратно мелькнувшего моего детства... В те дни, когда в садах Лицея
Я безмятежно расцветал...
«Евгений Онегин»,
гл. 8, I
гл. VII ...грозная вьюга вдохновенья подымется из облеченной в святый ужас и в блистанье главы... ...Когда сменяются виденья
Перед тобой в волшебной мгле,
И быстрый холод вдохновенья
Власы подъемлет на челе...
«Жуковскому», 1818
гл. VIII Один раз, возвратясь к себе домой, он нашел на столе у себя письмо: [...] принесли-де и не велели сказывать, от кого. [...]
«[...] Что свет? Толпа людей, которая не чувствует».
Ответ анониму

...Смешон, участия кто требует у света!
Холодная толпа взирает на поэта...
1830
Ситуация комически отзеркалена: Пушкин отвечает анониму, Чичиков получает письмо от анонима.
гл. VIII Письмо начиналось очень решительно, именно так: «Нет, я должна к тебе писать!» Я к вам пишу – чего же боле?
Что я могу еще сказать?..
«Евгений Онегин», гл. 3,
Письмо Татьяны
Принято считать, что это пародийная отсылка к «Письму Татьяны».
гл. VIII ...приглашали Чичикова в пустыню, Скрываться рада я в пустыне
С тобою, царь души моей!
«Кавказский пленник», 1822
гл. VIII оставить навсегда город, где люди в душных оградах не пользуются воздухом... О чем жалеть? Когда б ты знала,
Когда бы ты воображала
Неволю душных городов!
Там люди, в кучах за оградой,
Не дышат утренней прохладой,
Ни вешним запахом лугов;
«Цыганы», 1827
гл. VIII ...отпущено было в зеркало несколько поклонов в сопровождении неясных звуков, отчасти похожих на французские, хотя по-французски Чичиков не знал вовсе. Он по-французски совершенно
Мог изъясняться и писал...
«Евгений Онегин»,
гл. 1, IV
гл. VIII ...надевая подтяжки или повязывая галстук, он расшаркивался и кланялся с особенною ловкостию и хотя никогда не танцовал, но сделал антраша. Легко мазурку танцовал
И кланялся непринужденно...
«Евгений Онегин»,
гл. 1, IV
гл. VIII Появление его на бале произвело необыкновенное действие. Меж тем Онегина явленье
У Лариных произвело
На всех большое впечатленье
И всех соседей развлекло.
«Евгений Онегин»,
гл. 3, VI
гл. VIII ...дернул его целый ряд локтей, обшлагов, рукавов, концов лент, душистых шемизеток и платьев. Галопад летел во всю пропалую: почтмейстерша, капитан-исправник, дама с голубым пером, дама с белым пером, грузинский князь Чипхайхилидзев, чиновник из Петербурга, чиновник из Москвы, француз Куку, Перхуновский, Беребендовский – все поднялось и понеслось.
LI
Ее привозят и в Собранье.
Там теснота, волненье, жар,
Музыки грохот, свеч блистанье,
Мельканье, вихорь быстрых пар,
Красавиц легкие уборы,
Людьми пестреющие хоры,
Невест обширный полукруг,
Всё чувства поражает вдруг.
Здесь кажут франты записные
Свое нахальство, свой жилет
И невнимательный лорнет.
LIII
Шум, хохот, беготня, поклоны,
Галоп, мазурка, вальс...
«Евгений Онегин», гл. 7
гл. VIII Чичиков так смешался, что не мог произнести ни одного толкового слова и пробормотал чорт знает что такое, чего бы уж никак не сказал ни Гремин, ни Звонский, ни Лидин. [...] Губернаторша, сказав два-три слова, наконец отошла с дочерью в другой конец залы к другим гостям; а Чичиков все еще стоял неподвижно на одном и том же месте... С ней речь хотел он завести
И – и не мог. Она спросила,
Давно ль он здесь, откуда он
И не из их ли уж сторон?
Потом к супругу обратила
Усталый взгляд, скользнула вон...
И недвижим остался он.
«Евгений Онегин»,
гл. 8, XIX
гл. VIII А уж там в стороне четыре пары откалывали мазурку; каблуки ломали пол... ...Бывало,
Когда гремел мазурки гром,
В огромной зале все дрожало,
Паркет трещал под каблуком...
«Евгений Онегин»,
гл. 5, XLII
гл. VIII ...в модных повестях Звонские, Линские, Лидины, Гремины и всякие ловкие военные люди... Смеялся Лидин, их сосед,
Помещик двадцати трех лет.
«Граф Нулин», 1827
гл. IX ...гостья [...] стала похожа на легкий пух, который вот-вот так и полетит на воздух от дуновенья. Стоит Истомина; она
[...]
Летит, как пух от уст Эола...
«Евгений Онегин»,
гл. 1, XX
гл. X ...мосты там висят эдаким чортом... Мосты повисли над вода́ми... «Медный всадник», 1837
гл. X ...нашли, что лицо Чичикова, если он поворотится и станет боком, очень сдает на портрет Наполеона. Она отерла заплаканные глаза и подняла их на Германна: он сидел на окошке, сложа руки и грозно нахмурясь. В этом положении удивительно напоминал он портрет Наполеона. «Пиковая дама»
гл. X ...тот, кто еще не так давно ходил, двигался, играл в вист, [...] теперь лежал на столе [...] зачем он умер, или зачем жил, об этом один бог ведает. Тому назад одно мгновенье
В сём сердце билось вдохновенье,
Вражда, надежда и любовь,
Играла жизнь, кипела кровь, —
Теперь, как в доме опустелом,
Всё в нём и тихо и темно;
Замолкло навсегда оно.
Закрыты ставни, окны мелом
Забелены. Хозяйки нет.
А где, Бог весть. Пропал и след.
«Евгений Онегин»,
гл. 6, XXXII
гл. XI ...легкие тучи, да продирающийся месяц одни кажутся недвижны. Сквозь волнистые туманы
Пробирается луна...
«Зимняя дорога», 1826
гл. XI Не так ли и ты, Русь, что бойкая необгонимая тройка, несешься? Неутомимы наши тройки... «Евгений Онегин»,
гл. 7, XXXV
гл. XI ...да и ступай считать вёрсты, пока не зарябит тебе в очи. И вёрсты, теша праздный взор,
В глазах мелькают как забор.
«Евгений Онегин»,
гл. 7, XXXV
гл. XI И опять по обеим сторонам столбового пути пошли вновь писать версты, станционные смотрители, колодцы, обозы, серые деревни с самоварами, бабами и бойким бородатым хозяином [...] рябые шлагбаумы, чинимые мосты, поля неоглядные, и по ту сторону, и по другую, помещичьи рыдваны, солдат верхом на лошади [...] вороны, как мухи, и горизонт без конца. Пошел! Уже столпы заставы
Белеют: вот уж по Тверской
Возок несется чрез ухабы.
Мелькают мимо будки, бабы,
Мальчишки, лавки, фонари,
Дворцы, сады, монастыри,
Бухарцы, сани, огороды,
Купцы, лачужки, мужики,
Балконы, львы на воротах
И стаи галок на крестах.
«Евгений Онегин»,
гл. 7, XXXVIII
гл. XI Эх, кони, кони, что за кони! [...] дружно и разом напрягли медные груди... «Медный всадник» 1837
* * *

Но есть в романе еще одно «темное» место, которое мы считаем скрытой аллюзией на Пушкина.

Но сначала – хотим обратить внимание читателя на то, ка́к Гоголь ссылается на литературные произведения.

гл. VIIIПочтмейстер вдался более в философию и читал весьма прилежно, даже по ночам, Юнговы Ночи и «Ключ к таинствам натуры» Эккартсгаузена...

В разных изданиях можно встретить такие примечания к этой фразе:

1934_ГИХЛимеется в виду произведение «Ночные думы» немецкого поэта-мистика Юнга Штиллинга (1740-1817).
1952_СС5Речь идет о «Ночных думах» (1742-1744) – английской поэме Эдуарда Юнга, очень популярной в середине XVIII века.
1957_Детгизпоэма английского поэта первой половины XVIII века Юнга (в русском переводе – «Ночные думы»).
1959_СС6поэма английского поэта Э.Юнга (1683-1765) «Жалобы, или Ночные думы о жизни, смерти и бессмертии» (1742-1745).
1968_СС4имеется в виду сентиментально-дидактическая поэма английского поэта Эдуарда Юнга (1683-1765) «Жалоба, или Ночные думы о жизни, смерти и бессмертии».
1975_БВЛпоэма английского поэта Э.Юнга (1684-1765) «Ночные думы».
1982_БМЛДпоэма английского поэта первой половины XVIII века Э.Юнга «Жалобы, или Ночные размышления о жизни, смерти и бессмертии».
1982_Просперевод поэмы английского поэта Э.Юнга (1684-1765) «Ночные мысли», имеющей религиозно-философский характер.
1984_СС2поэма английского поэта Э.Юнга (1683-1765) «Жалоба, или Ночное размышление о жизни, смерти и бессмертии».
1994_СС9поэма английского поэта Эдуарда Юнга (1683-1765) «Жалоба, или Ночные думы о жизни, смерти и бессмертии».
2005_АСТпоэма английского поэта Э.Юнга (1683–1765) «Жалобы, или Ночные думы о жизни, смерти и бессмертии» (1742-1745).

Понимаете, да? Гоголь: «Юнговы ночи», а ему: «Ночные думы!»; Гоголь: «Да нет же, Юнговы ночи!» – а ему: «Нет, Жалобы!..»

Суть в том, что Гоголь назвал не просто произведение, а конкретное его издание. Забавно, что, начиная с са́мого первого издания “Мертвых душ” и до сих пор, все редакторы/корректоры этого не понимают: у Гоголя во всех рукописях – «Юнговы ночи», а его исправляют: «Юнговы “Ночи”»...

Книга, о которой идет речь, в свое время выдержала три издания под такими названиями:

  • Юнговы ночи, переведенные стихами с французского Турнерова перевода С.Глинкой. – Москва, 1803.
  • Юнговы ночи, в стихах, изданные Сергеем Глинкою. – Москва, в Типографии Платона Бекетова, 1806.
  • Юнговы ночи, в стихах, изданные Сергеем Глинкою. 3-е изд. – Москва, В Университетской Типографии, 1820.

Кстати говоря, вторая упомянутая Гоголем через запятую книга издавалась в те же годы:

  • Ключ к таинствам натуры, сочинение Г.Эккартсгаузена. Часть I. – СПб, 1804.
  • Ключ к таинствам натуры, сочинение Г.Эккартсгаузена. Часть II. – СПб, 1804.
  • Ключ к таинствам натуры, в IV частях. (Издание второе). – СПб, 1820.

И вот что пишет в примечаниях к этой фразе Гоголя (как минимум в двух из нескольких им подготовленных изданий – 1988_СовРос и 2009_ПСС17) В.А.Воропаев:

Почтмейстер, по-видимому, читал ее в переводе Сергея Глинки, носившем название «Юнговы ночи, в стихах (4 песни)», вышедшем в 1820 г. третьим изданием. «Ключ к таинствам натуры» [...] в 1821 г. вышло второе издание книги.

Другими словами, комментатор то ли отказывает Гоголю в элементарном здравомыслии, то ли подозревает его в психическом заболевании – нарушении восприятия времени. Ведь предыдущее предложение Гоголя выглядит так:

гл. VIII...председатель палаты знал наизусть «Людмилу» Жуковского, которая еще была тогда непростывшею новостию...

Значит, у председателя на дворе – примерно 1808 год, а у почтмейстера – уже 1821-й?!.

А комментаторы 2012_ПСС23, по-видимому, попали под влияние Воропаева, поскольку они пересказали его примечание близко к тексту (без упоминания источника). Но нам кажется очевидным, что почтмейстер штудировал или первое, или второе издание книги Юнга и первое издание книги Эккартсгаузена.

Ровно такой же казус случился с еще одним произведением. Всякий раз в рукописях, поминая роман Стефани-Фелисите Жанлис «Герцогиня Лавальер», Гоголь писал слово «герцогиня» с прописной буквы, поскольку с него начинается название романа; и всякий раз неизвестный редактор/корректор Гоголя поправлял:

гл. X...прочитал даже какой-то том герцогини Лавальер, отыскавшийся в чемодане...
 

И обратите внимание, насколько точен Гоголь: роман «Герцогиня де ла Валиер» (1804, первый русский перевод – 1805) действительно издавался двумя томами.

Кстати говоря, это место романа удостоилось, среди прочих, вот таких примечаний:

ИзданиеПримечаниеСуть ошибки
1934_ГИХЛ старинный роман французского автора Жанлис – «Герцогиня де Левальер». Похоже, комментатор не знает, что Жанлис – женщина.
2006_Эксмо Речь идет о многотомном романе «Герцогиня де Лавальер» французской писательницы графини де Жанлис. А тут – комментатор не проверила, сколько всего было томов.
2009_ПСС17 Имеется в виду роман французской писательницы Мадлен-Фелисите Жанлис (1746-1830) «Герцогиня де Лавальер» А тут – перепутали имя писательницы.

Вернемся теперь к «пушкинским местам» романа. Рассмотрим следующий фрагмент:

гл. VIIЧичиков никогда не чувствовал себя в таком веселом расположении, [...] говорил [...] о счастии и блаженстве двух душ, [...] и стал читать Собакевичу послание в стихах Вертера к Шарлотте, на которое тот хлопал только глазами, сидя в креслах, ибо после осетра чувствовал большой позыв ко сну.

(В черновой редакции – «начал читать Собакевичу какие-то любовные стихи»).

Комментаторы обошлись с этим местом романа так:

1934_ГИХЛВертер и Шарлотта – герои произведения немецкого поэта Гете (1749-1832) «Страдания молодого Вертера». Вертер – тип идеалиста, страдающего от неразделенной любви к Шарлотте.
1949_СС6,
1949_Детгиз,
1957_Детгиз,
1959_СС6,
1994_СС9,
2005_АСТ
Вертер и Шарлотта – герои {сентиментального} романа «Страдания молодого Вертера» {великого немецкого поэта} Гете (1749-1832).
1982_БМЛДПо-видимому, имеется в виду предсмертное письмо героя романа великого немецкого поэта Гете (1749-1832) «Страдания юного Вертера» к его возлюбленной Шарлотте (в оригинале это письмо, однако, написано прозой).
1982_ПросРечь идет о персонажах романа великого немецкого писателя И.-В.Гете (1749-1832) «Страдания молодого Вертера». Роман написан прозой; Чичиков, видимо, читал одно из стихотворений, созданных по мотивам знаменитого романа.
1968_СС4Вертер и Шарлотта – герои романа Гете «Страдания молодого Вертера» (1774). Различные мотивы этого произведения получили обработку у ряда русских поэтов. В 1819 году появилось стихотворение В.И.Туманского «Вертер к Шарлотте (за час перед смертью)». Вероятно, именно это стихотворное послание Чичиков читал Собакевичу.
1974_СЧВ 1819 г. было напечатано юношеское стихотворение В.И.Туманского «Вертер к Шарлотте (за час перед смертью)». Чичиков читал не Гете, а стихотворение Туманского из журнала «Благонамеренный» (1819, ч. VI, стр. 5), которое попало ему в руки.
1975_БВЛЧичиков читает не отрывок из романа [Гете] (написанного прозой), а стихотворение В.Туманского «Вертер к Шарлотте (за час перед смертью)».
1984_СС2Вертер и Шарлотта – персонажи романа И.-В.Гете «Страдания молодого Вертера» (1774). Но Чичиков читает не отрывок из этого романа (написанного прозой), а стихотворение В.Туманского «Вертер к Шарлотте (за час перед смертью)».
1988_СовРос,
2009_ПСС17
На мотивы романа [Гете] написан целый ряд стихотворений русских поэтов. Чичиков читает, по-видимому, послание В.И.Туманского «Вертер к Шарлотте (за час перед смертью)», опубликованное в журнале «Благонамеренный» (1819, ч. VI).
2012_ПСС23Чичиков читает не отрывок из романа, написанного прозой, а стихотворный текст, написанный по мотивам произведения Гете. Возможно, подразумевается стихотворение В.И.Туманского «Вертер к Шарлотте (За час перед смертию)», опубликованное в журнале «Благонамеренный» (1819, ч.VI, №7, с.5).
2004. Ю.В.Манн.
«Где и когда»
Чтение Чичиковым «послания в стихах Вертера к Шарлотте», то есть, очевидно, стихотворения В.И.Туманского Вертер к Шарлотте (за час перед смертью), говорит о том, что описываемые события могли иметь место после 1819 г. (в этот год в журнале Благонамеренный появилось указанное стихотворение).

Можно подумать, что каждый из четырех комментаторов (С.И.Машинский, Е.С.Смирнова-Чикина, Ю.В.Манн и В.А.Воропаев) – самостоятельно, абсолютно независимо от остальных, обнаружил стихотворение Туманского в номере журнала за 1819 год... Правда, если есть «целый ряд стихотворений русских поэтов», зачем Воропаев забирался так далеко... Тем не менее, опознание стихотворения Туманского – для Ю.В.Манна «очевидно»!

А так ли это очевидно?

Давайте зададимся вопросом: почему Чичиков читал Собакевичу именно письмо Вертера к Шарлоте?

Да, конечно, это невероятно комичная сцена: два пьяных толстых сорокалетних мужика, один декламирует любовные стихи второму, который молча лупает глазами... Но почему именно эти стихи? Откуда вообще они известны Чичикову? Он что, почитывал литературные журналы? И заучивал наизусть стишки из них? В промежутках между махинациями и получением взяток?

Нет уж: он мог декламировать только то, что застряло в его памяти со школьных времен.

Поставим вопрос еще более остро: а откуда стихотворение известно самому Гоголю? Кроме упоминания у Ю.М.Лотмана, за 200 лет существования этот текст полностью публиковался, похоже, лишь четырежды, в следующих печатных изданиях:

  • Благонамеренный. Журнал, издаваемый А.Измайловым. Март. № VI, 1819. – СПб: В Морской Типографии.
  • Туманский В.И. Стихотворения. – СПб: Типография И.Габермана, 1881.
  • Туманский В.И. Стихотворения и Письма. – СПб: Издание А.С.Суворина, 1912.
  • И.В.Гете. Страдания юного Вертера. – СПб: Наука, 2001.

И это несмотря на то, что Василий Туманский состоял в переписке с известными литераторами своего времени, и даже упомянут Пушкиным в «Путешествии Онегина» (1833):


Одессу звучными стихами
Наш друг Туманский описал,
Но он пристрастными глазами
В то время на нее взирал.

Однако стихотворение В.И.Туманского в момент первой публикации фурора не произвело: никто его не цитировал, друг другу не переписывал; ка́к оно могло попасться на глаза Гоголю (и запомниться!) – непонятно. Напомним, что в 1819 году Гоголю было всего 10 лет.

Да и название стихотворения – совсем не «Послание Вертера к Шарлотте», а выше мы видели, что Гоголь старался указывать точные литературные названия; уж он бы, наверно, написал что-то вроде:

...и стал читать Собакевичу послание Вертера к Шарлотте за час перед смертью...

Собственно говоря, сколько там было бы той чичиковской декламации? В стихотворении Туманского – всего 12 строк. Приведем его полностью:


Вертер к Шарлотте (за час перед смертью)

Светильник дней моих печальных угасает,
Шарлота! чувствую: мой тихий час настал;
В последний раз твой верный друг взирает
На те места, где счастье он вкушал.

Но ты моя! Душа в очарованьи
Сей мыслью сладостной, прелестною полна;
Я видел на устах твоих любви признанье,
И жизнь моя с судьбой примирена.

Когда луна дрожащими лучами
Мой памятник простой озолотит,
Приди мечтать о мне и горести слезами
Ты урну окропи, где друга прах сокрыт.

Но есть в русской поэзии – нет, не «целый ряд», а еще одно произведение на эту же тему. Вот оно́ – в свое время удостоилось того, чтобы ходить в списках, несмотря на длину (420 строк!); в частности, оно сохранилось в архиве В.А.Жуковского. Автор его – А.Ф.Мерзляков, в 1804-1830 гг. – глава кафедры российской поэзии Московского университета, председатель «Общества любителей российской словесности», известный в то время поэт и переводчик. Именно это произведение с большей вероятностью могло быть знакомо Гоголю, – благодаря его гимназическому преподавателю словесности Никольскому.

Как писал И.П.Золотусский в известной биографии Гоголя (1979),

страсть Никольского к XVIII веку имела своим следствием то, что, как писал Н.В.Кукольник, «он положительно заставил нас изучать русскую литературу до Пушкина и отрицательно втянул нас в изучение литературы новейшей».

Хорошо, а причем тут Пушкин?

А при том, что, как в свое время показал Ю.М.Лотман («Роман А.С.Пушкина “Евгений Онегин”. Комментарий», 1995), письмо Ленского Ольге в ночь накануне роковой дуэли является аллюзией (и даже в каком-то смысле пародией) на небольшую поэму Мерзлякова:

А.С.Пушкин
«Евгений Онегин»
Глава шестая (1826)
А.Ф.Мерзляков
«Письмо Вертера к Шарлоте»
(1801)
[...]
Паду ли я, стрелой пронзенный,
Иль мимо пролетит она,
Все благо: бдения и сна
Приходит час определенный;
Благословен и день забот,
Благословен и тьмы приход!
XXII
Блеснет заутра луч денницы
И заиграет яркий день;
А я, быть может, я гробницы
Сойду в таинственную сень,
И память юного поэта
Поглотит медленная Лета,
Забудет мир меня; но ты
Придешь ли, дева красоты,
Слезу пролить над ранней урной
И думать: он меня любил,
Он мне единой посвятил
Рассвет печальный жизни бурной!..
[...]
[...]
Когда проснешься ты, увидишь солнца свет,
Узнаешь, что его в сем мире больше нет,
Что он не мог снести жестокости судьбины,
Что он любил тебя до самыя кончины,
Что век он образ твой в душе своей хранил
И что последний вздох он милой посвятил...
Будь счастлива, мой друг, и жизнью утешайся,
Среди семьи своей покоем наслаждайся,
А я – а я теперь в ночь вечную иду,
Так хладен, как земля, на землю упаду.
Забудет мир меня, и я его забуду,
О всем, что мило мне, и помнить уж не буду.
Когда мое письмо последнее прочтешь
И нежную слезу о Вертере прольешь,
Я буду хладный прах, всех чувств моих лишуся
И, может быть, тогда в ничто преображуся.
[...]

И этот факт мог быть заметен для тогдашних читателей Пушкина, включая Гоголя. А уж Гоголь не упускал случая лишний раз «прикоснуться» к Пушкину...


11. По-русски без словаря

Традиция снабжать издание “Мертвых душ” примечаниями возникла в глубокой древности, – в 1934 году (по крайней мере, мы не нашли более ранних случаев). По-видимому, тогда окончательно стало ясно, что новое поколение школьных учителей, будучи представителями новой советской интеллигенции (которую А.И.Солженицын позже метко окрестил «полуобразованщиной»), не в состоянии дать внятный комментарий к произведениям русской классики.

В том году одно за другим вышли два издания, снабженные примечаниями Б.Х.Черняка:

  • Н.Гоголь. Мертвые души. – М.-Л.: Гослитиздат, 1934. («Книгу – социалистической деревне. Дешевая библиотека»)
  • Н.Гоголь. Мертвые души. – М.: Детгиз, 1934. («Школьная серия классиков»)

Приведем здесь некоторые замеченные нами у Черняка ошибки (не волнуйтесь, не все).

 «Мертвые души»Примечание 1934_ГИХЛВозражение
гл. I ...предприятие, или, как говорят в провинциях, пассаж... Пассаж – здесь в смысле – неодобрительный поступок. Неа, здесь в смысле – «происшествие, случай»; хотя надо признать, что в 1863_Даль среди значений действительно упомянут «неодобрительный поступок».
гл. V ...деревянный дом с мезонином, красной крышей и темносерыми или, лучше, дикими стенами... Дикие стены – т.е. стены из так называемого «дикого» камня. Ага, Гоголь говорит: дом – деревянный, а Черняк поправляет: стены – из камня... Лучше нашел бы в 1863_Даль:
Дикий цвет, сероватый, серый, пепельный, подседный.
гл. V На картинах всё были молодцы, всё греческие полководцы, гравированные во весь рост... гравировать – вырезывать изображения на дереве или металле, с которых можно затем получить оттиск на бумаге. Никчемушная информация; на самом деле, здесь «гравированные» означает «изображенные на гравюре», только и всего.
гл. X только и удаются те совещания, которые составляются для того, чтобы покутить или пообедать, как-то: клубы и всякие воксалы на немецкую ногу. Воксал – здесь – ресторан. Нет уж, здесь – «зала [...] где обычно бывает музыка» (снова 1863_Даль).
* * *

Удивительно неряшливо сформулированы некоторые пояснения в 1974_СЧ, отрекомендованном, как назло, в качестве «пособия для учителя»:

 «Мертвые души»Примечание 1974_СЧРеплика с задней парты
гл. I ...приходили сюда [...] испивать свою известную пару чаю... Пара чая – порция чаю, засыпка, одна заварка с сахаром вприкуску. Так почему же порция – «пара»?

(Все остальные комментаторы – знают: порция чая подавалась в двух чайниках.)

гл. I ...только что сделавшими на воздухе антраша. Антраша – прыжок вверх в танце. А как в танце называется прыжок вниз?
гл. I ...форейторские крики вдали... Форейтор – верховой на первой паре лошадей в экипаже, запряженном четверней, шестерней и т.д. Верховой – и на паре? Циркач, однако... А чего кричал-то? И как называется верховой на второй паре лошадей? А на третьей?
гл. IV Вошедши на двор, увидели там всяких собак [...] полво-пегих... Полвопегий – пестрая, двуцветная масть лошади. Лошади?! Причем тут лошади? Дело происходит на псарне, там ведь эти, как их... и-го-го... собаки!
гл. IV – Ну врешь! врешь! – закричал опять Ноздрев.
– Ну вот уж здесь, – сказал Чичиков, – ни вот на столько не солгал...
– Езуит, езуит. Голову ставлю, что врешь!
Езуит – в поэме (иронически) хитрая лошадь, плохо везущая экипаж. Хитрая лошадь... Это кто тут «хитрая лошадь», Чичиков?
гл. IV Гости должны были пробираться между перелогами и взбороненными нивами. Перелог – при трехпольном хозяйстве поле под паром. А при любом другом «хозяйстве» – это слово означает что-то другое?..
гл. IV «А какой, если б ты знал, волокита Кувшинников!» Волокита – скиталец, бездомный, бродяга, странник. Теперь замедленное решение дела, иска и т.п. Вот ужас! И это написано в условиях повсеместного распространения словарей Ушакова и Ожегова, в которых русским языком написано:
Волокита – любитель ухаживать, волочиться за женщинами.
гл. VII ...помещики, чиновники, купцы, сидельцы и всякий грамотный и даже неграмотный народ... Сиделец – лавочник, торгующий от хозяина по его доверенности. Это ж надо – та́к обыкновенного продавца обозвать... Скажите, пожалуйста, а машинистка – это стихотворица, перепечатывающая чужие стихи по доверенности от их автора?..
* * *

2006 год. Издательство «Эксмо». Москва. Разруха. Словари уже сожгли (в буржуйках), а Интернет еще не изобрели. Поэтому комментатору пришлось выдумывать вот такие комментарии:

 «Мертвые души»Примечание 2006_ЭксмоВозражение
гл. IV ...бутылочку французского под названием: бонбон. Бордо, шампанское, клико, бонбон – упоминаются обычные в быту 20-30-х годов вина. Ага, ага, особенно – бонбон, «конфета» по-французски.
гл. IV ...щиток – игла! Щиток – здесь в значении: хребет. Ничего подобного. Щиток (щипок, щипец) – острая морда у борзых. Как и указано всеми остальными комментаторами.
гл. IV Вошедши на двор, увидели там всяких собак [...] полво-пегих... Полво- – наполовину, полу-. Глупости. «Полво-» – от слова «половый», белесовато-соломеного цвета (см. 1863_Даль).
гл. X ...Чичиков переодетый Наполеон... ...во Франции довольно долгое время держалось предание о бегстве Наполеона с острова. [...] его место занял чрезвычайно похожий на Бонапарта капрал Франсуа Рибо... Да, был такой миф о двойнике по имени François-Eugéne Robeaud; а появился этот миф... в 1911 году! И не во Франции, а... в США! Но даже согласно ему – настоящий Наполеон случайно погиб в 1823 г., пережив свою официальную дату смерти всего на два года.
* * *
гл. IX...потом сделал декларацию насчет руки дочери...
 

Оказывается, словари исчезли из обихода не в 2006, а еще раньше, в 1994:

1994_СС9Декларация – здесь: официальное объявление о браке.

Это ж лихие девяностые, пацаны с паяльником пришли, словарь отжали, ка́к теперь разберешься – «предложение» или «объявление»... А с другой стороны: раз словаря нет у комментатора, значит, нет его и у читателя, за руку не схватит, лепи что хочешь!

гл. XI...он попал под начальство уже престарелому повытчику...
 
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Повытчик – столоначальник; чиновник, следивший за порядком и хранением поступавших бумаг.

Вот уж нет! «Чиновник, следящий за порядком и хранением поступавших бумаг», называется секретарша (ну, ладно, ладно, – письмоводитель). А «столоначальник» (он же «повытчик») – это начальник отдела.

* * *
гл. VЗодчий был педант и хотел симметрии, хозяин – удобства и, как видно, вследствие того заколотил на одной стороне все отвечающие окна...
1934_ГИХЛСимметрия – здесь в смысле – соразмерность, пропорциональность частей.
1949_ДетгизСимметрия – соразмерность, соответствие частей.

Нет уж, здесь «симметрия» – в смысле симметрия (относительно вертикальной оси фасада), когда окон справа и слева – одинаковое количество.

гл. IV...отец и мать невесты преамбиционные люди [...] хотят непременно, чтобы у жениха было никак не меньше трехсот душ...

Та же пара патриархов мертводушеведения:

1934_ГИХЛАмбиционный – обидчивый, излишне самолюбивый.
1949_ДетгизПреамбиционный – крайне обидчивый, самолюбивый.

1934 год, дремучие времена; в 1863_Даль сло́ва «амбиционный» нет; еще не написан 1935_Ушаков, в котором объясняется, что это – старая форма слова «амбициозный»; надо брать на себя ответственность – и рассуждать логически... Например, так: наверно, амбиционный – это который часто «в амбицию лезет» (ведь есть же такой социально близкий фразеологизм), обидчивый, значит...

А в 1949 – наверно, не до того было, послевоенные трудности, списали как есть.

гл. IV...потом отправляющиеся в Карлсбад или на Кавказ.
 
1949_ДетгизКарлсбад – курортный город в Чехословакии.
1957_ДетгизКарлсбад – курорт Карловы Вары, в Чехословакии.

Забавный комментарий, правда? Вы Гоголю расскажите про Чехословакию (период существования – 1918-1993 гг.). А рассказать бы Гоголю про нашу жизнь убогую...

гл. XВообще мы как-то не создались для представительных заседаний. Во всех наших собраниях, начиная от крестьянской мирской сходки до всяких возможных ученых и прочих комитетов, [...] присутствует препорядочная путаница.
1957_ДетгизПредставительные заседания – здесь: заседания парламента.

Парламент здесь ни при чем совершенно. В момент первой публикации романа до появления в России первого варианта парламента, Госдумы, оставалось всего-навсего 64 года. У Гоголя, ребята, речь идет о заседаниях любых выборных органов: ну, например, бюро райкома комсомола, или, там, школьного родительского комитета, или, скажем, комитета госбезопасности... Ой, нет! Последний пример вычеркните, пожалуйста! Да, совсем...

гл. X...нужно, знаете, забежать наперед в мелочную лавочку, да купить на грош мыла...
 
1957_ДетгизМелочная лавочка – небольшая лавка, в которой продавались разнообразные мелкие товары.
1988_СовРосМелочная лавочка – «где продавался чай, деготь, сахар и хомуты» (из записной книжки Гоголя).
2009_ПСС17Мелочная лавка – лавка, где продавались хозяйственные товары.

Вот это да! Вы хоть бы в 1863_Даль заглянули!

Мелочная лавка продает не мелкие товары (хомуты – не мелкие) и не хозяйственные (чай и сахар – это бакалея, а не хозтовары); мелочная лавка – занимается мелочной, т.е. розничной, торговлей!

гл. VI...антресоли были заняты квартирою учителя-француза...
 
1988_СовРосАнтресоли – низкое помещение, составляющее верхний полуэтаж дома.
1994_СС9Антресоли – верхний полуэтаж комнаты.

Если отбросить все невозможное, то, что останется, и будет истиной, какой бы невероятной она ни казалась (говаривал мистер Ш.Х.).

В.А.Воропаев, готовя примечания для издания 1988 г., знал, что́ такое антресоли (это явствует из первой строки вышеприведенной таблицы); в 1994 г. к нему присоединился И.А.Виноградов, после чего определение стало неправильным (вторая строка). Единственно возможный вывод: И.А.Виноградов, доктор филологических наук, старший научный сотрудник Института мировой литературы РАН, утверждал в 1994 г., что учитель-француз вполне мог жить на по́лке, укрепленной под потолком комнаты. Такое у него было экспертное мнение.

гл. II...имел даже благородное побуждение к просвещению, т.е. чтению книг, содержанием которых не затруднялся: ему было совершенно все равно, похождение ли влюбленного героя, просто букварь или молитвенник...
1994_СС9Имеется в виду «Путешествие к Святым местам, совершенное в XVII столетии иеродиаконом Троицкой лавры. Издано М.Коркуновым в Университетской типографии. 1836 г.».

Вот ка́к? Ка́к сумели комментаторы В.А.Воропаев и И.А.Виноградов изобличить сей подметный замысел Гоголя, по каким признакам вычислили они книгу, содержанием которой «не затруднялся» лакей Петрушка?!

Ну ладно, мы-то своим читателям сейчас поможем выйти из ступора; а вот иной девятиклассник – остается с этим безумием один на один...

Итак. В более позднем издании “Мертвых душ”, подготовленном той же парой комментаторов, в этом месте комментария упоминается та же самая книга, но – в прямо противоположном смысле:

2009_ПСС17В рецензии на книгу «Путешествие к святым местам...» (М., 1836) Гоголь замечал: «Путешествия в Иерусалим производят действие магическое в нашем народе. Это одна из тех книг, которые больше всего и благоговейнее всего читаются. [...] Прочие книги русский народ читает для того только, чтобы прочитать что-нибудь в случае показать себе и другим, что он может прочесть по верхам то, что другой читает по складам – без малейшего внимания к содержанию книги. И потому для народа нашего чрезвычайно трудно выбрать чтения».

Вот теперь – хотя бы стало понятно, что Петрушка пренебрежительно относился к читаемым книгам по той единственно причине, что, оказывается, являлся фанатом путеводителя «Путешествие к святым местам...». Занятных все-таки соавторов (в лице Воропаева и Виноградова) получил Николай Васильич...

Остается добавить, что фан-сообщество «Путешествия...» благополучно дожило до наших дней под названием «Свидетели Путешествия»; раз в четыре года, в ночь с 29 февраля на 1 апреля, устраивает свой слет на горе Пейсах в окрестностях Иерусалима, где ритуально сжигает все «прочие книги» мира; во время проведения Пейсаховки-2000 были скуплены и сожжены все книги проходившей параллельно Международной книжной ярмарки в Иерусалиме.

гл. XI...известные рекомендательные письма за подписью князя Хованского...
 

Во многих изданиях помещено примечание:

Шутливое/образное/ироническое название/обозначение взяток.

Наиболее осведомленные из них прибавляют:

По имени А.Н.Хованского, управляющего ассигнационным банком, чья подпись стояла на всех ассигнациях.

Но два комментатора продвинулись дальше других в исследовании природы смешного; презрев сведения об управляющем, их примечания гласят:

1974_СЧХованский – фамилия, произведенная от ховать – прятать краденое.
1984_СС2Хованский – от укр. ховать – прятать, хоронить. Подразумеваются взятки.

К сведению этих комментаторов: «ховать» по-украински – означает просто «прятать», не только «краденое» или «взятки», а все подряд.

гл. XI...образовалась комиссия для построения какого-то казенного весьма капитального строения.
 

С упорством, что называется, достойным лучшего применения, некоторые комментаторы долдонят:

1974_СЧ
(ред. 1934)
Это его [Чичикова] служба в Комиссии построения, или в «Комиссии построения храма божьего», как названа она в одной из ранних редакций. Это была комиссия сооружения храма Христа Спасителя в Москве.
1988_СовРосВ первоначальной редакции содержалось более конкретное указание на то, какую именно комиссию имел в виду Гоголь: это была комиссия по построению храма Христа-Спасителя в Москве.
1994_СС9По-видимому, речь идет о комиссии по построению храма Христа Спасителя в Москве. В первой редакции “Мертвых душ” об этом сказано более определенно.
2009_ПСС17В первоначальной редакции содержалось более конкретное указание на то, какую именно комиссию имел в виду Гоголь: это была комиссия по построению Храма Христа Спасителя в Москве.
2012_ПСС23Высказывалось мнение, что эти строки содержат намек на затянувшееся построение храма в Москве, посвященного Отечественной войне 1812 г.

Это они без указания источника списали то ли друг у друга, то ли все хором – у В.И.Шенрока («Материалы для биографии Гоголя», 1892):

В первоначальных редакциях находится более прямое указание на то, какую именно комиссию разумел здесь Гоголь: это была именно комиссия при построении храма Спасителя в Москве...

Однако Шенрок был неправ, он за деревьями не увидел леса: Гоголь убрал это «указание», поскольку Чичиков – вообще не москвич; он должен быть провинциалом, потому что «вся Русь» – это вам не Москва и Питер!

И вообще, Чичиков был замечен «в столицах» один-единственный раз, – когда в качестве поверенного взялся «похлопотать о заложении в опекунский совет нескольких сот крестьян», для чего он должен был обратиться в Сохранную казну одного из двух существовавших Опекунских советов (петербургского либо московского).

гл. III...вперила глаза на ключницу, выносившую из кладовой деревянную побратиму с медом...
 

Из 19 различных комплектов примечаний – в двух данный фрагмент не комментируется; в 14 – цитируется записная книжка Гоголя, откуда становится понятно, какой именно сосуд имелся в виду:

Побратима – шарообразный сосуд, деревянный, с узким горлом; кладут мед, варенье.

А вот еще три комментатора – пошли своим путем:

1952_СС5Побратима – деревянный чан.
1949_ДетгизПобратима – братина, ендова, большой сосуд для напитков.
2006_ЭксмоПобратима – то же, что коновка, ендова, братина, – большая деревянная чашка.

Это они из 1863_Даль списали:

Побратима, коновка, ендова, братина, большая стопа.

Да только коновка, братина и ендова – сосуды с широким горлом, для хранения меда не годятся, мухи налетят.

гл. IV«А и вправду! – сказал Ноздрев, – смерть не люблю таких растепелей!»
 

Что, слово редкое? Всего-то и надо – заглянуть в 1863_Даль:

Растепеля, растепеха — растрепа, неряха и разгильдяй (см. растяпить).

Некоторые комментаторы так и сделали; но другие – не искали легких путей, а решили внести свой собственный вклад не только в гоголеведение, но заодно и в языкознание:

1949_СС6,
1952_СС4
Растепель – от слова растеплить, привести в растроганное состояние.
1957_ДетгизРастепель – здесь: рохля, кисляй (от слова «растеплить»).
1959_СС6,
2005_АСТ
Растепель – (от «растеплить») – рохля, кисляй.

Опять ведь друг у друга эту чушь списали...

гл. XI...когда уж почти начеку: сесть бы да и ехать...
 
1974_СЧНачеку – правильное «на чику». Чик – торговое, бойкое место на ярмарке, где торговцу, опасаясь воров, надо быть особенно настороже.
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Начеку (правильнее: на чику). Чик – торговое, бойкое место; быть на чику – «совсем готовым, ожидая чего» (Даль В. Толковый словарь).

Это не комментарий, «это какой-то позор», как говаривал тов. Швондер. Не надо поправлять Гоголя, он все равно этого уже не узнает. Вполне достаточно было бы сказать, что наречие «начеку», которое сегодня является синонимом слова «настороже», во времена Гоголя имело значение «наготове».

гл. V«Кулак, кулак! – подумал про себя Чичиков, – да еще и бестия в придачу! [...] По два с полтиною содрал за мертвую душу, чортов кулак!»

Русскоязычный читатель XX века (да и XXI, по наследству) значение слова «кулак» в таком контексте выучил наизусть еще во времена борьбы с кулачеством; если же, вдруг, внезапно, паче чаянья, ему загорится проверить, каково было значение этого слова во времена Гоголя, к его услугам – 1863_Даль:

Кулак – скупец, скряга, жидомор...

Ну, всё, вопрос исчерпан, все успокоились?.. Не все:

1988_СовРос,
2009_ПСС17
В очерке Безыменского «Московские кулаки» дана следующая характеристика кулака: «Кулаками называются собственно промышленники площадные, которые без денег перекупают хлеб у крестьян и перепродают его за малую выгоду; но это имя можно распространить и на других торгашей...»

Даже не знаешь в первый момент, как на это сообщение реагировать... Шок... Два доблестных филолога вывели Гоголя на чистую воду! Собакевич-то, собака, в Москве на площади (наверно, Дзержинского) тусил, покупал в кредит зерно у производителей, а потом перепродавал с небольшой наценкой... Спекулировал, гад! К стенке зерно-брокера!.. А Гоголь ему алиби составил, врал, что тот в поместье своем сидит, бараний бок кушает...

гл. IV«Ну, так купи собак. Я тебе продам такую пару, просто, мороз по коже подирает! брудастая с усами, шерсть стоит вверх, как щетина...»
1982_ПросБрудастая – широкая, мощная (охотничий термин, видимо от англ. broad – широкий; в ином значении – грубый, резкий)...

От некоторых примечаний остается впечатление, что комментаторы не комментируют, а просто «хочут свою образованность показать». А ведь достаточно было открыть не английский словарь, а... русский! (Неожиданно, правда?) Итак, «Этимологический словарь Фасмера» (1964):

Брудастый – обросший длинной, косматой шерстью (о морде животного).

Хотите знать происхождение? Пожалуйста, 1863_Даль:

Брудимуж., мн. стар. (XII века): бакенбарды.

И кстати уж: а собака эта – какой она, собственно, породы? Эксперты тут разошлись во мнениях:

1934_ГИХЛ, 1957_Детгиз, 1959_СС6,
1968_СС4, 1974_СЧ, 1982_Прос,
1988_СовРос, 1994_СС9, 2009_ПСС17,
2012_ПСС23, 2005_АСТ
1968_СС4,
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
1949_Детгиз 2006_Эксмо
«собака с усами и с торчащей шерстью».
(Из записной книжки Гоголя.)
породистая
борзая
из породы гончих,
с короткой мордой
с бакенбардами

Что делать, что делать?..

Обратиться к специалистам-кинологам, вот что делать! Открываем книгу крупнейшего когда-то авторитета, Л.П.Сабанеева «Собаки охотничьи, комнатные и сторожевые. Книга II. Борзые и гончие» (1897), откуда узнаём, что все борзые подразделялись на брудастых борзых и русских борзых; а все гончие – на брудастых гончих, западных гончих, восточных гончих и бассетов. Иными словами – в той или иной мере оказались правы все наши эксперты! Редкий случай! Ура!

* * *

Гоголь, стремясь облегчить читателям понимание текста своего романа, снабдил его примечаниями. Их целых два:

(1) объяснение слова «корамора» (комар такой, сонный) и
(2) объяснение слова «фетюк».

Вот это второе объяснение для современного читателя оказалось еще более загадочным, чем само слово «фетюк». Его, конечно, печатают вместе с текстом, обычно в виде сноски. Хотя некоторые комментаторы не поленились внести его в корпус собственных примечаний; при этом, если у большинства из них оно хотя бы снабжено пометой «Прим. Н.В.Гоголя», то в 1975_БВЛ и 2001_Детлит обошлись даже без этого. «Авторизовали», так сказать...

Вот это примечание Гоголя:

Фетюк слово обидное для мужчины, происходит от Ѳ, буквы, почитаемой неприличною буквою.

Так почему же фита – неприличная буква? Ни один комментатор так и не объяснил. Более того, оба наиновейших Полных собрания с пренебрежением отмахнулись от объяснений автора (что́ он мог понимать в своем XIX веке-то?), и предложили альтернативные:

2009_ПСС17Фетюк – отмечено происхождение этого слова от венг. fattyú – внебрачный ребенок.
2012_ПСС23Фетюк – слово толковалось как синоним «простофили» (В.В.Виноградов), [...] а также как вятский диалектизм в речи Ноздрева: фетюк – угрюмый, неповоротливый.

А всего-то и надо было – поверить Гоголю, а потом – заглянуть в 1863_Даль. Итак:

1) слово образовано посредством изменения рода и использования «огрубляющего» суффикса «-юк» (в нормативной лексике – встречается в словах «злюка», «падлюка»): «фита́» → «фетю́к» (ошибочное чередование и/е в корне – результат гиперкоррекции);
2) слово обидно для мужчины, поскольку у «фиты» было бранное значение (указанное Далем): «разиня, баба»;
3) буква «почитается неприличной» – вследствие связанного с ней школярского стишка (опять-таки приведенного у Даля, в статье «Ижица»): «Фита да ижица – к ленивому плеть ближится», в котором начертание ижицы – Ѵ – уподоблялось плетке, а начертание фиты – Ѳ – ягодицам (кто любит смайлики – тот поймет).

12. По-инострански со словарем

гл. VIII...по-французски Чичиков не знал вовсе.
 

А почему? Ведь он окончил т.н. «главное народное училище», а там преподавали по крайней мере один из «новейших языков» (т.е. французский или немецкий)... Нам представляется – потому, что у его автора была такая же проблема. Вот три цитаты из известной биографии Гоголя (И.П.Золотусский. «Гоголь», 1979):

1.[В первый год в Нежинской гимназии] Гоголь учился дурно, особенно не успевал по языкам [...] У других за плечами были годы пребывания в училищах и пансионах, занятия на дому с первостатейными учителями – многие из однокашников Гоголя знали до поступления в лицей латынь, французский и немецкий языки, свободно читали Вольтера и Руссо.
2.Дадим слово Нестору Васильевичу Кукольнику: «Нам поставлено было в обязанность [...] сыграть французскую или немецкую пиэсу. Гоголь должен был также участвовать в одной из иностранных пиэс. Он выбрал немецкую. Я предложил ему роль в двадцать стихов, которая начиналась словами: «О майн Фатер!», затем шло изложение какого-то происшествия. Весь рассказ оканчивался словами: «нах Праг». Гоголь [...] во время самого представления вышел бодро, сказал: «О майн Фатер!», запнулся... покраснел... но тут же собрался с силами, возвысил голос, с особенным пафосом произнес: «нах Праг!» – махнул рукой и ушел...
3.Как ни торжественны заявления Гоголя насчет поприща юридического, в его выборе есть расчет. [...] Куда он еще мог пойти? Слабое знание языков не позволяло ему заняться науками, в том числе филологическими.

А вот еще одно свидетельство, – преподавателя нежинской гимназии И.Г.Кулжинского:

Он [Гоголь] очень плохо учился. Его знали только как ленивого, хотя, по-видимому, небездарного юношу, который не потрудился даже научиться русскому правописанию.

Но уж на страницах “Мертвых душ” Гоголь взял реванш. В этом он следовал своим неназванным образцам («Горе от ума» и «Евгений Онегин»), в которых иностранные слова виртуозно использовались для передачи атмосферы эпохи.

гл. IXНо как ни исполнен автор благоговения к тем спасительным пользам, которые приносит французский язык России, как ни исполнен благоговения к похвальному обычаю нашего высшего общества, изъясняющегося на нем во все часы дня, конечно, из глубокого чувства любви к отчизне, но при всем том никак не решается внести фразу какого бы ни было чуждого языка в сию русскую свою поэму. Итак, станем продолжать по-русски.

И действительно, латинский алфавит Гоголь использует всего три раза:

гл. IVА сколько, брат, было карет, и все это en gros.
гл. VIIIВ postscriptum было только прибавлено...
гл. IXБедная блондинка выдержала самый неприятный tête-à-tête...

В остальных случаях Гоголь обошелся кириллической транскрипцией. Некоторые из употребленных Гоголем слов иностранного происхождения позже стали частью русской лексики; перечислим те, которые в русский язык не вошли:

 В “Мертвых душах”На исходном языкеЗамечание
гл. VIII ...по причине [...] небольшого инкомодите... l’incommodité (франц.) неудобство, затруднение
гл. VIII ...влеплю один безе. baiser (франц.) поцелуй
гл. IX ...совершенная бель-фам. belle femme (франц.) пышная женщина
Комментаторы 2012_ПСС23 считают, что это означает «красивая женщина»; сказался личный вкус?..
гл. IX ...сконапель истоар... ce qu’on appelle histoire (франц.) то, что называется историей
гл. IX ...строил куры faire la cour (à qn) «полуперевод» французского фразеологизма, означающего «ухаживать» (за кем-то)
гл. IX ...просто, оррёр... horreur (франц.) ужас
гл. IX ...называют в столицах комеражами... commérage (франц.) сплетни, пересуды
гл. IX ...пирушку на русскую ногу, с немецкими затеями: аршадами... orgeat (франц.) оршад, миндальное молоко
гл. X ...повар [...] работает там фензерв какой-нибудь... fines herbes
[финз эрбс]
(франц.) специи
Почти все комментаторы заявляют, что это «пряный соус» (подсмотрели друг у друга), но будем к ним снисходительны, это почти правильно; и только в 1975_БВЛ утверждается, что это... «повар».
гл. IV ...бутылочку французского под названием: бонбон. bonbon (франц.) конфета
В 2012_ПСС23 замечено, что тут – очередная ошибка Ноздрева: он спутал французскую «конфету» и американский кукурузный виски (bourbon, «бурбон»).
гл. VII ...не нахвалился тобою немец, говоря с женой или с камрадом. Kamerad (нем.) приятель
гл. VIII К почтмейстеру, которого звали Иван Андреевич, всегда прибавляли: шпрехен зи дейч, Иван Андрейч? Sprechen Sie Deutsch? (нем.) Говорите ли вы по-немецки?
Очевидно, что почтмейстеру присвоили это шутливое прозвище из-за рифмы с его отчеством; вопрос только в том, было ли неправильное произношение (правильно – «дойч») частью шутки чиновников, или это автор подшучивает над малограмотностью самих чиновников?

Но вот два забавных случая: комментаторы доверились Ноздреву!

гл. IVА сколько, брат, было карет, и всё это en gros.
 
1934_ГИХЛen gros (франц.) – в большом количестве.
1952_СС5en gros – в большом масштабе (франц.)
1967_СС7en gros – в большом количестве (франц.).
1975_БВЛen gros – в большом количестве (франц.).
2006_Эксмоen gros (франц.) – в большом количестве.
2009_ПСС17en gros (франц.) – в большом количестве.
2005_АСТen gros – в большом количестве (франц.).

На самом деле «en gros» означает «оптом»; но выяснить это озаботились только комментаторы 2012_ПСС23.

гл. IV...кисет, вышитый какою-то графинею, [...] у которой ручки, по словам его, были самой субдительной сюперфлю, – слово, вероятно, означавшее у него высочайшую точку совершенства.
1934_ГИХЛ[...] сюперфлю – излишний; сочетание обоих слов, сделанное на русский лад, означает приблизительно: необычайное, утонченное изящество.
1949_Детгиз...сюперфлю (франц. superflu – излишний). Сочетание этих слов должно означать приблизительно: необычайно тонкий, изящный.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
...сюперфлю франц. superflu – лишний, бесполезный, здесь: изысканный.

На самом деле – Ноздрев, конечно, опять употребил слово невпопад, возможно, спутав его с superbe («великолепный»). Но ка́к, наверно, был бы поражен Гоголь, если бы услышал вот такое, например, многомудрое рассуждение:

...в словосочетании «субтильной сюперфлю» парадоксальным образом находят выражение принципы повествовательной техники самого Гоголя, где повествование, уходя от фабулы, останавливается на «излишнем».

Это утверждают в 2012_ПСС23 со ссылкой на работу Е.Попкиной "The Pragmatics of Insignificance: Chekhov, Zoshchenko, Gogol", напечатанной в 1993 г. аж в Стенфордском университете. Недаром Гоголь когда-то вздохнул: «Прохода нет от этих начитанных болванов»... А, нет, sorry, это был не Гоголь, это же Высоцкий...

гл. IVОдна была такая разодетая, рюши на ней, и трюши, и чорт знает чего не было...
 

В 2012_ПСС23 сделана попытка найти смысл в высказывании Ноздрева:

Трюши – возможно, слово образовано от “трю-трю” (франц. trou-trou) – названия легкой ткани, похожей на газ...

Но зачем? Это же Ноздрев, враль и болтун! Намного более правдоподобным выглядит предположение, что здесь имеет место случай т.н. редупликации, т.е. что-то вроде «танцы-шманцы» и «супер-пупер».

А комментатор 1934_ГИХЛ, похоже, вообще все высказывания Наздрева принимал за чистую монету, и только поддакивал:

Рюши и трюши – оборки на платье.
гл. IX...можно ли было предполагать, когда, помните, Чичиков только что приехал к нам в город, что он произведет такой странный марш в свете.
1934_ГИХЛМарш – здесь в смысле – выход.
1949_ДетгизМарш – в данном случае: выход.
1982_Просстранный марш, т.е. странное движение [...] (marche – ход, ходьба, движение вперед).

«Выход» – куда? Или откуда?

Конечно же, Софья Ивановна имела в виду совсем другое значение французского слова "marche": действие, процесс.


13. Художественное коневодство

 
Попал под лошадь
Вчера на площади Свердлова попал под лошадь извозчика №8974 гр. О.Бендер. Пострадавший отделался легким испугом.
И.Ильф, Е.Петров. «Двенадцать стульев»

Одна из существенных сторон быта в описываемую эпоху – гужевой транспорт; естественно, в романе встречается достаточно много соответствующих реалий. Они действительно нуждаются в пояснениях для современного читателя; беда в том, что не все комментарии, предложенные в различных изданиях романа, были удачны, некоторые, так сказать, попали под лошадь...

гл. III...чубарый конь был сильно лукав...
 

Значение слова «чубарый» имеется в любом словаре русского языка. Тем не менее, некоторые комментаторы посчитали нужным включить его в свой комплект примечаний:

1949_СС6Чубарый конь – пятнистый.
1957_ДетгизЧубарый – пятнистой масти.
1974_СЧЧубарый – масть лошади; пестрая, пятнистая.
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Чубарый – пятнистой масти, то есть с темными пятнами по светлой шерсти.
2006_ЭксмоЧубарый – лошадь пятнистой масти, то есть с темными пятнами по светлой шерсти.
2012_ПСС23Чубарый - «мешаной, нечистой шерсти, в мелких пежинках; темные пятна по светлой шерсти; примесь рыжей шерсти к серой или к черной и белой» (Даль).

В 2012_ПСС23 сюда еще приплели «параллелизм характеристик коня и Чичикова» (со ссылкой на А.Белого), а также «обоснование платоновской реминисценции» (со ссылкой на М.Я.Вайскопфа); но мы-то с вами – гимназиев не кончали, посему – покинем сей калашный ряд, нехай они там без нас свиным рылом торгуют...

А мы с вами – лучше обратим внимание на то, ка́к Селифан ругает коня:

гл. IIIТы знай свое дело, панталонник ты немецкий! [...] Бонапарт ты проклятый!..
 

Просто так? Ну нет, у Гоголя редко бывает «просто так»... Но и диалог Платона «Федр» (это уже – Е.А.Смирнова. «Поэма Гоголя “Мертвые души”», 1987) – тоже совсем ни при чем! А дело в том, что при «чубаром» окрасе у лошадей нередко встречаются темного цвета «чулки» на ногах, достающие до светлого крупа; по-видимому, у чубарого коня чичиковской тройки они напомнили Селифану ботфорты – и, по ассоциации, Наполеона с лубочной картинки и немцев, заправлявших в ботфорты свои белые панталоны.

Кстати: комментатор 1982_Прос (видимо, в рамках личной, сильно запоздавшей борьбы с низкопоклонством перед Западом) заявил, что выражение «панталонник немецкий» намекает «на бездельников, одевавшихся на иностранный лад»... «Долой стиляг!» – кричал комсомолец Селифан, сидя на козлах райкомовской «Волги» ГАЗ-24 и слушая радиостанцию «Немецкая волна»...

* * *

Когда вернувшийся из поездки Чичиков спросил гостиничного слугу о новостях, тот ему ответил, в общем, какую-то галиматью:

гл. VI«Вчера приехал поручик какой-то военный [...] Неизвестно какой, из Рязани, гнедые лошади».
 

Он что, слабоумный? Нам что, смеяться?.. А Чичиков – ничего, не рассердился, как будто даже понял что-то: «Хорошо, хорошо, – говорит, – веди себя и вперед хорошо

Это что за диалог? Что за «Юстас – Алексу»?!

Объясним. Но сначала – позвольте нам отвлечься на экипаж самого́ Чичикова.

По поводу экипажа Чичикова современник Гоголя драматург Н.В.Сушков писал («Обоз к потомству с книгами и рукописями», 1854; цит. по 2012_ПСС23):

Странно: как никто в городе, где гостил Чичиков, не заметил, что он разъезжал по гостям в бричке; а таким образом, в спесивом мнении губернской и уездной знати отнюдь не мог заслужить ни малейшего внимания, как бедняк, не имеющий ни дорожной коляски, ни порядочно одетого слуги, ни черного фрака.

Упреки небеспочвенные; давайте разберемся.

(1) Начнем с конца, с фрака. Уж не настолько Чичиков был «беден» (как известно из главы XI, «удержалось у него тысячонок десяток, запрятанных про черный день»), что не мог бы позволить себе иметь черный фрак, в особенности, если бы он нес важную представительскую функцию. Скорее, здесь у Гоголя случилось смешение эпох. Вот что писал мемуарист Д.Н.Свербеев об обычаях начала 1820-х годов:

...черных фраков и жилетов тогда еще нигде не носили, кроме придворного и семейного траура. [...] фраки носили коричневые или зеленые и синие со светлыми пуговицами».

(цит. по: 1995_Кирсанова).

Но спустя десять лет общепринятым цветом для вечернего фрака уже стал черный (см. 1890_ЭСБЕ, статья «Фрак»). Вот и у Гоголя на балу «черные фраки мелькали и носились врознь и кучами...» (гл. I). А с 1834 г. по «Положению о гражданских мундирах» форменные фраки стали исключительно темно-зелеными и темно-синими.

(2) Относительно слуги: во-первых, Чичиков мог его не показывать своим новым знакомым; а во-вторых, хотя чичиковский «Петрушка ходил в несколько широком коричневом сюртуке с барского плеча» (гл. II), слуга Ноздрева, например, обычно выглядел не лучше: «Порфирий был одет так же, как и барин, в каком-то архалуке, стеганом на вате, но несколько позамаслянней» (гл. IV), – однако Ноздрева же принимали в домах «губернской знати».

(3) Что касается выезда на бал и в гости – Чичиков просто старался не демонстрировать свой экипаж; недаром на оформление купчей крепости он пришел в присутствие пешком, так что с воспоследовавшей вечеринки возвращался в гостиницу на одолженных у прокурора дрожках. А приезжа́я на бал – как путешествующий, имел полное право прибыть в наемной карете; например, Онегин – которого никто не заподозрит в недостаточной «светскости» – так и поступал («Евгений Онегин», гл. 1, XXVII):


У нас теперь не то в предмете:
Мы лучше поспешим на бал,
Куда стремглав в ямской карете
Уж мой Онегин поскакал.

Правда, в первой главе Чичиков явился на вечеринку к губернатору в «собственном экипаже», но это было простительно, ведь он только что прибыл в город.

Однако была примета, по которой можно было с уверенностью утверждать, что Чичиков – человек небольшого достатка. Это – его лошади! Пожалуйста, представьте себе мысленно эту тройку: в центре – гнедой масти, т.е. темно-рыжий с черным хвостом и гривой; слева – каурый конь, т.е. светло-бурый, желто-рыжий, хвост и грива такие же или светлее; а справа – чубарый, с темными пятнами по светлой шерсти. Есть ли в русском языке слово, описывающее одновременно этих трех лошадей? Да, есть! Эти лошади – разномастные. А ведь в те времена хорошим тоном считалось, чтобы все лошади в упряжке были одной масти. А Чичиков, видать, подбирал своих лошадей не по масти, а подешевле.

Вот теперь, пожалуй, нам становится понятен смысл сообщения полового: «В комнате №16 поселился поручик, военный (т.е. XII-XI класса, не гвардейский, который был бы – IX класса), неизвестно какой (между поручиками пехотными, инженерных войск и артиллеристами тоже была разница в классе); если сядешь играть с ним в карты (а это то, чем тогда повсеместно занимались проезжающие, вспомните хотя бы Хлестакова), учти, что его упряжка лучше твоей, так что, возможно, и денег у него больше...»

...Б.Н.Стругацкий в мемуарах «Комментарии к пройденному» (1998) вспоминал об одной из книг:

Это первое наше произведение, в котором мы ощутили всю сладость и волшебную силу отказа от объяснений. Как сладостно, оказывается, сообщить читателю: произошло то-то и то-то, а вот почему́ это произошло, ка́к произошло, отку́да что взялось – не существенно!

Наверно, подобную же сладость ощущал Гоголь, когда писал рассмотренный нами мини-диалог.

* * *
гл. XI...на тележке, которую потащила мухортая пегая лошадка, известная у лошадиных барышников под именем сороки...

Снова и снова возникает впечатление, что комментаторы читают не комментируемый текст, а отдельные слова из него, которые потом даже не пытаются сложить в связное высказывание.

1949_СС6Мухортая – с желтоватыми подпалинами (масть лошади).
1949_ДетгизМухортый – светло-коричневый с желтоватыми подпалинами.
1957_ДетгизМухортая – с желтыми подпалинами (масть лошади).
1959_СС6Мухортая – лошадь с желтыми подпалинами.
1968_СС4Мухортая – масть лошади, гнедая с желтоватыми подпалинами.
1974_СЧМухортая – масть лошади, гнедая с подпалинами [...]
1982_ПросМухортая – красновато-рыжей масти с подпалинами [...]
1988_СовРосМухортая – рыжеватой масти с желтыми подпалинами.
2005_АСТМухортая – лошадь с желтыми подпалинами.
2006_ЭксмоМухортый – о лошади: гнедой, с желтоватыми подпалинами у морды, у ног.
2009_ПСС17Мухортая – рыжеватой масти с желтыми подпалинами.
2012_ПСС23Мухортая – гнедая, с желтоватыми подпалинами (Даль).

Граждане комментаторы, а вы не заметили следующего слова? Пегая лошадь, по тому же Далю – в белых больших пятнах по темному полю. Какой же у вас расцветки эта несчастная сорока получилась?..

А разгадка коллизии в том, что, когда вы в 1863_Даль «мухортого» нашли, надо было на пару строк ниже гла́зки опустить, там есть другое значение, подходящее для данного случая:

мухортый – «малорослый и невзрачный».
гл. VIII...маленькие старички-щеголи на высоких каблуках, называемые мышиными жеребчиками, забегающие весьма проворно около дам.
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Мышиный – особой конской масти; в переносном значении: седеющий.
2012_ПСС23Мышиный – особой конской масти, в переносном значении – седеющий.

Ну что, давайте разбираться.

Прежде всего: бывает «мышиный» цвет, но не масть!

«У лошадей мышастой масти волосы на туловище имеют мышиный цвет» (из справочника по коневодству), так понятно?

Опять же, 1863_Даль (ст. «Мышь»):

Мышастый, цветом, мастью, шерстью на мышь похожий.

Похоже, про «мышиную» масть когда-то выдумал В.А.Воропаев, по ассоциации с соседним словом «жеребчик», а комментаторы 2012_ПСС23 списали, не проверив...

А метафора, заключенная в выражении «мышиный жеребчик», является именно тем, чем кажется: «жеребец, но – по меркам мышей». Значение указано еще в 1863_Даль (ст. «Жеребец»):

Мышиный жеребчик, старый, худощавый щеголь и волокита.

Кстати, параллельно бытует фразеологизм «куриный жеребчик» с таким же значением.

гл. VIIIЛошади то и дело падали на передние коленки, потому что не были подкованы...
 

Лошади были не подкованы, поскольку, как мы помним, полторы недели назад кузнец Коробочки сгорел (гл. III): «Внутри у него как-то загорелось, чересчур выпил; только синий огонек пошел от него, весь истлел, истлел и почернел, как уголь; а такой был преискусный кузнец!»

А «падали» – имеется в виду «припадали», т.е. спотыкались, а не «валились на землю»; не волнуйтесь!

гл. IXНа улицах показались крытые дрожки, неведомые линейки...
 

Забавная история приключилась с этими линейками:

2009_ПСС17Линейка – длинный открытый многоместный экипаж, служил городским общественным транспортом.
2012_ПСС23Линейка – «пролетки, пролетные дрожки» (Даль).
Первоначально линейкой назывались простые дрожки с доской для сиденья; позднее линейкой стали именовать городской или пригородный многоместный экипаж с перегородкой внутри.

В 2009_ПСС17 – анахронизм: действительно, такой общественный транспорт существовал... в Санкт-Петербурге – с 1828 г., в Москве – с 1847(!), а уж в губернском городе N. – не раньше чем с 1861, освобожденных крепостных катал...

А в 2012_ПСС23 – «незаметно» приводятся три разных значения, причем два из них – в нашем случае нерелевантные:

(1) В 1863_Даль, действительно, есть такое толкование (в статье «линия»), однако оно ошибочно, линейка – это не пролетка;
(2) когда «линейка» представляла собой «простые длинные дрожки с доской для сидения боком или верхом» (так выглядит исходное описание в неназванном источнике: Ю.А.Федосюк. «Энциклопедия русского быта XIX века», 1989), на ней ездили не представители губернского высшего общества, а народ сильно попроще;
(3) и только третью попытку – «многоместный экипаж» – можно засчитать, причем – с натяжкой, поскольку определение дано неточное и невнятное.

Короче говоря: Гоголь имел в виду экипаж, уже считавшийся в его время старомодным, – дрожки, на которых сиденье для 3-4 пассажиров было расположено вдоль по ходу движения.

Изображение простонародной линейки (а заодно – и пролетки) конца XVIII века приводится 1890_ЭСБЕ, в статье «Экипажное дело»; изображение господской линейки того же времени – в статье И.Гробаря «Кареты, дрожки, линейки и пролетки» (1926).

гл. XIНе в немецких ботфортах ямщик: борода да рукавицы, и сидит чорт знает на чем; а привстал, да замахнулся, да затянул песню – кони вихрем...

На этот счет комментаторами предложены только следующие весьма «познавательные» примечания:

1974_СЧБотфорты – высокие сапоги с отворотами для верховой езды, носились кавалеристами.
1949_СС6Ботфорты – высокие сапоги с раструбом.
1949_ДетгизБотфорты – сапоги с твердыми голенищами и раструбами спереди, выше колен.
1957_ДетгизБотфорты – сапоги с твердыми, высокими голенищами и широкими раструбами (расширенные в верхней части вроде воронки).

Однако вне рамок изданий Гоголя – нам встретился намного более содержательный комментарий: по мнению С.А.Шульца («Поэма Гоголя “Мертвые души”...», 2017), это аллюзия на стихотворение П.А.Вяземского «Памяти живописца Орловского» (1838), посвященное русской тройке.

Действительно, в этом стихотворении ска́чке на тройке противопоставляется такая картинка:


...Молча тащится, трёх-трёх,

(Словно чопорный германец
При ботфортах и косе)
Неуклюжий дилижанец
По немецкому шоссе.

гл. VII...ременные твои рукавицы и тройка приземистых, но крепких коньков...
 

В изданиях с примечаниями В.А.Воропаева (1988_СовРос, 1994_СС9, 2009_ПСС17 и др.), а также в 2012_ПСС23 (явно под его же влиянием) дается пояснение:

ременные – кожаные, из ремней.

Спрашивается: откуда взялась дикая идея, что из ремней можно сделать рукавицы?! Ведь это и нетехнологично, и неудобно: многочисленные швы будут мешать работать... Этот «риторический» вопрос на самом деле имеет ответ: снова из 1863_Даль, из статьи «ремень»:

Ременный кнут, вожжи, кожаные, из ремней.

Ну да, ну да, формально определение вроде бы подходит... А здравый смысл, когда есть «мнение авторитета», необязателен...

На самом деле «ремённые рукавицы» у ямщика – не из ремней, а для работы с ремнями, с упряжью. Вожжи в них держат, чтобы ладони не стереть. Да и не кожаные они...

гл. Iнаследники спускают, по русскому обычаю, на курьерских все отцовское добро.
 

Детям сообщают:

1949_ДетгизНа курьерских – быстро; правительственные курьеры ездили с исключительной быстротой.

Нет, это не так. Скорость почтовых лошадей была регламентирована; правительственные курьеры просто не делали длительных остановок на почтовых станциях, им меняли лошадей вне очереди, а иногда даже держали отдельных «курьерских» лошадей. Поэтому «на курьерских» означало не «быстро», а «безостановочно, непрерывно». А ассоциация с «быстротой» возникла намного позже, в эпоху появления «курьерских» поездов.

гл. IVИздали тащилась еще колясчонка, пустая, влекомая какой-то длинношерстной четверней с изорванными хомутами и веревочной упряжью. [...] «А я, брат, с ярмарки. Поздравь: продулся в пух! [...] Ведь я на обывательских приехал!»

Комментаторы сообщают:

1934_ГИХЛНа обывательских – т.е. на нанятой подводе.
1949_СС6На обывательских – на лошадях, нанятых у местных жителей.
1949_ДетгизНа обывательских – на лошадях, нанятых у обывателя, частного лица.
1957_ДетгизНа обывательских – то есть на лошадях, нанятых у местных жителей, обывателей.
1982_БМЛДНа обывательских – на переменных лошадях, нанимаемых у местных жителей, а не на собственных или почтовых.
1982_ПросОбывательские – лошади, нанятые у частного лица, а не на почтовой станции.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
На обывательских – то есть на лошадях, нанятых у местных жителей, обывателей.
2012_ПСС23На обывательских – на лошадях, нанятых у частного лица, у обывателя.

Хотите знать, откуда все они это взяли? Пожалуйста, 1863_Даль (статья «Обывать»):

Ехать на обывательских (лошадях), не на почтовых, на переменных от жителей.

Вот только... Даль прав в общем случае: действительно, переменные лошади могли быть или казенные (почтовые и курьерские, которых упоминает А.И.Герцен в книге «Былое и думы»), или обывательские – см., например, «Устав о ссыльных» Российской империи, а то и «Историю Пугачева» (1834) А.С.Пушкина:

Его везли в зимней кибитке на переменных обывательских лошадях...

Но в данном конкретном случае – нужен более внятный комментарий.

Экипаж, в котором Ноздрев возвращался с ярмарки (по-видимому, уездной) к себе в поместье, – не просто «нанят у частного лица», а специально предназначен для перевозки третьих лиц; другими словами, это был достаточно распространенный вид транспорта. Возник он в результате существования в России т.н. «подводной повинности» – одной из земских повинностей, отправлять которую были обязаны все сельские податные обыватели поочередно. Она заключалась в предоставлении подвод для земских, полицейских и судебно-следственных разъездов (без получения прогонных денег), а также для некоторых других армейских и общественных надобностей, но уже за плату (установленную специальным тарифом). Таким образом, в уездных населенных пунктах практически всегда можно было найти «дежурную» упряжку; конечно, хозяева старались предоставлять для этих целей не лучших своих лошадей и не лучшие повозки. В русской классике лошадки эти помянуты неоднократно, например:

1855И.С.Тургенев«Рудин»...тащилась в самый зной по большой дороге плохенькая рогожная кибитка, запряженная тройкой обывательских лошадей.
1856С.Т.Аксаков«Детские годы
Багрова-внука»
Тогда же поселились во мне до сих пор сохраняемые мною ужас и отвращение к зимней езде на переменных обывательских лошадях по проселочным дорогам...
1872Н.С.Лесков«Соборяне»...сборная обывательская тройка, одна [лошадь] – с двора, другая – с задворка, а третья – с попова загона...

А для закрепления усвоенного материала – обратите внимание на незаметно случившийся в примечаниях идеологический диспут имени 1937 года: автор утверждает, что Ноздрев нанял коляску, а комментатор 1934_ГИХЛ – что подводу. Кто из них, по-вашему, прав, если тов. Черняк имеет мандат Наркомпроса, а г-н Гоголь – выходец из паразитирующих классов и к тому же, как свидетельствует название другой его повести, является римским шпионом?..


14. Задачки по деньгоматике

  – Почем мандарины? – осведомился тогда у нее Коровьев.
– Тридцать копеек кило, – ответила продавщица.
– Все кусается, – вздохнув, заметил Коровьев, – эх, эх...
М.А.Булгаков. «Мастер и Маргарита»

гл. IV – За водочку, барин, не заплатили... – сказала старуха.
– А, хорошо, хорошо, матушка. Послушай, зятек! заплати, пожалуйста. У меня нет ни копейки в кармане.
– Сколько тебе? – сказал зятек.
– Да что, батюшка, двугривенник всего, – отвечала старуха.
– Врешь, врешь. Дай ей полтину, предовольно с нее.
– Маловато, барин, – сказала старуха, однако ж взяла деньги с благодарностию и еще побежала впопыхах отворять им дверь. Она была не в убытке, потому что запросила вчетверо против того, что́ стоила водка.

Любой девятиклассник прочитывает этот эпизод совершенно хладнокровно: он не знает, чему в точности равны двугривенный и полтина. Но человек с более богатым жизненным опытом (и словарным запасом), конечно, в курсе, что это – 20 копеек и 50 копеек соответственно, и удивляется явному противоречию. Тогда он заглядывает в примечания, и находит там...

1957_Детгиз,
1959_СС6
Полтина – пятьдесят копеек ассигнациями. Старуха запросила серебряный двугривенный, который (по курсу около 1820 года) равнялся восьмидесяти копейкам ассигнациями.
1952_СС5В эпоху действия “Мертвых душ” велся двойной счет деньгам – на серебро и на ассигнации, причем серебро ценилось приблизительно вчетверо дороже ассигнаций. Таким образом, двугривенник (из серебра) составлял около 75 коп. на ассигнации, т.е. был дороже «полтины» (50 коп. на ассигнации).
1967_СС7Двугривенник (серебром) – восемьдесят копеек ассигнациями. Полтина – пятьдесят копеек ассигнациями.
1968_СС4Полтина – полрубля ассигнациями. Старуха требует двугривенник серебром, который тогда равнялся восьмидесяти копейкам ассигнациями. Денежное обращение велось в России в первой половине XIX века на два счета – на серебро и на ассигнации.
1974_СЧКажущееся несоответствие слов Ноздрева с требованиями старухи объясняется тем, что та хотела получить за водку в счете на серебро, а Ноздрев хотел платить в счете на ассигнации.
1975_БВЛ,
1984_СС2,
2005_АСТ
Двугривенник серебром больше пятидесяти копеек ассигнациями, которые предлагает дать Ноздрев.
1982_БМЛДДвугривенник серебром равнялся восьмидесяти копейкам ассигнациями. Полтина – пятьдесят копеек, в данном случае – ассигнациями.
1982_ПросДвугривенник – двадцать копеек серебром; полтина – 50 копеек. (Ноздрев имеет в виду полтину ассигнациями, стоимость которой была ниже, чем серебряного двугривенника.)
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Старуха запросила серебряный двугривенный, который тогда равнялся приблизительно восьмидесяти копейкам ассигнациями. Ноздрев же велит уплатить ей полтину (то есть пятьдесят копеек) ассигнациями.
2012_ПСС23В соответствии с двойным денежным счетом (с одной стороны, на серебряные деньги, с другой, на медные и ассигнации) и установившимся курсом серебряный двугривенный (который запросила «старуха») больше полтины (т.е. половины рубля ассигнациями), которую предлагает заплатить ей Ноздрев. Разница составляет 30 копеек медью.

Заметьте, все комментаторы повторяют одно и то же, хотя ни один из них не ссылается на другого. Но все – друг у друга списали, как в дружном классе... Зато все объяснилось! Граждане довольные расходятся по домам... Или все-таки нет? Ладно, объясним еще раз.

В России до 1839 года параллельно существовали (сейчас совершенно неважно, по каким причинам) две валютные системы – «серебряный рубль» и «ассигнационный рубль». Относительно друг друга у них был плавающий курс, но в быту для небольших сумм он был стихийно зафиксирован на уровне 1:4, возникло даже понятие «монетный рубль», равный 25 серебряным копейкам (см.: А.Д.Друян. «Очерки по истории денежного обращения», 1941).


Кстати говоря, эта информация немедленно дает нам возможность более точно понять гоголевский текст:

гл. VI«Прежде бывало полтиной меди отделаешься...»
 
гл. XIПри расставании слез не было пролито из родительских глаз; дана была полтина меди на расход и лакомства...
 

В обоих случаях имеются в виду мелкие медные монеты на общую сумму 50 коп., ведь монета «полтина» в описываемую эпоху была серебряной (и стоила не 50 коп. «медью», а почти в четыре раза больше).

Но мы отвлеклись. «Дай ей полтину», – говорит Ноздрев Мижуеву. Комментаторы в один голос утверждают, что Ноздрев имеет в виду – «ассигнациями». Вопрос на 100 рублей (ну, на 50 копеек): ка́к об этом мог догадаться Мижуев?! Э-э... Ну, они давние приятели, допустим, у них разработана система тайных сигналов, например, если Ноздрев подмигивает правым глазом, значит – имеет в виду серебро, а левым – значит, ассигнации...Но тогда Гоголь, как порядочный человек, должен был написать:

«Дай ей полтину, – сказал Ноздрев, подмигивая левым глазом».

Не написал.

Вопрос второй (на 20 копеек). Ка́к комментаторы представляли себе сам процесс – заплатить «50 копеек на ассигнации»? Ведь если дело происходит до 1830 года (а Гоголь, скорее всего, именно это и имел в виду), Мижуеву, чтобы заплатить объявленную «полтину», пришлось бы выгрести из карманов целую кучу медных монет, а потом долго отсчитывать, морща лоб и шевеля губами, например, десять пятаков; правда, после 1830 г. появилась медная 10-копеечная монета, но это помогло бы делу ненамного. И неужели помещик Мижуев ходил набитый медными монетами (а они тяжелые!), как свинья-копилка?..

Итак, приходим к неутешительному выводу: валютные спекуляции комментаторов оказываются несостоятельными.

Но знаете что? Не расстраивайтесь. У нас есть для вас хорошая новость: существует совсем другой вариант, снимающий обсуждаемое противоречие гоголевского текста.

Давайте прочтем послесловие редакторов, которые в 1940-х гг. готовили к печати текст романа:

Произведенный анализ рукописей позволяет уяснить характер ошибок и причины их возникновения. Бесспорно, искажения, пропуски слов и даже целых предложений произошли по вине переписчиков, не раз своими ошибками вынуждавших автора при исправлении сделанной ими копии изменять свой первоначальный текст. [...] Бывало немало случаев, когда искажения были не столь значительны, автор не замечал ошибки, и она доходила до окончательного текста.

К сожалению, рассматриваемый фрагмент вообще отсутствует в имеющихся рукописях, так что сравнивать не с чем. Но мы предполагаем, что здесь – банальная ошибка переписчика, и текст должен выглядеть так:

«Дай ей половину, предовольно с нее».

(половину от того, что она просила, т.е. 10 копеек).

И оказывается, что вся вышеизложенная информация о русских денежных системах того времени читателю просто не нужна!

* * *

Ой, нет: нужна. Но только – для понимания нескольких других фрагментов.

гл. IXВ деле своем купцы повинились, изъясняясь, что немного пошалили; носились слухи, будто при повинной голове они приложили по четыре государственные каждый...

Э-э... Так какой все-таки был размер взятки? Что такое «государственная»?

Чтобы это понять, заглянем в главу VII:

гл. VIIЧай, все губернии исходил с топором за поясом и сапогами на плечах, съедал на грош хлеба да на два сушеной рыбы, а в мошне, чай, притаскивал всякой раз домой целковиков по сту, а может, и государственную зашивал в холстяные штаны или затыкал в сапог...

Ну-с, поглядим в примечания.

1949_СС6Государственная - ассигнация в тысячу рублей.
1949_ДетгизГосударственная - ассигнация достоинством в двести рублей.
1957_Детгиз,
1959_СС6
Государственная - ассигнация в тысячу рублей.
1952_СС5Государственная - ассигнация в 200 рублей, с надписью: «Государственная банковая».
1967_СС7Государственная - двухсотрублевая ассигнация, на ней была такая надпись.
1974_СЧДве версии в одной книге:
(1, в тексте) ...убийцы отпущены за взятки «по четыре государственные каждый», т.е. по 4000 рублей;
(2, в глоссарии) Государственная - в качестве существительного – ассигнация в 100 или 500 рублей.
1975_БВЛГосударственная - ассигнация в тысячу рублей.
1982_БМЛДГосударственная - ассигнация достоинством в сто или пятьсот рублей.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Государственная - двухсотрублевая ассигнация.
2012_ПСС23Государственная - ассигнация достоинством в 100 или 500 рублей.
2005_АСТГосударственная - ассигнация в тысячу рублей.

И вот еще один «авторитетный источник»:

Сторублевая ассигнация называлась ГОСУДАРСТВЕННОЙ – на ней было напечатано: «Государственный казначейский билет», – или в обиходе КАТЕРИНКОЙ за то, что на ней был изображен портрет Екатерины II. Правда, «государственной» именовали и 500-рублевую ассигнацию за аналогичную надпись. Именно такую сумму денег имеет в виду Чичиков, рассуждая об умершем плотнике Степане Пробке...

(Ю.А.Федосюк. «Энциклопедия русского быта XIX века», 1989).

Ну-ну, «энциклопедия»... Несуществующая 500-рублевка... А ничего, что 100-рублевая «катенька» появилась только в 1866 году, нет?.. Да и надпись была другая: «Государственный кредитный билет»...

Ну что, решим большинством голосов комментаторов? Или среднее арифметическое выведем?..

Нет, давайте-ка лучше порассуждаем. С одной стороны, номинал «государственной» должен быть больше «ста целковиков». С другой стороны, как мы уже знаем из вышеизложенного нано-курса по валютным системам, никаких 500-рублевых и 1000-рублевых банкнот не существовало.

Значит, под «государственной» Гоголь имеет в виду 200-рублевую ассигнацию, а размер полученной чиновниками взятки равен 200 × 4 = 800 руб. с купца.

И кстати – насчет надписи «Государственная банковая», упомянутой в 1952_СС5. Действительно, была. Точнее – «АССИГНАЦ:ГОСУДАРСТВЕН.БАНКОВАЯ». Только не надпись, а водяной знак. И не только на 200-рублевой, но и на 100-рублевой. А также – на 25-рублевой и 10-рублевой. Ах да, и на 50-рублевой и 5-рублевой тоже... Короче – на всех ассигнациях образца 1819 г.

* * *

Сцена покупки душ у Плюшкина:

гл. VI...герой наш одну секунду, не более, подумал и сказал вдруг: «это будет двадцать четыре рубля девяносто шесть копеек!» Он был в арифметике силен. Тут же заставил он Плюшкина написать расписку и выдал ему деньги, которые тот принял в обе руки и понес их к бюро с такою же осторожностью, как будто бы нес какую-нибудь жидкость, ежеминутно боясь расхлестать ее. Подошедши к бюро, он переглядел их еще раз и уложил тоже чрезвычайно осторожно в один из ящиков...

Гоголь не рассказывает нам, какими конкретно денежными знаками расплатился Чичиков; однако заметим, что у Чичикова была фактически единственная возможность расплатиться: «округлить» сумму до 25 рублей и заплатить ассигнациями, например, вручить Плюшкину пять «синюх», – судя по нижеупомянутой сцене с Коробочкой, у Чичикова был запасец именно таких банкнот. Ведь если бы ему вдруг пришла фантазия заплатить с точностью до копейки - он должен был бы выдать Плюшкину 4 руб. 96 коп. (напомним: минимальная ассигнация - пятирублевая!) медными монетами (не серебряными!), поскольку именно медь служила непосредственным разменным средством для ассигнаций. Самой крупной по достоинству из медных монет до 1830 г. была пятикопеечная (весом 51.2 г), после 1830 г. - десятикопеечная (весом 45.5 г); так что искомая сумма до 1830 г. составлялась из 99 пятаков и весила больше 5 кг(!), а после - «всего лишь» из 49 гривенников общим весом более 2.2 кг. Вряд ли Чичиков возил с собой такое количество цветного металла...

А во́т Чичиков уговаривает Коробочку продать ему мертвые души:

гл. III«Там вы получили за труд, за старание двенадцать рублей, а тут вы берете ни за что, даром, да и не двенадцать, а пятнадцать, да и не серебром, а всё синими ассигнациями».

В некоторых изданиях посчитали, что это место нуждается в комментариях. Например, такого рода:

2006_ЭксмоБумажные деньги (ассигнации) ценились помещиками выше, чем монеты, поскольку манифестом 1812 г. было установлено требование все платежи в казну вносить ассигнациями.

А 2012_ПСС23 даже ссылается на «авторитетный источник»: Мельникова A.C., Уздеников В.В., Шиканова И.С. «Деньги в России: История русского денежного хозяйства с древнейших времен до 1917 г.» (2000).

А там толкование этой сцены выглядит так:

Дело в том, что переговоры между Чичиковым и Коробочкой происходили в момент, предшествующий подаче помещиками так называемых «ревизских сказок». Правительство, желая поддержать курс ассигнаций, принимало от помещиков налоги только этими средствами платежа. В результате возникал временный дефицит ассигнаций, и их курс поднимался выше серебра.

Другими словами, авторы монографии утверждают, что взаимный курс двух свободно конвертируемых валют, имеющих хождение на одной и той же территории, может в течение небольшого промежутка времени колебаться туда-сюда в... четыре раза?!

Это каким же надо обладать уровнем непонимания принципов денежного обращения, чтобы такое предположить – и решиться свое предположение обнародовать...

Ведь это означало бы, что любой человек, незадолго до переписи (заранее объявленной!) накупив ассигнации по цене 25 серебряных копеек за 1 рубль, мог получить 300% прибыли! Ничего не напоминает?

А ведь комментаторы – люди тех поколений, которые конспектировали «Капитал» К.Маркса с цитатой из Т.Д.Даннинга (1860):

Обеспечьте 10 процентов, и капитал согласен на всякое применение, при 20 процентах он становится оживленным, при 50 процентах положительно готов сломать себе голову, при 100 процентах он попирает все человеческие законы, при 300 процентах нет такого преступления, на которое он не рискнул бы...

А для тех читателей, которых не убеждают общие рассуждения, приведем статистические данные:



переписи
Год
проведения
1 сер.рубль
к асс.рублю
1 асс.рубль в
сер.копейках
VI18113.9425
VII1815-18254.21-3.7224-27
VIII1833-18353.61-3.5828

Как видим, никаких «прыжков» курса в разы перед переписями не наблюдается. Если посмотреть на полную таблицу, которую тут нет нужды приводить, увидим с 1811 (год обрушения курса ассигнаций на 30%) по 1839 (год новой денежной реформы) медленный и практически равномерный рост курса ассигнационного рубля, – с 25½ до 28½ серебряных копеек.

Что касается указа 1812 г. о приеме платежей только ассигнациями, упомянутого в 2006_Эксмо, – он был направлен не на «поддержку курса ассигнаций», а против злоупотреблений чиновников, которые принялись обкрадывать казну, прикрываясь разницей курсов различных золотых и серебряных монет. Однако любой купец того времени был готов за небольшой процент предоставить услугу по обмену любых монет на ассигнации по текущему курсу. Так что если «бумажные деньги ценились помещиками выше, чем монеты», то только – на размер этой маржи. А указом 1830 г. государственным учреждениям было вновь разрешено принимать платежи по текущему курсу серебряными деньгами.

Возвращаясь к обсуждаемой сцене, приходится признать, что Чичиков просто-напросто решил задурить старушке голову, причем – без всякой необходимости, что называется, «ради красного словца»: ему взбрело делать вид, что бумажные деньги «лучше» монет. Его ошибка заключалась в том, что он неверно оценил Коробочку, посчитав, что она ведет почти натуральное хозяйство и в быту оперирует только мелкими суммами, для которых ассигнации непригодны. Однако он не учел, что у нее были развитые товарно-денежные отношения с внешним миром.

Собственно говоря, именно поэтому Коробочка так долго не соглашалась продать Чичикову мертвых душ, – в незнакомой для себя области она вообще не хотела иметь с ним дела, поскольку сразу увидела, что он ее этими «ассигнациями» дурит. И литературоведы, которые любят повторять за Чичиковым эпитет «дубинноголовая» в адрес Коробочки (этим эпитетом наградил ее Чичиков, а не Гоголь!), так ничего и не поняли. А ведь Коробочка, когда приехала в город навести справки, в своем рассказе особенно упирала на «ассигнации»:

гл. IX«Заставил [...] подписать меня какую-то фальшивую бумагу, бросил пятнадцать рублей ассигнациями...»
 

Эти злосчастные ассигнации аукнутся Чичикову еще раз: вместе со словом «фальшивый» из рассказа Коробочки они явятся основой городского слуха о том, что Чичиков – «делатель фальшивых ассигнаций».

Кстати, на этот счет А.Терехова выдвинула такую версию:

2006_ЭксмоСлух о Чичикове – «делателе фальшивых ассигнаций» – связан со слухом о том, что Чичиков – Наполеон, поскольку слухи о подделке ассигнаций стали особенно актуальными во время войн с Францией, когда возникло предположение об изготовлении фальшивых бумажных денег по распоряжению Наполеона, хотя ассигнации стали подделывать в России сразу с момента их появления (с 1769 г.).

Однако, как легко убедиться, заглянув в роман, версия о фальшивомонетчике появилась среди обитателей города N. раньше версии о Наполеоне, так что «фальшивомонетничество» Чичикова не получается объяснить его «наполеонством».

Интересно, что Гоголь после выхода первого издания романа тоже, видимо, обратил внимание на то, что читатели не совсем правильно восприняли образ Коробочки; в набросках к переработке первого тома “Мертвых душ” читаем:

Коробочка [...] умела, однако ж, наполнить рублевиками сундучки и коробочки и сделать это [так], что порядок, какой он там себе ни был, на деревне все-таки уцелел: души в ломбард не заложены, а церковь [на селе] хоть и не [очень] богатая была, [однако же] поддержана, и правились и заутрени и обедни исправно...

...Есть, правда, в романе один «загадочный» фрагмент, вроде бы свидетельствующий о том, что Чичиков таки был фальшивомонетчик:

гл. V – Не знаю, как вам дать, я не взял с собою денег. Да, вот, десять рублей есть.
– Что ж десять! Дайте, по крайней мере, хоть пятьдесят!
Чичиков [...] вынул еще бумажку, сказавши:
– Пожалуй, вот вам еще пятнадцать, итого двадцать пять.

Это какую же «бумажку» он вынул, 15-рублевку?! Сам за полчаса нарисовал?..

Если же говорить серьезно – здесь, похоже, очередная то ли описка, то ли опечатка, и следует читать: «...вынул еще бумажки...», т.е. либо три 5-рублевки, либо пять и десять.


15. Прокинем талию?

Гоголь упомянул в романе несколько терминов карточной игры; вот некоторые из них:

гл. II...чувствует желание сверхъестественное заломить угол какому-нибудь бубновому тузу или двойке...
гл. IV«Не загни я после пароле на проклятой семерке утку, я бы мог сорвать весь банк».
гл. IV«...вот попробуй он играть дублетом, так вот тогда я посмотрю, я посмотрю тогда, какой он игрок!»
гл. IV«Ну, послушай, хочешь, метнем банчик. [...] Прокинем хоть талию

В общем-то, вполне достаточно было бы таких примечаний:

(1) желание «заломить угол» – т.е. отдаться карточной игре.
(2) термины карточной игры.
(3) термин карточной игры.
(4) предложение сыграть в карты.

Но нет, комментаторы-профессионалы не таковы, им непременно надо вдаться в ненужные подробности, на то они и профессионалы. И, конечно же, немедленно наделать разных ошибок. На то они и комментаторы.

Но мы разберемся, правда?

15.1. «Заломить угол»

Вот имеющиеся варианты примечаний:

1934_ГИХЛВ карте, на которую делали ставку, загибали угол.A
1957_ДетгизСтавя карту, игрок загибал ее угол.A
1949_Детгиз,
1994_СС9
У карты, которая шла против банкомета, загибался угол.B
1982_ПросВ карточных играх «угол» означал четверть ставки; когда игрок объявлял «угол», он загибал («заламывал») угол карты.C
1988_СовРос,
2009_ПСС17
«Угол в банковой игре – четверть ставки, причем загибают угол карты», то естьC
у карты, которой идут против банкомета, загибался («заламывался») угол.B
2012_ПСС23В карточной банковской игре «угол» означает четверть ставки; при этомC
игрок загибает угол карты, которой идут против банкомета.B
2006_ЭксмоТермин, обозначающий удвоение ставки. В игре, предлагая такую сумму, загибают угол карты.D

Таким образом, высказаны четыре(!) различные версии:


A:угол загибали у карты, на которую делали ставку
B:угол загибали у карты, которая шла против банкомета
C:угол загибали у карты, когда ставку на ней уменьшали в 4 раза
D:угол загибали у карты, когда ставку на ней увеличивали в 2 раза

Не будем томить читателя и предлагать ему «позвонить другу»: правильной является версия D (с одной оговоркой, о которой будет сказано ниже).

Интересно, что первые две версии можно было бы исключить чисто логически: поскольку в «банчике» (это игра такая, «банк») каждый игрок играет своей колодой, а карта выкладывается именно для того, чтобы сделать ставку, – в соответствии с версиями A и B каждая карта (в колоде «игрока») должна была бы быть заломлена. А в таком случае – в продаже обязательно появились бы колоды карт с уже заломленным углами; однако в природе они не наблюдаются.

Что касается версии C – она списана из 1863_Даль:

Угол, в банков. игре, четверть ставки, причем загибают угол карты.

Так во́т, это тот (в общем-то, нечастый) случай, когда Владимир Иванович ошибся: в игре банк не бывает дробных ставок, ставку можно или поменять, или увеличить в заранее определенное целое число раз.

Забавна, однако, та виртуозность, с какой некоторые комментаторы соединили две взаимоисключающие версии в одном сложносочиненном предложении при помощи союзов «то есть» и «при этом», – настоящие филологи!

И хочется отметить издание 1959_СС6 с их таким уместным в данном случае кратким комментарием:

Заломить угол – карточный термин.

15.2. «Утка»

С этим термином читателям очень повезло: 16 из 19 независимых комплектов примечаний дают правильное толкование, два издания – промолчали, и только одно ошибается, причем – опять-таки от излишнего усердия:

1982_БМЛДЗагнуть утку – загнуть угол карты в знак удвоения ставки.

Ничего подобного, «загнуть утку» – означает любое возможное повышение ставки (обозначаемое, в частности, с помощью загибания следующего свободного угла карты). Именно это подразумевает запись в «Записной книжке» Гоголя:

Загнуть утку – прибавляет, волен на раз, на два.

Надо сказать, что справочник С.В.Вахитова «Карточная терминология XIX века» (2006), а вслед за ним Викисловарь, содержит другое определение этого термина:

Загнуть утку – увеличить ставку вчетверо, загнув два угла у карты.

Однако в качестве источника сведений указан... тот самый рассказ Ноздрева (!), который мы тут пытаемся растолковать:

гл. IV«Не загни я после пароле на проклятой семерке утку, я бы мог сорвать весь банк».
 

Толкование это основано на произвольных допущениях и полностью ошибочно (впрочем, в этом справочнике вообще немало ошибок). Достаточно сказать, что загнутый второй угол означал увеличение ставки не в 4 раза, а в 7 раз («сеттелева́», sept et le va), третий угол – в 15 раз («кензельва́», quinze et le va), четвертый угол – в 30 раз («трентельва́», trente et le va); загнуть после этого сторону – означало увеличить ставку в 60 раз (soixante et le va). Эти правила подробно описаны в справочниках того времени, например (извините, что на английском):

И кстати говоря, теперь нам с вами стала понятна реплика Хлестакова из комедии «Ревизор»:

«...нужно гнуть от трех углов...»

не правда ли? И мы с негодованием отвергаем примечание, которым традиционно сопровождаются издания бессмертной комедии:

Гнуть от трех углов – увеличивать ставку втрое.

Неужели авторы этого примечания ни на секунду не задумываются, что́ в таком случае должен был означать один загнутый угол? А два?..

15.3. «Пароле»

В комментарии к этому термину прежде всего хотелось бы увидеть пояснение, что данная форма этого слова неточна и принадлежит лично Гоголю: встречается у него не только в “Мертвых душах”, но и в пьесе «Игроки», а также в «Записной книжке». Правильная форма – «пароли́» (paroli); именно ее мы видим у Пушкина, который чуть получше Гоголя разбирался и во французском, и в картах...

К сожалению, ни один из комментаторов на это не решился. Вместо этого почти все из них схватились за один из двух словарей:

1863_ДальПароли – в азартной игре, удвоенье выигранной ставки.
1935_УшаковПароли́ (франц. paroli) (картежное арго, устар.). Удвоенная ставка.

Давайте для перепроверки заглянем еще куда-нибудь:

1890_ЭСБЕПароли – карточный термин, употребляющийся в азартных играх и означающий двойную против предшествовавшей ставку; для обозначения этого у карты иногда загибается угол, отсюда выражение: идти углом.

Ну да, вроде, совпадает...

Но одно из изданий “Мертвых душ” приводит другое определение:

1949_ДетгизПароле – при игре в банк ставка, которая выигрывает втрое.

Комментатор Н.С.Ашукин явно предпочел поверить «Записной книжке» Гоголя, где есть такая запись:

Пароле или с углом – выигрывает втрое.

Ашукин с Гоголем ошиблись?..

А дело вот в чем. В России обычно играли по французским правилам «фараона» (он же «банк», он же «штосс»): пароли – удвоение ставки. Это даже зафиксировано в классике, а именно – в «Пиковой даме» Пушкина:

Чаплицкий поставил на первую карту пятьдесят тысяч и выиграл; загнул пароли...

Поскольку игра шла на наличные, а Чаплицкий вначале поставил все, что было, он не мог утроить ставку, а мог только удвоить, добавив к начальной ставке первый выигрыш; следовательно, «пароли» – это «удвоить».

Но иногда в ходу были немецкие правила: пароли увеличивает ставку втрое (в частности, зафиксировано в немецкой Википедии). Поскольку мы рассматриваем конкретный текст (а именно – “Мертвые души”), логично принять тот вариант, который для себя обозначил автор этого текста, не так ли? Поэтому, на наш взгляд, среди всех вариантов примечаний к этому фрагменту правильный – Ашукина, хоть он и оказался в меньшинстве.

15.4. «Сорвать банк»

Давайте посмотрим еще раз на рассказ Ноздрева:

гл. IV«Не загни я после пароле на проклятой семерке утку, я бы мог сорвать весь банк».
 

Есть ли в этой фразе хоть какое-то рациональное зерно?

Нет, нету. Это обычная болтовня Ноздрева. Ведь если бы он не загнул сеттелева, а оставил пароли – он просто проиграл бы меньше денег.

Но тут оказывается, что не все комментаторы знают значение такого, казалось бы, широко распространенного выражения, как «сорвать банк»:

1982_БМЛДБанк – здесь: все деньги, участвующие в игре. Сорвать банк – выиграть эти деньги.
1982_ПросСорвать банк – выиграть все деньги, поставленные игроками.

Нет, господа! «Банк» – это деньги, которые поставил на игру банкомет; «сорвать банк» – значит выиграть все деньги, которые на данный момент числятся за банкометом (а не поставленные другими игроками).

гл. IV«Ну, решаться в банк, значит подвергаться неизвестности», – говорил Чичиков и между тем взглянул искоса на бывшие в руках у него карты. Обе талии ему показались очень похожими на искусственные, и самый крап глядел весьма подозрительно.

Все комментаторы берутся объяснить, что такое «крап» (молодцы какие, сами словарем научились пользоваться!); некоторые – добавляют, что здесь «талия» – это карточная колода; но отчего-то ни один не в состоянии объяснить, почему их две.

Объясняем: как было сказано выше, в игре «банк» используются одновременно несколько колод: одна – у банкомета, и своя у каждого игрока. Более того: хороший тон требовал, чтобы для каждого круга игры банкомет распечатывал новую колоду (потому-то колода карт и один круг назывались одинаково: «талия»); впрочем, герои различных произведений Гоголя этим правилом этикета манкировали...

15.5. Из «записной книжки»

Давайте уж прокомментируем еще несколько «карточных» записей из той самой «Записной книжки».

ЗаписьПояснение
Играть в дублет – не отделять от выигрыша, а пускать вдвое. Мы можем принять такое толкование, поскольку нам важно понимать, что́ имел в виду сам Гоголь; однако, строго говоря, в справочниках по карточным играм термин «дублет» имеет совсем другое значение (то самое, для которого у русских игроков использовалось слово «плие́»).
Семпель – один простой куш. Действительно, так называлась простая (от франц. simple), т.е. без всяких повышений, ставка (франц. couche).
Пе – карта ровно вдвое.
Пароле пе – вдвое против пароле.
«Пэ» (paix) – согнутая пополам карта. Это означало удвоение той суммы, которая перед этим была поставлена на карту (с учетом других повышений, если они были).
* * *
гл. IV«Я знаю, что ты бы не расстался с поручиком Кувшинниковым. Уж как бы вы с ним хорошо сошлись! [...] Этот, братец, и в гальбик, и в банчишку, и во все, что хочешь».

Из 19 комплектов примечаний 16 – примечают:

Гальбик – {азартная} карточная игра.

Очень хорошо, спасибо. А какая?.. Не, понятно, что симметричный ответ – «карточная!» Но – все-таки?..

Полное название этой игры – гальбцвёльф (нем. Halbzwölf). Вот несколько литературных цитат:

1883; описы-
вается 1740 г.
П.П.Сухонин«Род князей
Зацепиных»
«Нет, господа, гальбцвельф – детская игра. По-моему, играть так играть! Сядемте в ландскнехт».
1848; описы-
вается 1808 г.
Ф.В.Булгарин«Воспоминания»Любимые игры его были: квинтич, гальбецвельве и русская горка, т.е. те игры, где надобно прикупать карты.
1864; описы-
вается 1848 г.
Ф.М.Достоевский«Записки из
подполья»
Они говорили о Кавказе, о том, что такое истинная страсть, о гальбике, о выгодных местах по службе...
1854Т.Г.Шевченко«Художник»После чаю молодая очаровательная хозяйка выучила нас в гальбе-цвельф и проиграла мне двугривенный...
1866А.С.Афанасьев-
Чужбинский
«Забытая
история»
Вот вам названия игр, бывших и находящихся у нас в употреблении с начала столетия: ... гальбик (гальбцвельф)...

В упоминавшемся выше справочнике «Карточная терминология XIX века» утверждается, что гальбцвёльф – это то же самое, что «ландскнехт», но это очередная ошибка, между этими играми нет ничего общего.

Но во́т что удивительно: слово «гальбик» есть во многих словарях, в новой орфографии, в старой орфографии, но единственный пример использования, который все они приводят, – это “Мертвые души”! Так что возможно, что именно Гоголь сочинил это слово, как артефакт речевой манеры Ноздрева.

Современное русское название игры – «одиннадцать».

* * *

С картами в романе связано еще одно загадочное место:

гл. VIII...присел в вист, но все пошло, как кривое колесо: два раза сходил он в чужую масть и, позабыв, что по третьей не бьют, размахнулся со всей руки и хватил сдуру свою же.

Мы, конечно, верим Гоголю: герой был в расстройстве чувств и поэтому делал в игре ошибки.

Но нашлись комментаторы, пожелавшие растолковать читателю, в чем «конкрэтно» заключалась ошибка. Зачинателем сей традиции выступил в 1988 г. г-н Воробья... извините, Воропаев, а за ним подтянулись и другие:

1988_СовРос,
2009_ПСС17
По замечанию М.И.Михельсона, «по третьей не бьют» – «закон, освященный всемирным конгрессом винтеров, играющих в винт или в вист» (Михельсон М.И. Русская мысль и речь. Свое и чужое. Опыт русской фразеологии. Т. 2. СПб., 1904. С. 107).
2012_ПСС23Об этом правиле игры, принятом «винтерами», играющими «в вист или винт», см.: Михельсон М.И. Русская мысль и речь. Свое и чужое. Опыт русской фразеологии: Сборник образных слов и иносказаний. T. II. СПб., 1904. С. 103.

Спасибо, спасибо, либер фатер Михельсон, дорогой Конрад Карлович... Извините, Мориц Ильич! Вот теперь всё-всё стало понятно! Как Лизе Калачовой после посещения образцовой столовой МСПО...

Жалко, не прискакала тут птица-тройка гоголеведения – В.Гиппиус (греческий конь), А.Белый (весь) и М.Вайскопф (только голова), – не истолковала герменевтику реминисценции, мол, раз Чичиков нарушил освященный в 1904 году закон, стало быть, это есть параллелизм с незаконной афэрой духовно мертвых душ филологов-аспирантов...

К сожалению, мы не смогли найти никаких источников, которые помогли бы понять, в чем именно заключалась игровая ошибка Чичикова. Поэтому можем предложить только следующее логическое построение, предварив его предупреждением: эта «спекуляция» может быть весьма далека от того, что имелось в виду Гоголем!

Итак. Вначале напомним некоторые правила игры в вист: игроков четверо, играют пара против пары; члены каждой пары сидят друг напротив друга; игру выигрывает та пара, которая в сумме заберет больше «взяток». Один ход представляет собой поочередное выкладывание каждым игроком одной карты; чья карта «старше» (в соответствии с определенными правилами), тот игрок считается «забравшим взятку».

Теперь представим себе такую ситуацию: игрок А выложил какую-то карту; игрок Б – положил карту «старше» (это называется «побить»); игрок В почему-либо выложил карту «младше». Теперь – черед игрока Г. Перед ним – три карты; если он выложит карту «старше» карты игрока Б, он заберет взятку; но если он положит карту «младше», эту взятку заберет игрок Б, его партнер! И тогда оставшейся у него «старшей» картой он впоследствии сможет забрать какую-то другую взятку! Поэтому ему нет смысла «бить» третью карту (конечно, в том случае, когда взятка должна была достаться напарнику, т.е. когда она «своя же»).

А вот выражение «сходил в чужую масть» практически не вызывает сомнений: оно означает, что игрок сделал ход картой небольшого достоинства и такой масти, карт которой много у противников, так что они этот ход «побьют».


16. Помпадуры и помпадуришки

гл. I...он с чрезвычайною точностию расспросил, кто в городе губернатор, кто председатель палаты, кто прокурор...
 

Что за палата такая?.. Сейчас узнаем:

1934_ГИХЛПалата – так именовались в царской России некоторые губернские судебные и административные учреждения. Здесь имеется в виду председатель казенной палаты – учреждения, ведавшего государственными доходами и имуществами.
1949_ДетгизВ царской России так назывались некоторые судебные и административные учреждения; были палаты: казенная, – ведавшая государственными доходами и имуществом, гражданского и уголовного суда и др.
1957_ДетгизПалата – губернское учреждение первой половины XIX века; была палата казенная, ведавшая казенными сборами, и гражданская, ведавшая, в частности, утверждением торговых сделок.
1982_Просв губернском городе была гражданская (ведавшая гражданскими – имущественными или иными отношениями граждан); казенная (занимавшаяся финансами), судебная и другие палаты.
1982_БМЛДПалата – вообще всякое присутственное место (государственное учреждение) в губернии. Казенная палата, например, ведала государственными (казенными) сборами. В гражданской палате совершались сделки по продаже и покупке крепостных крестьян.
2006_ЭксмоПалата – имеется в виду судебная палата, орган по рассмотрению гражданских и уголовных дел, появившийся в России в 1775 г., т.н. «нижний земской суд».
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Палата – название многих административных учреждений: существовали палаты казенная (ведомства Министерства финансов), гражданская (высшее в губернии судебное учреждение) и др.

Так «казенная», «гражданская», «судебная», или «др.»? Стало ли понятнее, с кем хотел подружиться Чичиков?.. Никак нет.

Комментаторы сами иногда путают гражданскую и казенную палаты; например, Е.С.Смирнова-Чикина (1974_СЧ) так комментирует сцену утверждения купчих в главе VII:

...сравнение председателя казенной палаты с Зевсом...

Т.е. она совершила ту же ошибку, что и Черняк (1934_ГИХЛ). А в 2006_Эксмо вообще спутали губернское судебное учреждение – с уездным полицейским, т.н. «нижним земским судом».

Правильный ответ состоит в том, что имеется в виду палата гражданского суда, – судебный орган, существовавший в 1775-1865 гг.; именно там утверждались купчие крепости, и именно поэтому Чичиков искал дружбы с ее председателем.

гл. VIIСам решился он сочинить крепости, написать и переписать, чтоб не платить ничего подьячим.
 

Подьячие – это, наверно, какие-то переписчики? Некоторые комментаторы решили, что контекста недостаточно, и дали примечание, точно так же, как немного ранее – к вот этой реплике Плюшкина:

гл. VI«Приказные такие бессовестные!»
 

Давайте поглядим на их усилия:

1934_ГИХЛПриказный – старинное название писца из центрального государственного учреждения; в допетровское время эти учреждения назывались «приказами».Подьячие – старинное название мелких чиновников и писцов в судах и государственных учреждениях.1
1949_СС6Приказный – канцелярский служащий.Подьячий – мелкий канцелярский чиновник.1
1949_ДетгизПриказный – в старину чиновник, писец.Подьячий – в старину писец, помощник дьяка.1
1957_ДетгизПриказные – канцелярские служащие.Подьячий – мелкий канцелярский чиновник.1
1982_БМЛДПриказные – мелкие канцелярские служащие без чина, писцы.Подьячий – мелкий канцелярский служащий, писец.0
1982_ПросПриказные – служащие в приказе – правительственном учреждении.Подьячий – мелкий судебный чиновник, писец.1
1988_СовРосПриказный – мелкий чиновник, канцелярский служащий.Подьячий – мелкий судебный чиновник, писец.2
1994_СС9Приказный – мелкий чиновник.Подьячий – мелкий судебный чиновник, писец.2
2009_ПСС17Приказные – мелкие чиновники, канцелярские служащие.Подьячий – мелкий судебный чиновник, писец.2
2012_ПСС23
Подьячий – здесь: канцелярский служащий в местных государственных учреждениях России.0

А теперь – правильный ответ. В XIX веке «подьячие» и «приказные» – это полные синонимы; каждое из этих слов являлось обиходным, неофициальным названием «канцелярских служителей», каковые подразделялись на канцеляристов, подканцеляристов и копиистов; у них не было чина (а только – разряды), так что «чиновниками» они не являлись (см. 1890_ЭСБЕ, статья «Канцелярские служители»).

В правом столбце таблицы мы указали, сколько раз ошиблось каждое издание.

гл. VIIПошлите теперь же к прокурору, он человек праздный и, верно, сидит дома: за него все делает стряпчий Золотуха, первейший хапуга в мире.

Ну что, кто такой стряпчий? Наверно, какой-то помощник прокурора, раз он «за него все делает»... А кому надо знать поточнее, пусть заглянет в Примечания... И действительно, некоторые из комплектов примечаний, имеющихся в нашем распоряжении, поясняют:

1949_СС6Стряпчий – чиновник в дореформенном суде, исполнявший обязанности помощника прокурора.
1974_СЧСтряпчий уголовных дел – помощник губернского прокурора.
1957_ДетгизСтряпчий – чиновник, исполнявший обязанности помощника прокурора.
1982_БМЛДСтряпчий – судейский чиновник.
1982_ПросСтряпчий – чиновник, надзиравший за ходом дел в судебных учреждениях.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Стряпчий – губернский чиновник, помощник прокурора.
2012_ПСС23Стряпчий – помощник прокурора в губернии.

Да-а, теперь все стало намного более значительно понятней...

Но читатели XX-XXI веков знают совсем другое значение слова «стряпчий»: адвокат, т.е. в процессуальном смысле – антагонист прокурора! И с ними, как ни странно, согласны два издания:

1934_ГИХЛ,
1949_Детгиз
Стряпчий – ходатай по судебным делам.

Так что комментаторы были обязаны не цитаты из словаря мусолить, а объяснить, что в 1775-1832 гг. (по «Учреждению о губерниях») слово «стряпчий» обозначало помощника прокурора, в 1832-1864 гг. (по Закону от 14.05.1832 о присяжных стряпчих) имело оба значения, в 1864-1917 гг. (после судебной реформы и до Октябрьского переворота) – осталось только второе значение; а после 1917 г. слово исчезло из обихода.

гл. IПотом был [...] на закуске после обедни, данной городским главою, которая тоже стоила обеда.
 
1957_ДетгизГородской глава, или голова, выборный представитель купцов.
1982_БМЛДГородской глава – председатель городской думы, выборного, от купцов и мещан, учреждения, ведавшего городским хозяйством.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Городской глава (голова) выборный представитель от купцов.
2012_ПСС23Городской глава (голова) – выборный представитель купцов.

Как один комментатор в 1957 г. обмишулился, так все желающие у него эту ошибку по сю пору и списывают...

На самом деле городской голова – это руководитель Общей городской думы, выборного органа городского самоуправления в 1785-1841 гг. В ее ведении находились общественные здания, благоустройство улиц, школы и больницы, городская торговля. Избиралась раз в 3 года от шести разрядов избирателей: (1) дворян, (2) купцов, (3) ремесленников, (4) иногородних купцов, (5) «именитых граждан», (6) посадских (это одна из категорий мещан по закону 1785 г. «Грамота на права и выгоды городам Российской империи»).

В губернских городах городской голова получал чин VI класса и был, конечно, из дворян; подчинялся непосредственно губернатору или генерал-губернатору.

гл. X...господа наши ухватились наконец и за Ноздрева. Полицеймейстер в ту же минуту написал к нему записочку пожаловать на вечер... [...]
Ноздрев [...] прочитал в записке городничего, что...

«Городничий» – это оговорка Гоголя, городничий в тексте более не упоминается. (Вообще-то пару раз на это было указано, но давно, – в 1889_СС7 и 1952_СС5).

А комментатор 1949_Детгиз решил вообще не вникать в текст, а пояснять себе каждое слово в отдельности:

1949_ДетгизГородничий – начальник полиции в уездном городе.

Строго говоря, городничий – глава административной и полицейской власти уездного города (1775-1862), а полицеймейстер – начальник полиции губернского города (1782-1917). Подведомственная территория у городничего меньше, чем у полицейместера, но власти на ней – больше.

гл. I...жандармский полковник говорил, что он [Чичиков] – ученый человек...
 

В России всегда считалось, что любой российский подданый прекрасно знает, кто такие жандармы. Хоть какого-то внимания они удостоились всего у одного комментатора:

1982_ПросЖандарм – нижний чин в царской жандармерии, войсках, предназначенных для охраны существующего строя, для надзора за «неблагонадежными».

Это, в общем-то, верно; следует лишь добавить, что это стало верным начиная с 1827 г.

В России термины «жандармерия», «жандармы» введены в оборот в конце 1815 г. после долгого перерыва (начавшегося в 1792 г.): Борисоглебский драгунский полк был переименован в «жандармский» и распределен по армии в качестве военной полиции. И только в 1827 г. был создан Отдельный корпус жандармов, предназначенный, в том числе, для охраны общественного порядка. В таком понимании сло́ва «жандарм» нас окончательно убеждает упоминание Гоголем среди «столпов» городского общества – «жандармского полковника», который мог быть только начальником губернского жандармского управления (официальное название должности в 1827-1867 гг. – «губернский штаб-офицер жандармского округа»). До этого – жандармскому полковнику неоткуда было взяться: в губернском городе могла находиться «жандармская команда» (военной полиции) численностью до 30 человек, которой командовал, естественно, не полковник, а какой-нибудь поручик или штабс-ротмистр.

«На сладкое» можно заметить, что попасть в ловушку анахронизма несложно, это случалось даже с большими писателями. Вот вам цитата, в которой вы теперь легко заметите ошибку:

31-го декабря, накануне нового 1810 года, le réveillon, был бал у екатерининского вельможи. На бале должен был быть дипломатический корпус и государь. На Английской набережной светился бесчисленными огнями иллюминации известный дом вельможи. У освещенного подъезда с красным сукном стояла полиция, и не одни жандармы, но и полицеймейстер на подъезде и десятки офицеров полиции.
А знаете, откуда это?.. Л.Н.Толстой, «Война и мир» (1869).
гл. XГоворят, есть, в некотором роде, высшая комиссия, правленье, понимаете, эдакое, и начальником генерал-аншеф такой-то.

В примечаниях – на редкость дружная бессмыслица (не спасает даже упоминание кое-где XVIII века и Павла I):

1934_ГИХЛГенерал-аншеф – высший генеральский чин в русской армии до Николая I.
1949_СС6Генерал-аншеф – высший военный чин.
1949_ДетгизГенерал-аншеф – в старину высший генеральский чин в русской армии.
1957_ДетгизГенерал-аншеф – высший генеральский чин в XVIII веке.
1959_СС6Генерал-аншеф – высший генеральский чин.
1974_СЧГенерал-аншеф – полный генерал, военный чин четвертого или третьего класса.
1982_ПросГенерал-аншеф – высший генеральский чин.
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Генерал-аншеф – полный генерал, высший генеральский чин в XVIII в., стоявший рангом ниже фельдмаршала; отменен при Павле I.
1994_СС9Генерал-аншеф – высший генеральский чин в XVIII в.
2005_АСТГенерал-аншеф – высший генеральский чин.
2006_ЭксмоГенерал-аншеф – имеется в виду главнокомандующий армией.
2012_ПСС23Генерал-аншефство – звание полного генерала, существовавшее в русской армии в 1716-1796 гг.

Короче, какой-то генерал. Неинтересно...

А вот – интересно! Только объяснять надо по-человечески. Эта фраза – из рассказа почтмейстера о капитане Копейкине; речь идет о событиях, произошедших после войны 1812 года, а рассказчик поминает «генерал-аншефа», звание, упраздненное в 1797 году... Почему? А потому, что это – речевая характеристика персонажа: Ивану Андреевичу просто нравятся такие словечки, вот он и допускает намеренный анахронизм.

Ну и, чтоб два раза не вставать, обратите внимание, что в даже в собственных пояснениях комментаторы налепили ошибок (лень было заглянуть в общедоступную «Табель о рангах»?):

(1) чин отменен не Николаем I, а Павлом I, на 27 лет и два царствования раньше! Наверно, в 1934 г. советским литературоведам казалось, что Николай I – это что-то вроде царя Гороха...
(2) генерал-аншеф – чин не «четвертого или третьего класса», а второго.
(3) это не «высший военный» и не «высший генеральский» чин, выше – генерал-фельдмаршал (первого класса).
(4) «главнокомандующий армией» – вообще не лезет ни в какие ворота.
гл. X«Помилуйте, ваше высокопревосходительство, не имею, так сказать, куска хлеба...»
 
2012_ПСС23Ваше высокопревосходительство – обращение к лицам в чине 1-го и 2-го классов (к канцлеру, действительному тайному советнику, фельдмаршалу, генералам родов войск, генерал-адмиралу и адмиралу).

Забавно, да? Копейкин обращается к генерал-аншефу; генерал-аншеф – чин 2 класса; к лицу в таком чине действительно следует обращаться «Ваше высокопревосходительство»... И тем не менее: комментатор перечисляет всех, кроме как раз генерал-аншефа.

гл. IБыл с почтением у губернатора, который [...] имел на шее Анну, и поговаривали даже, что был представлен к звезде...

Ну, никто из комментаторов не сомневается в том, что «Анна» – это орден Св.Анны II степени, уже хорошо. А вот насчет «звезды» – мнения экспертов разделились:

это орден...
Св.Станислава
это орден...
Св.Станислава I ст.
это орден...
Св.Анны I ст.
1957_Детгиз1949_СС61949_Детгиз
1959_СС61968_СС42006_Эксмо
1967_СС71974_СЧ
1975_БВЛ1982_Прос
1982_БМЛД1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
1984_СС2
2005_АСТ

В изданиях, перечисленных в первой колонке, примечание сформулировано настолько небрежно, что даже не указана степень ордена (несмотря на то, что разница между степенями одного ордена была весьма существенна); однако будем к ним снисходительны, будем считать, что они имели в виду I степень, имевшую звезду в качестве знака.

А в 2012_ПСС23 примечание сформулировано обтекаемо:

Звезда – знак ордена Св. Анны 1-й степени и ряда других орденов.

Итак, счет – 12½ : 2½ в пользу ордена Св.Станислава I степени...

Давайте попробуем установить истину.

Сначала – определимся с чиновничьим классом претендента: как известно из I главы, вице-губернатор был статским советником; следовательно, губернатор, его начальник, был как минимум на один чин старше, т.е. был чиновником не ниже IV класса (а с какого-то времени IV класс стали присваивать прямо вместе с назначением на должность губернатора).

Выпишем существовавшие во времена создания романа российские ордена (начиная с этой самой Анны на шее):

очеред-
ность
вручения
названиезнак отличиякласс
награжда-
емого
начало
вручения
в России
4Св.Анны II ст.крест на шейной лентеV-VIII1797
5Св.Владимира IV ст.крест в петлицеV-XI1782
6Св.Владимира III ст.крест на шейной лентеI-VI1782
7Св.Станислава I ст.звездаI-VI1831
8Св.Анны I ст.звезда на груди справаI-IV1797
9Св. Владимира II ст.звезда на груди слеваI-III1782
10Белого Орлазвезда на груди слеваI-IV1831
11Св.Александра НевскогозвездаI-III1725
Св. Владимира I ст.звезда на груди слеваI-II1782
Св.Андрея Первозванногозвезда на груди слеваI-III1699

Как видно из таблицы, чиновник IV класса, имевший только орден Св.Анны II ст., из орденов-«звезд» мог претендовать, действительно, либо на Св.Станислава I ст., либо на Св.Анны I ст. Но тут есть два дополнительных соображения:
(1) естественно предположить, что рассматриваемая фраза содержит обыкновенный эллипсис, то есть – имеется в виду «звезда» уже названного ордена Св.Анны;
(2) орден Станислава стал российским только в 1831 г., т.е. фактически – вне временны́х рамок повествования.

Таким образом, на наш взгляд, несмотря на то, что комментаторы 1949_Детгиз и 2006_Эксмо оказались в меньшинстве, правы именно они. Но при этом мы вынуждены упомянуть о прискорбной отсебятине в 2006_Эксмо, где утверждается, что первой степени якобы «удостаивались только высшие военные чины».

гл. IVИной, например, даже человек в чинах, с благородною наружностью, со звездой на груди...
 

«Эхо» предыдущего примечания в трех, как минимум, случаях долетело и сюда, без малейших оснований безапелляционно заявлено:

1957_Детгиз,
1959_СС6,
2005_АСТ
Звезда на груди – орден Станислава.

Между тем, из предыдущей таблицы видно, что, начиная с ордена Станислава I степени, все ордена имели звезду. Другими словами, Гоголь имел в виду не кавалеров какого-то конкретного ордена, а просто людей в больших чинах.

гл. II...грезит о том, как бы пройтиться на гуляньи с флигель-адъютантом, напоказ своим приятелям...
 
ИзданиеПримечаниеВозражение
1974_СЧ Флигель-адъютант – офицер в должности адъютанта... Отнюдь, товарищ Смирнова-Чикина! Это не должность, а звание.
2006_Эксмо Флигель-адъютант (нем.) – почетное звание, присваивавшееся офицерам, состоящим в свите русских императоров и занимающим блестящее положение в петербургском свете. Мадам Терехова, как прикажете вас понимать? По-вашему, чтобы получить это звание, офицер должен был занять блестящее положение в свете? А насколько блестящее? И как светский блеск вычислялся, по формуле Френеля?
гл. X...швейцар уже смотрит генералиссимусом: вызолоченная булава, графская физиогномия, как откормленный жирный мопс какой-нибудь; батистовые воротнички, канальство!..

Комментаторы «балуют» читателя:

1934_ГИХЛГенералиссимус – главнокомандующий несколькими армиями.
1988_СовРосГенералиссимус (от лат. generallissimus – самый главный) – высшее воинское звание, дававшееся в редких случаях за особо выдающиеся военные заслуги.
2009_ПСС17Генералиссимус (лат. generallissimus – самый главный) – высшее воинское звание, дававшееся за особо выдающиеся военные заслуги.
2012_ПСС23Генералиссимус (от лат. generalissimus – самый главный) – высшее воинское звание, введенное в России в 1716 г. Присваивалось крайне редко.

Все эти примечания – не по существу! Слово «генералиссимус» здесь характеризует не столько швейцара, сколько рассказчика, почтмейстера, который, конечно, имел в виду известные портреты и гравюры нескольких генералиссимусов (в том числе русских – принца Антона Ульриха и князя Суворова), по канону жанра изображавшихся в латах, с белым воротничком и маршальским жезлом (который почтмейстер уподобил булаве швейцара). И кстати, в одном из изданий дано уместное пояснение:

1949_ДетгизБулава – в данном случае: палица с шаром наверху, принадлежность парадной формы швейцаров в знатных домах и в учреждениях.

Это действительно так, хотя сегодня мало кто об этом помнит. Тем не менее, в подтверждение можно привести пару литературных примеров:

1894; описы-
вается 1874 г.
Н.А.Лухманова«Двадцать
лет назад»
Швейцар Яков, в красной ливрее с орлами, в треугольной шляпе, с булавой, стоял великолепным истуканом и только изредка приветствовал коротким «здравия желаю» особенно почетных посетителей.
1932; описы-
вается 1887 г.
А.И.Куприн«Юнкера»В руке швейцар держал на отлете тяжелую булаву с большим золоченым шаром, который высился над его головою.

Есть в романе такое действующее лицо, протопоп отец Кирилл. Относительно него комментаторы демонстрируют два блестящих качества:

(1) умение работать со словарем;
(2) неумение понимать прочитанное.
1974_СЧПротопоп – старший священник, настоятель (управитель) церкви.
1982_ПросПротопоп – священник высшего сана.
1988_СовРосПротопоп (протоиерей) – старший священник (главный среди священников данной церкви).
1994_СС9Протопоп – старший священник.
2009_ПСС17Протопоп (протоиерей) – старший священник (главный среди священников данной церкви).

Приведенное комментаторами определение (в разных вариантах, но одно и то же) стало релевантным примерно с середины XIX века; но Гоголь-то использует это слово в прежнем понимании: или глава благочиннического округа, или (в особенности с учетом того, что отец Кирилл проживал в само́м губернском городе, а не на территории какого-либо округа) – помощник архиерея.

С этим персонажем, кстати, связана одна любопытная опечатка. Вот что рассказано о ней в 1951_ПСС14:

Исправленный текстПервопечатный текст
Живых-то я уступила, вот и третьего года протопопу двух девок по сту рублей каждую Живых-то я уступила, вот и третьего года Протопопову двух девок по сту рублей рублей каждую
Происхождение этой ошибки: в РК * написано – Протопопу; в РП переписано правильно: Протопопу; переписчик РЦ исказил: Протопову; так и напечатано в первом издании. Во втором издании, очевидно, исправили на обычную фамилию: Протопопову. Восстанавливаем первоначальное слово: «протопоп»; оно не один раз упоминается при Коробочке, тогда как случайно появившийся Протопопов нигде не встречается.
*Расшифровка использованных здесь условных обозначений рукописей приведена в конце нашей книги.
 

На самом деле – переписчик «исказил» не совсем случайно, а это был случай гиперкоррекции. «Ну какие крепостные девки у лица духовного сословия?» – наверно, рассудил он. Ведь еще в 1746 году, при Елизавете, был введен запрет кому бы то ни было, кроме дворян, покупать крестьян. А поскольку название духовного сана по тогдашним правилам писалось с прописной буквы, у переписчика и «выскочила» сама собой фамилия...

Ошибка переписчика заключается в том, что он не учел, что священник мог одновременно принадлежать к дворянству, – а значит, иметь крепостных (дворовых).

гл. III«А ваше имя как? – спросила помещица. – Ведь вы, я чай, заседатель?»
 

Это Коробочка спрашивает заехавшего к ней Чичикова. Некоторые издания смогли предложить читателям в качестве комментария только следующее «абстрактное знание»:

1934_ГИХЛЗаседатель – выборный от дворянства член какого-либо учреждения (обычно суда).
2006_ЭксмоЗаседатель – человек, избранный для участия в работе уездного суда и судебных палат, представляющий одно из сословий (дворян, горожан, иногда государственных крестьян).
2012_ПСС23Заседатель – сословный представитель в присутственном месте, например представитель дворянства.

Зато практически во всех других изданиях сказано по существу: имеется в виду «член земского/уездного суда». Правда, там зачем-то подчеркивают, что он – «выборный представитель от дворян», хотя других в уездном суде и не было; видимо, эти комментаторы путают уездный «земский суд» – и губернский «совестный суд», в работе которого, действительно, принимали участие представители дворян, горожан и государственных крестьян. Вот только по юрисдикции совестного суда этим заседателям обычно не было нужды «выезжать на местность», и вероятность встретить их у Коробочки была крайне невелика.

Ну ладно, а что такое земский суд? Пожалуйста, есть во всех комплектах примечаний. Приведем здесь симпатичную формулировку из 1985_СС7:

Нижний земский суд – низшая административная инстанция в России, введенная в 1775 г. Он возглавлялся капитан-исправником, выбираемым местным дворянством, и включал в себя двух-трех земских заседателей из дворян. На обязанности этого суда лежало исполнение указов губернского правления, а также разбирательство различных незначительных дел.

И все-таки – остается ощущение какой-то недосказаннности: «заседатель» – это рулез? супер? фантастиш? Или нет? За кого́ Коробочка приняла поначалу Чичикова? Давайте разберемся.

Земский суд – выборный орган. Желающие стать членами земского суда выдвигали свои кандидатуры; избирались они тайным голосованием на общем собрании уездного дворянства, сроком на 3 года. (Право избирать ограничивалось различными цензами: возрастным, имущественным и проч.) Заседатели получали жалованье (достаточно скромное). Должностные обязанности были довольно хлопотными: например, исправник посылал заседателей проверить состояние дорог и мостов после паводка, произвести предварительное следствие какого-либо происшествия, и т.п.

гл. IX...заседатель Дробяжкин повадился уж чересчур часто ездить в их деревню...
 

При этом реальной власти у заседателя было еще меньше, чем у исправника, который фактически мог доставить крупные неприятности только «ничейным» крестьянам (т.е. – либо государственным, либо беглым), и только на территории уезда, но не в черте уездного города.

гл. VIIНо вот уж тебя, беспашпортного, поймал капитан-исправник.
 

С другой стороны, открывался простор для коррупции.

гл. XIЕсли захотят освидетельствовать крестьян [...] я представлю и свидетельство за собственноручным подписанием капитана-исправника.

(Чичиков имеет в виду, что исправник выдаст ему свидетельство за взятку).

Как результат, заседателями оказывались небогатые и незнатные уездные дворяне. Помещики их угощали «на всякий случай».

гл. III...Да заседателя подмаслила...
 
гл. VII...потер руки с таким же удовольствием, как потирает их выехавший на следствие неподкупный земский суд, подходящий к закуске.

Здесь же имеет смысл упомянуть о забавной несуразице, случившейся в 2012_ПСС23. В любом другом издании имеется правильное определение понятия «капитан-исправник», а в 2012_ПСС23 – оно выглядит так:

2012_ПСС23Капитан-исправник – начальник уездной полиции; избирался обычно местным дворянством.

Неправильным это определение делает добавленное (для солидности?) наречие «обычно». Если уж быть точным, то в 1775-1837 гг. исправник избирался уездным дворянством, а в 1837-1917 гг. – назначался губернским правлением (как легко догадается современный российский читатель, в целях укрепления вертикали власти).

гл. IV«...позвольте вам доложить, что я офицер».
 

Это заявляет грубияну Ноздреву возмущенный его поведением капитан-исправник.

Современному читателю может показаться, что фамилия этого капитана – Очевидность: ну, в самом деле, раз ты «капитан» – стало быть, офицер!

Однако это не так; «офицер» он – не потому, что «капитан». Скорее – наоборот, его выбрали исправником, поскольку он был офицером. Строго говоря, исправник – даже не «капитан», официальное название должности – «земский исправник», «капитан» добавлялось в дворянском просторечии «для солидности», в значении «командир».

гл. XIТемно и скромно происхождение нашего героя. Родители были дворяне, но столбовые или личные – бог ведает.
 

Несколько изданий бросилось в бой; их примечание представляет собой два сухих определения:

(1) что такое «столбовые дворяне» (причем в 2009_ПСС17 смешаны понятия «столбовое» и «потомственное» дворянство); и
(2) кто такие «личные дворяне»; и тут не обошлось без ошибок:
ИзданиеПримечаниеВозражение
1957_Детгиз Личные дворяне – получившие дворянство по службе лично, а не по наследству. Ну уж нет: не «получившие лично», а выслужившие лично для себя.
1982_БМЛД Личные дворяне – выслужившие дворянство, а не принадлежавшие к нему по рождению.
2006_Эксмо Личное дворянство присваивали чиновникам, начиная с определенного класса (правила на этот счет в России изменялись). [...] Например, чин коллежского асессора (8-го класса) до 1845 года обеспечивал следующим поколениям потомственное дворянство, затем – только личное. Что-что, после 1845 года чин VIII класса обеспечивал «только личное» дворянство «следующим поколениям»?! До этого даже Петр I не додумался...
И в 1722-1845 гг., а в этот промежуток заведомо укладывается время действия романа, «правила на этот счет» не изменялись ни разу.

После чего – усталые, но довольные комментаторы отправились на отдых... наверно, в Дом крестьянина. Придется нам разобраться без них.

По определению, столбовые дворяне – это те, чьи предки получили дворянское звание до 1685 года, никаких формальных преимуществ перед другими дворянами у них нет; а личные дворяне – это такие, которые получили дворянское звание лично для себя (и жены), без права передачи потомкам.

Итак: если родители главного героя – столбовые дворяне, он – древнего рода, может, если хочет, расчесывать свой гонор; а если – личные, то... он вообще не дворянин!

Как такое может быть? Ребенок, живущий в сословном социуме, не знает, к какому сословию принадлежит? А ведь его об этом спрашивали десятки раз, в школе, потом при поступлении на службу... Более того, получается, горе-автор не знает такой важной вещи о своем персонаже?!

Конечно, знает: Павел Чичиков – потомственный дворянин, иначе и огород городить не стоило.

гл. III– Да кто вы такой? – сказала старуха.
– Дворянин, матушка.

А в рассматриваемом фрагменте XI главы Гоголь просто подобрал неточное слово: он имел в виду не «личные», а, например, «лично выслужившие»; в 1722-1845 гг. потомственное дворянство давалось, начиная: на военной службе – с XIV класса, на гражданской службе – с VIII класса Табели о рангах или при награждении любым орденом Российской империи (см. хотя бы Википедию).


17. Капитан Очевидность комментирует Гоголя

  Веревка – вервие простое.
И.И.Хемницер. «Метафизик» (1782)

Некоторые примечания поражают своей тривиальностью, причем зачастую там, где можно было бы предложить читателю вполне содержательный комментарий. В лексикологии среднестатистический Капитан-Очевидность действует двумя методами:

(1) выдумывает значение слова «из контекста», ленясь проверить себя по дополнительными источникам;
(2) берет значение слова из первого попавшегося источника, даже не попытавшись задействовать обыкновенный здравый смысл.
гл. IКогда экипаж въехал на двор, господин был встречен трактирным слугою, или половым, как их называют в русских трактирах, живым и вертлявым до такой степени, что даже нельзя было рассмотреть, какое у него было лицо. Он выбежал проворно с салфеткой в руке, весь длинный и в длинном демикотонном сюртуке со спинкою чуть не на самом затылке, встряхнул волосами и повел проворно господина вверх по всей деревянной галдарее показывать ниспосланный ему богом покой.

Кто-нибудь не догадался, что́ такое «галдарея»? Наверно, это галерея... А давайте в примечания заглянем.

1934_ГИХЛГалдарея – искаженное «галлерея» – коридор с наружной стороны здания.
1949_СС6Галдарея – галлерея.
1949_ДетгизГалдарея – искаженное «галлерея».
1957_ДетгизГалдарея – галерея.
1974_СЧГалдарея – галерея; длинный крытый проход вдоль стены дома.
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Галдарея – галерея, коридор с наружной стороны здания.
1994_СС9Галдарея – галерея, коридор вокруг здания.
2006_ЭксмоГалдарея – искаж. «галерея», возможно, с добавочным значением (от диалектного галда – «говор, крик, шум, брань, спор»).

Короче – таки да: галдарея – это галерея, можно было не напрягаться... Но все-таки... Почему не «галерея»? Гоголь не знал, как правильно? Или тогда была принята такая форма?

Вот прямо у Гоголя и узнаем:

гл. VII[Петрушка] взглянул с галлереи вниз и увидел Селифана, возвращавшегося из конюшни.
 

Для перепроверки откроем полное собрание сочинений. Гоголь употребляет это слово еще в пяти произведениях:

И всегда – в нормативной форме «галлерея»...

Слово «галдарея» образовано из «галереи» по той же модели, что «басурманин» – из «мусульманина», «скубент» – из «студента», «плитувар» – из «тротуара», «фатера» – из «квартиры»... Такие слова-«кривлялки» возникают, по-видимому, как результат неосознанного протеста против незнакомого, нового слова, и через некоторое время исчезают, обычно даже не успев зафиксироваться в нормативных словарях. Но они всегда – просторечие, т.е. свойственны малообразованным носителям языка.

Приняв все это во внимание, мы теперь можем понять, чего добился Гоголь: фраза, содержащая это слово, передает поток сознания не приезжего господина, а полового! И при этом Гоголь обошелся без тривиальных ремарок «тот подумал, этот подумал»...

Обратите теперь внимание, как виртуозно Гоголь передает динамику такого вроде бы заурядного процесса, как въезд главного героя в повествование: несколько секунд читатель наблюдает действие глазами двух подвыпивших мужиков, потом – глазами случайного прохожего «во фраке с покушеньями на моду», и наконец – глазами трактирного слуги.

Строго говоря, «наблюдательная эстафета» на этом не кончается, в следующем же предложении Гоголь предрекает, что в смежном с героем номере окажется «сосед, молчаливый и спокойный человек, но чрезвычайно любопытный, интересующийся знать о всех подробностях проезжающего». (Уж не автор ли это, собственной персоной?..)

гл. X...драгоценные марморы на стенах, металлические галантереи...
 

Комментаторы спешат сообщить:

1934_ГИХЛМармор – старое написание слова «мрамор».
1949_ДетгизМармор – старинное начертание слова «мрамор».
1957_ДетгизМарморы (лат. marmor) – мраморы (мрамор).
1974_СЧМармор – мрамор.
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Мармор (лат. marmor) – мрамор.

В полном собрании сочинений Гоголя слово «мрамор» встречается десятки раз, в том числе, в значении «материал отделки». Например:

«Рим», 1842
И там на вознесенных мраморах и столпах, набранных из древних языческих храмов, блещет неувядаемой кистью плафон.
Письмо М.И.Гоголь
от 24.11.1837
Вообразите себе огромнейшую массу, всю из мрамора, всю из статуй, из резных украшений, похожую на кружево.
Письмо А.В. и Е.В.
Гоголь от 28.04.1838
Колонны из мрамора, из порфира, из редкого голубого камня, которого называют лаписом, слоновая кость, статуи, словом, все великолепно.

Но ни разу не встречается слово «мармор». Та́к что – оно, конечно, «старинное», но употреблено не за это. А потому, что это – еще одно словечко, играющее роль речевой характеристики персонажа (почтмейстера).

гл. II«Позвольте вам этого не позволить, – сказал Манилов с улыбкою. – Это кресло у меня уж ассигновано для гостя: ради или не ради, но должны сесть».

В 1957_Детгиз (воспроизведено в 1968_Детлит, 2017_Речь и др.) прокомментировано так:

Ради – так писалось и произносилось в старину слово «рады».

Как ни странно, это – правда; утверждение выглядит «подозрительно», поскольку небрежно сформулировано. Следовало бы сказать: это была допустимая, хотя и все менее употребительная, форма слова (см. П.Я.Черных. «Историческая грамматика русского языка», 1952).

Вот несколько примеров:

1779М.М.Херасков«Россиада»Мы ради кровь пролить, теперь готовы к бою.
1825А.С.Грибоедов«Горе от ума»София. Ах! Чацкий, я вам очень рада.
Чацкий. Вы ради? в добрый час.
1832М.Ю.Лермонтов«Измаил-Бей»В бою мы ради лечь костями...
1832М.Ю.Лермонтов«Моряк»Когда мы ради всё отдать...
1834М.Ю.Лермонтов«Вадим»Ведь вы все ради заманить барскую милость...
1865И.С.Аксаков«Рассказ о
“последнем Иване”»
Солдат, сами изволите знать, ваше высокоблагородие, рассуждать не может, коли начальство спрашивает. Известно: «ради стараться».
1866В.И.Даль1863_ДальРади стараться! солдатский ответ на похвалу начальника.
1877А.Н.Островский«Правда – хорошо,
а счастье лучше»
Ради стараться, ваше степенство!

Однако наиболее ярко такое употребление продемонстрировал Пушкин в «Сказке о мертвой царевне и о семи богатырях» (1833), использовав его в качестве рифмы:


Всех нас семеро, тебя
Все мы любим, за себя
Взять тебя мы все бы ради,
Да нельзя, так бога ради
Помири нас как-нибудь...

Но тут интересно во́т что: а зачем эта форма понадобилась Гоголю? Он же вполне умел пользоваться общеупотребительной формой, например:

гл. IX...сами были не рады, что попробовали...
 

Так во́т: похоже, это еще один случай речевой характеристики персонажа. Как можно заметить из вышеприведенных примеров, форма сохранялась по большей части в военных, армейских контекстах; вот Гоголь и обратил еще раз внимание читателей на то, что Манилов в прошлом был офицером!

Кстати говоря, ни один комментатор не заметил, что в этой фразе Манилов еще и демонстрирует «куртуазное» владение французским: он употребил причастие «ассигновано» в понятном из контекста значении «предназначено», произведя его не от русского глагола «ассигновать» («финансировать»), а от французского assigner («назначать»).

гл. IV...Манилов будет повеликатней Собакевича...
 
1949_ДетгизПовеликатней – искаженное «поделикатней» – повежливее, помягче.

Охохонюшки, Детгиз... Это – не просто «искаженное», это, опять-таки, речевая характеристика, на этот раз – старухи-трактирщицы.

гл. XА фельдъегерь уж там, понимаете, и стоит: трехаршинный мужичина какой-нибудь, ручища у него, можете вообразить, самой натурой устроена для ямщиков, – словом, дантист эдакой...

В семи комплектах примечаний в очередной раз постарались протереть гоголевский текст хлоркой: стали объяснять, что слово «дантист» употреблено в переносном смысле...

Господа менеджеры по клинингу! То, что вы затерли, – это был шуточный окказионализм в речи персонажа (почтмейстера).

гл. VI«Однокорытниками были, вместе по заборам лазили! [...] в школе были приятели». И на этом деревянном лице вдруг скользнул какой-то теплый луч...

Это говорит Плюшкин; он пошутил! «Однокорытники» – это щенки одного помета; слово стало применяться к людям – только после “Мертвых душ”, как неявная цитата! Но комментаторы – тут как тут, благополучно шутку убили, вместе с «теплым лучом»:

1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Однокорытники – однокашники, соученики.
2006_ЭксмоОднокорытник – однокашник, товарищ.
2012_ПСС23Однокорытник – здесь: то же, что однокашник, соученик.
гл. IX...русский барин, собачей и иора-охотник...
 
1949_СС6Иора – беспутный.
1949_ДетгизИора – лихой, беспутный человек.

Читателям именно этих двух изданий не повезло, комментарий вконец их запутал: ке́м был русский барин, охотником – или беспутным человеком?.. Но ничего, в других изданиях объясняется, что здесь «иора» – это озорник и удалец.

гл. VIIIНоздрев, захлебнув куражу в двух чашках чаю, конечно, не без рома, врал немилосердно.
 

Ну, ясно: авторская локальная шутка, «набрался смелости из чашки со спиртным», ведь ясно же, ясно?

Но Капитан Очевидность уверен, что – не всем. Поэтому – в распоряжение несообразительных предоставляет следующее все объяснившее объяснение:

1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Захлебнуть куражу – здесь: быть навеселе, под хмельком.
гл. VIIIРазговор сначала не клеился, но после дело пошло, и он начал даже получать форс, но...
 
1949_ДетгизФорс – важность, чванство.
1988_СовРосФорс (франц. force – сила, вес) здесь: преимущество.
1994_СС9Форс – здесь: преимущество.
2009_ПСС17Форс (франц. la force – сила, вес) – здесь: преимущество.
2012_ПСС23Получать форс – силу, бойкость, щегольство, франтовство (от франц. force – сила).

Перед кем преимущество? 16-летнюю губернаторскую дочку в толковании Апокалипсиса переспорил? И поэтому – «блондинка стала зевать во время рассказов нашего героя»...

Но встречаются и хорошие варианты комментария:

1957_ДетгизПолучать форс – здесь: приобретать смелость.
1982_ПросПолучать форс – «полуперевод» с французского (force – сила, крепость); означает примерно: «чувствовать себя уверенно».
гл. II...все эти прожекты так и оканчивались только одними словами.
 
1957_ДетгизПрожект – здесь: несбыточный, фантастический план.
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Прожект – здесь: неосуществимый, несбыточный план.

А это с какой стати? Здесь как раз – впору будет 1863_Даль:

Проект муж., *лат. прожект *франц. план, предположение, предначертание.

Никакой иронии в само́м слове не содержалось. Она привнесена в более поздние времена, и начала фиксироваться только с 1935_Ушаков:

Прожект – несбыточный, фантастический или неосновательный проект, план (разг. ирон.).
гл. VII...далече виднеют по всей площади кучи наваленных в пирамиду, как ядра, мешков, и громадно выглядывает весь хлебный арсенал, пока не перегрузится весь в глубокие суда-суряки...
1957_ДетгизАрсенал – склад оружия и военного снаряжения; здесь: большое количество хлеба.

От излишнего усердия комментатор уничтожил авторскую метафору... «Арсенал» – никакое не «большое количество хлеба», «арсенал» – потому что груды мешков с зерном напоминали пирамиды ядер!

гл. VТы лучше человеку не дай есть, а коня ты должен накормить, потому что конь любит овес. Это его продовольство: что примером нам кошт, то для него овес, он его продовольство.

За значением слова «кошт» далеко ходить не надо, оно есть во всех словарях («содержание, средства к существованию»); вот некоторые комментаторы его оттуда и переписали... Думаете, мы хотим к ним за это придраться? А вот и нет! Ведь они глядятся сущими ангелами на фоне тех комментаторов, которые поленились заглянуть в словарь, а вместо этого – сделали выводы «из контекста»:

1934_ГИХЛКошт – здесь в смысле: провиант, пища.
1957_ДетгизКошт – здесь: продовольствие.
гл. IXЭто выходит, просто: Андроны едут, чепуха, белиберда, сапоги всмятку!
 

В двенадцати изданиях более или менее понятно объясняется, что «андрон» – это повозка-волокуша для перевозки сена; жерди, волочащиеся сзади по земле, производят сильный шум. В 1968_СС4 и 1974_СЧ, правда, утверждают, что повозка шумит, когда «пустая»; а что́, когда она наполнена, трение о землю исчезает? Вот же, какие интересные представления о физике у лириков...

Но – ладно, про повозку – андроны там, электроны разные – это нам товарищи врио научного консультанта довольно хорошо объяснили. Но почему девять из них утверждают, что выражение «андроны едут» означает «вздор, чепуха, бессмыслица», а остальные трое (те самые физически одаренные 1968_СС4 и 1974_СЧ и примкнувший-к-ним 2012_ПСС23) – что «так говорят о тех, кто важничает»? Не сходятся у вас концы с концами, непонятно нам, что же говорит по данному поводу наука филология... А привлечем-ка к разрешению сей научной дискусьон самого́ товарища Даля!

Владимир Иванович извлек из бороды длинную щепку, вонзил ее между зубами – и пояснил, что – да, действительно, «андроны едут – говорится, коли кто некстати важничает»; но есть ведь и другое выражение, «подпускать андрона», означающее «врать, лгать, хвастать»; стало быть, Гоголь, в своем прекрасном итальянском далёке, возможно, просто спутал два фразеологизма; но в данной ситуацьон – давайте уж исходить из контекста.

гл. IV...словом, начнут гладью, а кончат гадью.
 

Гоголь процитировал известную русскую поговорку... Процитировал и процитировал, все понятно, идем дальше... Но нет, в 2012_ПСС23 сочли нужным поверить алгеброй гармонию. Музы́ку разъять как труп, так сказать:

Гладь – вышивка сплошными, плотно прилегающими друг к другу стежками.

Позвольте, а что же такое тогда «гадь»? Давайте, договаривайте до конца!.. Что? не может быть! Неужели – вышивка крестиком?!.

Нет, дорогие, в этой поговорке (она, кстати, есть в 1863_Даль, в статье «Гладить») «гладь» – синоним «ласки, убеждения», а «гадь» – «все, что гадко, мерзко или противно» (из статьи «Гадить»).

гл. IV«Я не стану снимать плевы с черт знает чего».
 
2012_ПСС23Плева – «тончайшая перепонка, в теле животных и растений»; «рубашка зерна и все мелкое, обитое, что отвевается от него по обмолоте» (Даль). Снимать плеву – здесь: извлекать выгоду.

Значение слова «плева» (в 1863_Даль их несколько) комментаторами выбрано неправильно: у Гоголя имеется в виду сливочная пленка на кипяченом молоке; теперь ее называют «пенка», а фразеологизм, соответственно, имеет вид: «снимать пенку».

гл. VIIIВедь известно, зачем берешь взятку и покривишь душой: для того, чтобы жене достать на шаль или на разные роброны [...] чтобы не сказала какая-нибудь подстёга Сидоровна, что на почтмейстерше лучше было платье...
1934_ГИХЛПодстёга – бранное слово – развратная женщина.
1974_СЧПодстёга – женщина дурного поведения.
1982_ПросПодстёга – развратная женщина.
1994_СС9Подстёга – развратная женщина.
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Подстёга – по объяснению В.Даля в Толковом словаре, «развратная женщина».
2012_ПСС23Подстёга – «развратная женщина» (Даль. Т. 3. С. 206).

Ну что, скопировали определение из словаря, а там – хоть трава не расти? И не важно, что такое «толкование» лишает толкуемое выражение всякого смысла? В самом деле, если подразумевалась «шлюха» – приличных людей ее мнение волновать не может, мало ли что она скажет...

Гоголь, конечно же, имел в виду совсем другое значение: «та, которая подстегивает», то есть – подстрекательница! (Ведь одно из значений слова «стрекнуть» – это «стегнуть».) В качестве самостоятельного упражнения – вставьте указанное нами значение в гоголевскую фразу и убедитесь, что она обрела смысл.


18. Капитан Очевидность возвращается

Пришло время представить читателю маленький шедевр комментаристики, сотворенный (хочется верить, что независимо друг от друга) несколькими комментаторами.

гл. II...две бабы [...] брели по колени в пруде, влача за два деревянные кляча изорванный бредень...
 
1949_ДетгизКлячи – деревянные шесты, за которые тянут невод или бредень.
1952_СС5Клячи – шесты, за которые тянут бредень.
1957_ДетгизКляч – шест, за который тянут бредень (невод).
1959_СС6Кляч – палка, за которую тянут бредень (невод).
1982_ПросКляч – палка, за которую тянут бредень.
2006_ЭксмоКлячи – короткие палки, шестики, за которые волокут бредень.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Кляч – «палка, за которую влекут сеть, тянут невод» (из записной книжки Гоголя).

Позвольте нам к этому торжеству тривиальности добавить лишь один маленький штрих – свое собственное примечание, которое, правда, столь ослепительно и столь глубоко, что включает в себя весь ислам с кораном, шариатом, книгой тариката и всеми другими книгами, и всю буддийскую веру, и всю иудейскую веру, и все христианские заблуждения; нет, никогда не было и не будет впредь премудрости более достоверной, чем та, которую мы поведаем вам сейчас, о читатели! Но приготовьтесь, чтобы не поразила вас слишком эта премудрость, ибо от нее легко потерять рассудок, – настолько она поразительна, ослепительна и необъятна. Подготовьте же свой рассудок, читатели, и слушайте:

 Бредень – это невод, который тянут за клячи.
гл. XI«Вот я тебя палашом!» – кричал скакавший навстречу фельдъегерь...
 
1934_ГИХЛПалаш – тяжелая сабля.
1949_ДетгизПалаш – прямая и длинная тяжелая сабля, с широким лезвием.
1957_ДетгизПалаш – прямая и длинная сабля с широким лезвием, обоюдоострым к концу.
1982_ПросПалаш – прямая и широкая сабля.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Палаш – длинная сабля с прямым и широким клинком, обоюдоострым к концу.
2012_ПСС23Палаш – холодное оружие с длинным прямым клинком, к концу – обоюдоострым.

Теперь читателю (особенно – школьнику) все ясно: в царское время у «правительственных курьеров» было право рубить саблей всех встречных... Да?

Нет. Имелся в виду удар плашмя ножнами табельного холодного оружия (сабли, шашки, палаша и т.д.).

гл. X...всё четвертого или пятого класса, полковники, а кое-где и толстый макарон блестит на эполете – генералитет, словом, такой.
1934_ГИХЛМакарон – имеется в виду зигзагообразная толстая линия на генеральских погонах.
2006_ЭксмоРечь идет о наплечных шнурах, которые носили высшие армейские чины. Эполеты (франц.) – один из наплечных знаков различия военнослужащих. В России впервые введены в 1763 г. В отличие от погон, имели «чашку» (круг); у генералов (адмиралов) и штаб-офицеров – с бахромой. На «чашке» обозначался чин.

Оба примечания неправильны, причем – неправильны выдающимся образом: в них неправильно всё. Эполет – это не погон, а «зигзагообразная линия» (на галуне) не похожа на макарон; «наплечные шнуры» (аксельбант называется у грамотных людей) были признаком не чина, а рода войск (полагались офицерам генштаба, военным топографам, жандармам и фельдъегерям); эполеты введены в русской армии не в 1763 г., а в 1803; чин на чашке стал обозначаться только с 1827 г., т.е. через много лет после заявленного времени действия (1812 г.).

На самом деле, рассказчик апеллировал к тому факту, что у штаб-офицеров эполеты были снабжены канительной бахромой, а у генералитета – более толстыми кистями («макаронами»). Единственное число в тексте Гоголя не должно смущать, – это синекдоха. Кстати говоря, в рассматриваемой фразе есть ошибка (то ли Гоголя, то ли его персонажа): упомянутые чины V и IV класса относились уже к категории генералов, и эполеты у них тоже были генеральские.

гл. VIIIВо время обедни у одной из дам заметили внизу платья такое руло, которое растопырило его на полцеркви...
 
1934_ГИХЛРуло – металлический круг внизу женского платья (мода того времени).
1949_ДетгизРуло – металлический обруч на подоле женского платья.

У «примечателей» – анахронизм, металлический каркас стали использовать лишь со второй половины XIX века; до тех пор – использовались китовый ус, конский волос, мешочки с песком.

гл. XI ...в длинном сюртуке на мерлушках...
...два старых сертука, подбитых мерлушками...

Комментаторы – как сговорились: каждое издание считает своим долгом пояснить, что мерлушка – это «шкурка молодой овцы», «мех ягненка», «выделанная овечья шкура» и «ягнячья шкурка (Даль)». И на этом – всё. А на наш взгляд, девятикласснику следует объяснить, что в данное случае речь идет о пальто, у которого подкладка сшита из этих самых шкурок.

гл. XI...в вязаных хлопанцах, надетых на босую ногу...
 

Почему-то комментаторов хватает только на то, чтобы процитировать «Записную книжку» Гоголя:

Хлопанцы – туфли.

Правда, странно? На ногах – и вдруг туфли... А команда комментаторов из 2012_ПСС23 совершила филологический подвиг, – полезла в 1863_Даль и извлекла оттуда:

Хлопанцы, хлопунцы – туфли, босовики, обувь без задников, башмаки на высоких каблуках.

Да так в свои примечания и брякнула, видимо, не замечая, что у Даля описаны два различных вида обуви:

(1) босовики без задников, и
(2) башмаки на высоких каблуках...

Так что́ там отец Чичикова на босу ногу носил, мамины «лодочки» на шпильках?..

Дорогой девятиклассник, не слушай дядей-извращенцев, «хлопанцы» – это то, что мы сегодня называем «шлепанцы», домашняя обувь без задников; к кожаной подошве крепился вязаный верх.

гл. VIIIОдна очень любезная дама, – которая приехала вовсе не с тем, чтобы танцовать, по причине приключившегося, как сама выразилась, небольшого инкомодите в виде горошинки на правой ноге, вследствие чего должна была даже надеть плисовые сапоги, – не вытерпела, однако же, и сделала несколько кругов в плисовых сапогах...

Комментарии к этому фрагменту:

1949_СС6Плисовые – из плиса, бумажного бархата.
1949_ДетгизПлисовые – из плиса, бумажной ткани с ворсом, похожим на бархатный.
1957_ДетгизПлисовые – из плиса (хлопчатобумажной ткани с ворсом, похожей на бархат).
1968_СС4Плисовые – бархатные.
1982_ПросПлисовые – бархатные.
1988_СовРосПлисовые – из плиса – хлопчатобумажной ткани с ворсом, похожей на бархат.
1994_СС9Плисовые сапоги – сапоги из хлопчатобумажной ткани, похожей на бархат.
2006_ЭксмоПлис – хлопчатобумажная ткань с ворсом. Из плиса шили недорогую верхнюю одежду и сапоги.
2009_ПСС17Плис – хлопчатобумажная ткань с ворсом, похожая на бархат.
2012_ПСС23Плисовый – бархатный.

Вот же какие нравы были демократичные у этих губернских аристократов: хочешь – к бальному платью сапоги надевай, да хоть бы и кирзовые; а хочешь – тельняшку под фрак... Пожалуй, тут сто́ит объяснить, что бальные платья той эпохи были длиной до пола, обувь была не видна, – именно поэтому «любезная дама» решилась приехать обутой не по форме.

гл. VIII«Ведь известно, зачем берешь взятку и покривишь душой: для того, чтобы жене достать на шаль или на разные роброны...»

У некоторых комментаторов опять-таки случился анахронизм:

1949_СС6Роброны – старинные дамские платья на кринолине, с фижмами.
1988_СовРосРоброн – женское платье с широкой юбкой на каркасе в виде обруча.
1994_СС9Роброн – женское платье с широкой юбкой на каркасе.
2006_ЭксмоРоброн – старинное женское платье с очень широкой колоколообразной юбкой на кринолине.
2009_ПСС17Роброн – женское платье с широкой юбкой на каркасе в виде обруча.

Дело в том, что роброны (платья, круглые в горизонтальном сечении) появились на десятилетия раньше кринолина (каркас из обручей, завезен в Россию позднее написания “Мертвых душ”); они сохраняли форму за счет туго накрахмаленных нижних юбок. Наблюдаемый анахронизм «унаследован» из Малого энциклопедического словаря Брокгауза и Ефрона (1909):

Роброн, старинное дамское платье, круглое на кринолине с фижмами.
гл. VIIIПосреди котильона он сел на пол и стал хватать за полы танцующих...
 

Комментаторы все как один сообщают нам, что «котильон» – это танец (ну – да, раз в нем замечены танцующие); некоторые из них уточняют, что это – «старинный танец» (еще бы, дело-то происходит не позднее 1842, года издания романа); 1985_СС7 и 2012_ПСС23 добавляют, что в нем «участвует несколько пар» (ух ты! на балу-то!); а В.А.Воропаев в подготовленных им нескольких изданиях доводит до сведения читателей, что это «вид кадрили» (но это утверждение верно для конца XIX века, а не для его первой половины)...

Короче говоря: в описываемое Гоголем время «котильон» – это не особый танец, а что-то вроде общей игры, серия из нескольких танцев.

гл. VТут Собакевич подсел поближе и сказал ему тихо на ухо, как будто секрет: «Хотите угол?» – «То есть двадцать пять рублей? Ни, ни, ни, даже четверти угла не дам, копейки не прибавлю».

Дети, поднимите руку, кто понял, что «угол» – это двадцать пять рублей? Все? Молодцы!

Однако же в некоторых изданиях решились это место прокомментировать:

1934_ГИХЛУгол – двадцать пять рублей.
1949_ДетгизУгол – в данном случае: двадцать пять рублей.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17,
2012_ПСС23
Угол – «двадцатипятирублевая ассигнация» (из записной книжки Гоголя).
2006_ЭксмоУгол – от карточного термина. В игре, предлагая такую сумму, загибают угол карты.

Видимо, это для тех детей, которые только что руку не подняли, рук нету... А примечание в 2006_Эксмо – это вообще апофеоз необузданной фантазии!

Если уж давать «лингвострановедческое» пояснение, имело бы смысл сказать, что в тогдашней России, стране повальной неграмотности, банкноты разного достоинства старались делать непохожими по внешнему виду, чтобы их было легче различать, поэтому они имели разную окраску; по этой же причине у 25-рублевой ассигнации (образца 1786/1818) были срезанные уголки (т.е. фактически она была восьмиугольной). И кстати уж: у 50-рублевой ассигнации было «косо» (т.е. не под 45°) срезано два противоположных угла, за что ее и называли «косая».

гл. III...план и внутреннее расположение шкатулки [...] квадратные закоулки для песочницы и чернильницы с выдолбленною между ними лодочкою для перьев...
1949_ДетгизПесочница – банка с отверстиями в крышке; ее наполняли песком, которым присыпали написанное чернилами; также ящик с песком, плевательница.
1994_СС9Песочница – баночка с сухим песком, которым посыпали написанное чернилами.
2012_ПСС23Песочница – здесь: баночка с крышкой и маленькими отверстиями для очень мелкого и хорошо просеянного песка, которым засыпалось написанное.

Возникает два вопроса.

(1) Вопрос к тов. Ашукину (1949_Детгиз): зачем Чичиков плевал в собственную шкатулку? А если не плевал – зачем ему там «ящик с песком, плевательница»?
(2) Вопрос ко всем троим комментаторам: зачем нужно было присыпа́ть/посыпа́ть/засыпа́ть написанное? Да, конечно, это объясняется в других изданиях... А вы – та́к для себя (и для своих читателей заодно) и не выяснили?
гл. VI...помещик... хмурен, как сентябрь в последних числах, глядит в календарь да говорит про скучную для юности рожь и пшеницу.

Ну, что́ календарь... «Таблица или книжка с перечнем всех дней в году с различными справочными сведениями» («Словарь русского языка» С.И.Ожегова). Ну да, сельхозработы сообразуют с календарем, когда рожь и пшеницу сеять пора, например... Ведь понятно же всё... Ан нет!

1994_СС9Календарь – адрес-календарь с росписью чинов Российской империи.
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Календарь – имеется в виду Адрес-календарь, содержащий общую роспись чинов Российской империи; издавался почти ежегодно.

На самом деле – это всё один и тот же комментатор (между прочим, профессор МГУ) В.А.Воропаев. По-видимому, в 1988 году он представлял себе такую картину: заглядывает председатель колхоза в календарь: а кто у нас нынче Генеральный секретарь ЦК КПСС?.. М.С.Горбачев. «О! – думает, – сажать пора!» Поскольку комментатора никто не поправил, в 1994 году картинка изменилась: смотрит фермер в календарь – кто́ там ректор МГУ?.. Ага, один лишь раз сады цветут! А уж в 2009 – сам Бог велел (издательство-то – Московской Патриархии):

Кто там ректор МГУ?..
Нет, об этом – ни гу-гу...

гл. IV...накупал кучу всего, что прежде попадалось ему на глаза в лавках: [...] крупичатой муки...
 
2006_ЭксмоКрупичатая мука – лучшая пшеничная мука, белая, мелкого помола.
2012_ПСС23Крупичатая мука – «лучшая пшеничная, белая и самого тонкого размола...» (Даль).

В данном случае 1863_Даль – не самый надежный источник. Оказывается, существовало точное определение тонкости помола, основанное на размерах ячеек сита, через которое просеивалась мука. Как поясняется в 1890_ЭСБЕ, крупичатая мука –

сорт пшеничной муки, отличающийся значительной зернистостью. Обыкновенно мука отсортировывается через шелковые сита с № XI до № XVI, крупичатая же отсортировывается через более редкие сита с № VII до № X.

Два греющих душу упоминания:

гл. VIС лица весь красный: пеннику, чай, насмерть придерживается.
 
гл. XI...тяжело ему было очутиться вновь в тех рядах, где все отзывалось пенником и неприличьем в поступках.
 

О том, что такое «пенник», приятно потолковать, собравшись у самовара со сбитнем:

1982_БМЛДПенник – водка.
1934_ГИХЛПенник – крепкая водка.
1949_Детгиз,
1957_Детгиз
Пенник – крепкая хлебная водка.
1982_ПросПенник – неочищенная водка.
1988_СовРос,
1994_СС9
Пенник – крепкая неочищенная водка.
2009_ПСС17Пенник – крепкая очищенная водка.
1984_СС2Пенник – пшеничное вино.
1949_СС6,
1968_СС4,
2006_Эксмо,
2012_ПСС23
Пенник – крепкое хлебное вино.
1974_СЧПенник – крепкое, несколько очищенное хлебное вино.

И, наконец, Е.Недорезова в работе «Словарь устаревших слов (по поэме Н.В.Гоголя “Мертвые души”)» (2018) представляет читателю свое собственное (довольно поэтическое) понимание предмета:

 Пенник – крепкое пенное пиво.

Однако утверждение «Пенник – {крепкая} {хлебная} {очищенная/неочищенная} водка» неверно по существу, поскольку это – не совсем водка, не та технология изготовления. А утверждение «крепкое хлебное вино» мало чего стоит.

Между тем, существует точное (хотя и малоизвестное) определение из специализированных источников:

Пенник – так назывался результат перегонки зерновой браги, прозрачный спиртной напиток крепостью 44 градуса (стандартизован не позднее 1839 г., фактически – раньше).

гл. IО чем бы разговор ни был, он всегда умел поддержать его: [...] об выделке горячего вина, и в горячем вине знал он прок...

«Горячее вино» – это тогдашнее название водки в промышленном производстве; с учетом этого, поистине смехотворно выглядит следующее примечание:

1982_ПросГорячее вино – глинтвейн, горячий ароматический напиток из красного вина с пряностями.
гл. IV«Шампанское у нас было такое, – что́ пред ним губернаторское? просто квас. Вообрази, не клико, а какое-то клико матрадура; это значит двойное клико».

Бедные, бедные комментаторы: они верят Ноздреву на́ слово!

1934_ГИХЛДвойное клико – высший сорт [шампанского вина].
1949_СС6Двойное клико – высший сорт шампанского.
1968_СС4Двойное клико – высший сорт шампанского.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Двойное клико – высший сорт той же марки шампанского.

Неужели они действительно считали, что слово «матрадура» означает «двойное»? А хотя бы в любимый 1863_Даль заглянуть не пытались?

Матрадур муж. или матрадура жен. устаревшая пляска.

Только в 2012_ПСС23 указано, что никакого «двойного клико» нет в природе.

Ну конечно же, это обычные враки Ноздрева; хотя и здесь вполне понятно, с каким словом он спутал «матрадуру»: ведь полное название этой марки шампанского с 1805 г. – «Вдова Клико-Понсардэн» (Veuve Cliquot Ponsardin).

гл. IVПотом Ноздрев велел еще принесть какую-то особенную бутылку, которая, по словам его, была и бургоньон и шампаньон вместе.

Как это ни смешно, пара комментаторов снова попались на удочку Ноздрева:

1949_ДетгизБургоньон – сорт красного вина.
1982_ПросБургоньон, шампаньон – бургундское, шампанское – названия французских вин (по месту изготовления).

Если бы они дали себе труд заглянуть в словарь, они узнали бы, что «бургоньон» (bourguignon) – это говядина по-бургундски, а сло́ва «шампаньон» не существует вообще, скорее всего, Ноздреву примстился champignon (гриб).

И давайте уж на всякий случай добавим, что «вместе» бургундского и шампанского не бывает, это снова фирменный репертуар Ноздрева.

гл. IV...налил гостям по большому стакану [...] госотерна, потому что в губернских и уездных городах не бывает простого сотерна.

Представьте себе, нашлись комментаторы, которые не заметили иронии Гоголя! Вот что они написали в своих примечаниях:

1934_ГИХЛСотерн – сорт белого вина; госотерн – высший сорт.
1952_СС5Госотерн – вино, высший сорт сотерна.
1974_СЧГосотернстоловое вино высшего качества.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Госотерн – высший сорт сотерна, французского белого вина.

Конечно, крестьянским детям в стране победившего социализма неоткуда было узнать, что в этом французском слове приставка haut означает не «повышенное» качество, а расположение виноградника выше по склону; но, с другой стороны, зачем крестьянские дети повадились комментировать Гоголя?.. (А Смирнова-Чикина еще и обозвала сотерн «столовым» вином, хотя это – вино десертное).

И только в 2012_ПСС23 дают адекватный комментарий. Правда, ошибку там приписывают лично Ноздреву, не замечая, что Гоголь-то – вменил ее всей российской провинции!

гл. IVМадера, точно, даже горела во рту, ибо купцы, зная уже вкус помещиков, любивших добрую мадеру, заправляли ее беспощадно ромом, а иной раз вливали туда и царской водки, в надежде, что всё вынесут русские желудки.

«Примечатели» решили прокомментировать это место, при этом все как один садятся в лужу (наверно – царской водки):

1934_ГИХЛЦарская водка – смесь серной и азотной кислот, употребляется для протравления металлов.
1949_ДетгизЦарская водка – смесь азотной и соляной кислот, растворяющая золото.
1982_ПросЦарская водка – смесь азотной и соляной кислоты.
1988_СовРосЦарская водка – смесь азотной и соляной кислоты; сильнейший окислитель, способный растворять золото и платину.
1994_СС9Царская водка – смесь азотной и соляной кислоты, способна растворить золото и платину.
2009_ПСС17Царская водка – смесь азотной и соляной кислоты; сильнейший окислитель, способный растворять золото и платину.
2012_ПСС23Царская водка – смесь азотной и соляной кислот.

Нашему девятикласснику на уроке химии уже объяснили химический состав и свойства этой жидкости. А также то, что «царская водка» – сильнейший яд, попытка ее выпить приведет к мучительной смерти... И остается он в недоумении: купцы – умертвляли своих покупателей? И им за это ничего не было?! Вот они – ужасы царской России...

Так что комментаторам стоило бы не химией увлекаться (и уж тем более – не путать соляную и серную кислоты, как в 1934_ГИХЛ), а объяснить, что у Гоголя тут – шутка, гипербола (в ранней редакции была просто «крепкая» водка).

гл. IЧаще же всего заметно было потемневших двуглавых государственных орлов, которые теперь уже заменены лаконическою надписью: «Питейный дом».

В 1827 г. в России снова изменилась система торговли крепкими спиртными напитками: от казенной продажи, существовавшей в 1817-1827 гг., вернулись к откупной (см. 1890_ЭСБЕ, статья «Питейные сборы»). «Ага! – говорит себе комментатор. – Так во́т когда сменились вывески на кабаках!» И – «комментирует»:

1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
До 1827 г. в России существовала монополия на продажу вина и на кабацких вывесках помещались двуглавые орлы – малый государственный герб России. После перехода к свободной продаже спиртных напитков кабаки стали называться «питейными домами».
[...] С 1827 г. в России широкое распространение получил винный откуп.

Однако – нет. Винный откуп объявлен манифестом от 1.08.1765. Введен повсеместно в 1767, вместе с названием «Питейный дом» и гербом на вывесках (комментаторы 2006_Эксмо и 2012_ПСС23 даже озаботились это выяснить). Так что после 1827 – просто исчезли гербы с вывесок.

гл. XНу, как-то там приютился в Ревельском трактире, за рубль в сутки...
 

В некоторых изданиях даются забавные пояснения:

1982_ПросРевельский трактир – трактир, содержавшийся хозяином из Ревеля (ныне г. Таллин); такие трактиры с национальной кухней были обычно недорогими.
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Ревельский трактир – трактир, содержавшийся выходцем из города Ревеля (ныне Таллин).

В таком комментарии остается не проясненной буквально пара моментов:

(1) правда ли, что Киевский вокзал в Москве – это вокзал, основанный дядькой из Киева? и
(2) правда ли, что французские рестораны называются так потому, что там питаются французские реставраторы?..

Искусство высказывать очевидные высказывания – это, очевидно, искусство. Фразу Гоголя можно было бы прокомментировать еще более категорично, например:

 Ревельский трактир – трактир, в котором можно было приютиться (за рубль в сутки).

...Если же подойти к делу более ответственно, то содержательное примечание (на основе информации, приведенной в 2012_ПСС23, и сведений из Википедии) можно сформулировать так:

 «Ревельский трактир» – это гостиница в Новом переулке (с 1939 г. – пер. Антоненко) Санкт-Петербурга; в зиму 1832-1833 гг. на этой улице Гоголь снимал квартиру.

19. Капитан Очевидность снова в бою

гл. VII«На, перепиши! а не то снимут сапоги и просидишь ты у меня шесть суток не евши».
 
1934_ГИХЛОбычное в гоголевские времена наказание для провинившихся мелких чиновников: отбирали у них сапоги, чтобы чиновник не мог уйти из канцелярии, пока не перепишет нужных бумаг.
1988_СовРосРечь идет об обычном наказании провинившихся мелких чиновников-писцов: начальник приказывал отобрать у чиновника сапоги, чтобы он не мог никуда уйти из присутствия, пока не перепишет нужных бумаг.
1994_СС9Мера наказания провинившихся мелких чиновников-писцов за невыполненную работу.
2009_ПСС17Речь идет об обычном наказании провинившихся мелких чиновников-писцов: начальник приказывал отобрать у чиновника сапоги, чтобы он не мог никуда уйти из присутствия, пока не перепишет нужных бумаг.
2012_ПСС23Практиковавшееся наказание для мелкого чиновника-писца: у него отбирали сапоги, чтобы он не мог выйти из присутствия, и возвращали только тогда, когда была переписана нужная бумага.

Похоже, все эти комментаторы не поняли одного: «шесть суток не евши» – это не «обычное наказание», это гипербола! Прекратите запугивать детей ужасами российского монархического правления! Им еще предстоит при нем жить!

гл. VIIIК почтмейстеру, которого звали Иван Андреевич, всегда прибавляли: шпрехен зи дейч, Иван Андрейч?
 
1994_СС9[...] Это выражение всегда для шутки прибавлялось к имени почтмейстера Ивана Андреевича.

А-а, так это прибавлялось для шутки! А то – видно, понимаешь, что к имени прибавлено, причем как раз почтмейстера имени, а почему так – непонятно ничего, шерсть на носу! А вот как объяснили – так сразу понятно стало, и видно теперь, что всегда прибавлялось, и вчера прибавлялось, и позавчера прибавлялось, и завтра прибавляться будет... Так для шутки надо, шерсть на носу...

гл. XI...опекунский совет даст по двести рублей на душу...
 
1974_СЧЭтот размер ссуды был установлен указом 1824 г. и держался до 1839 г.
1982_Прос[...] Чичиков надеялся заложить купленные души под видом живых в Опекунский совет и получить за каждую по существовавшим в 1824-1839 гг. расценкам по 200 рублей ассигнациями.

Не хотелось бы разрушать ожидания этих комментаторов; однако горькая правда заключается в том, что по тому самому указу от 2.07.1824 «О новом постановлении займов из сохранных казен под залог деревень» для имений в губерниях второго класса (куда относились Таврическая и Херсонская, в одну из которых Чичиков собирался «переселить» свои мертвые души) размер ссуды составлял лишь 150 руб. (а не 200) за одну ревизскую душу. Не говоря уже о том, что в 1819-1824 гг. «расценки» составляли 150 руб. за душу в губерниях великороссийских и 100 руб. – в малороссийских и присоединенных от Польши.

А вот еще пара комментариев к этому же фрагменту:

1974_СЧОпекунский совет – учреждение, заботившееся о вдовах, сиротах и других обездоленных людях.
1994_СС9Опекунский совет – учреждение, ведающее воспитательными домами, сиротскими приютами и прочим.

Это что же получается, думает девятиклассник: Чичиков – вдова и сирота, и поэтому ему дадут «по двести рублей на душу»?..

гл. IX...казенные крестьяне сельца Вшивая-спесь, соединившись с таковыми же крестьянами сельца Боровки, Задирайлово-тож, снесли с лица земли будто бы земскую полицию, в лице заседателя, какого-то Дробяжкина...

В наличии – лишь на удивление невнятные комментарии:

1957_ДетгизЗемская полиция – уездная полиция.
1982_ПросГоголь рассказывает о событии с точки зрения крестьян, передавая их показания на следствии: Дробяжкин олицетворяет для них всю земскую полицию, которая придерживалась единых нравов и привычек.

А ведь тут было бы весьма уместно пояснить (разумеется, исключительно для девятиклассника и лично комментатора 1982_Прос), что «снесли с лица земли» – это окказиональный эвфемизм слова «убили», да впридачу еще и каламбур («земскую» – с «лица земли»), а «земская полиция в лице заседателя» – это иронический канцеляризм (отнюдь не присущий крестьянам, так что «точки зрения крестьян» здесь и духу нет) со значением «заседатель земского суда», а «земский суд» – это было название уездной полиции; а казенные крестьяне, защищавшие своих баб и девок, обладали таким чувством собственного достоинства именно потому, что были «казенные», т.е. лично свободные; с другой стороны, блудливый Дробяжкин вообще не полез бы в крепостную деревню, чтобы не связываться с тамошним помещиком.

гл. X...отец Сидор [...] не согласился бы, если бы он не припугнул его, обещаясь донести на него, что перевенчал лабазника Михайла на куме...

Еще один случай из той же великолепной серии:

1949_ДетгизЛабазник – купец, торговавший мукой и зерном.
1957_ДетгизЛабазник – купец, торговец мукой и зерном.
1982_ПросЛабазник – купец, владелец лабаза (помещения для торговли мукой, зерном).
1988_СовРос,
2009_ПСС17
Лабазник – торговец, хозяин лабаза, помещения для продажи и хранения муки, зерна, крупы.

Как много тут осталось непроясненным! Ведь можно же было объяснить по-человечески, мол, Михаил – это такое мужское имя, т.е. человека, имеющего первичные половые признаки мужчины...

Но все-таки куда уместнее было бы рассказать современному читателю, что «кума» по определению находится в «отношениях духовного родства» с родителями и крестным отцом «воспринятого в лоно церкви» (т.е. крестника), а указ Святейшего Синода РПЦ от 19.01.1810 подтверждал запрет браков между «восприемницей и восприемником» одного ребенка. (Даже в XXI веке для такого венчания требуется разрешение правящего архиерея). Именно поэтому совершивший такое венчание отец Сидор мог стать объектом шантажа (в данном случае – со стороны Ноздрева).

А кто такой лабазник – из любого словаря узнать можно.

гл. XВдруг перед ним свет, так сказать, некоторое поле жизни, сказочная Шехерезада. [...] мосты там висят эдаким чортом, можете представить себе, без всякого, то-есть, прикосновения, – словом, Семирамида, судырь, да и полно!
1949_СС6Шехерезада – героиня арабских сказок «Тысяча и одна ночь».
Семирамида – легендарная ассирийская царица.
1949_ДетгизШехерезада – сказочная героиня; легендарная рассказчица арабских сказок «Тысяча и одна ночь».
1988_СовРосШехерезада – знаменитая сказочная героиня, в уста которой вложены сказки «Тысячи и одной ночи», выдающегося памятника средневековой арабской литературы.
1994_СС9Шехерезада – героиня, рассказывающая сказки «Тысячи и одной ночи».
2009_ПСС17Шехерезада – героиня сказок «Тысяча и одна ночь» – памятника средневековой арабской литературы.

Перед нами – яркий случай вопиющего пренебрежения принятыми на себя обязанностями комментаторов.

Вы для кого писали свои примечания, граждане? Для академика? Так ему не надо, он лучше вас предметом владеет. Или для девятиклассника? И что́ девятиклассник с помощью ваших «примечаний» поймет? Давайте представим себе, ка́к он пересказывает прочитанное и – благодаря вам – понятое:

«Ну, значит, капитан один, весь такой однорукий-одноногий, чешет по Питеру, вдруг бац – нос к носу – шахидка такая, походу пушерит, ну, он у нее косяк на последние стоварил, потом зырит – мост какой-то у них опять ёкнулся, повис, щас грохнется, тут фигак – на нем типа царица, или это торкнуло уже... Походу, глючило этого Гоголя не по-детски».

гл. II– Фемистоклюс! – сказал Манилов [...] Чичиков поднял несколько бровь, услышав такое отчасти греческое имя, которому, неизвестно почему, Манилов дал окончание на юс [...] – Вот меньшой, Алкид...

В пяти изданиях сделана попытка указать, в честь кого Манилов назвал своих детей; собранные вместе, эти комментарии наводят на мысль о русской народной сказке, что-то вроде «было у отца пятеро сыновей-комментаторов, четверо умных, а пятый – дурак»:

1957_Детгиз,
1982_БМЛД,
1982_Прос,
2012_ПСС23
(1) Фемистокл (525-460 до н.э.) – древнегреческий (афинский) государственный деятель.
(2) Алкид – одно из имен Геракла в греческой мифологии.
2006_Эксмо (1) Фемистоклей Мирликийский (201-251), святой мученик (день памяти 21 декабря).
(2) Алкивиад – святой мученик (день памяти 29/16 августа).

Мы с вами, конечно же, оставим мучеников в покое, хотя бы из сострадания; однако нельзя не признать, что четыре «умных сына» тоже мало что объясняют. Тут, правда, еще пробегал мимо один литературовед (И.П.Золотусский. «Поэзия прозы», 1987) с таким утверждением:

Появление античных имен [...] в мирнейшей и сахарнейшей Маниловке производит комический эффект.

Так из чего, из чего крэм? Отчего комический эффект? Убежал, не объяснил...

Как же так? Старшему брату – всё: и имя в честь легендарного государственного деятеля (ведь папа «прочил его по дипломатической части»), и смешная ошибка в имени (вследствие папиной малограмотности); а у младшенького – имя немотивированное, ошибок никаких... Несправедли-иво!..

Однако все встанет на место, если заглянуть в черновики Гоголя: оказывается, второму сыну изначально полагалось имя Алкивиад! И, значит, всё у них все-таки по-честному, по-братски: младший тоже назван в честь афинского государственного деятеля (который, кстати, пришел в политику всего лет через 50 после Фемистокла, из эпохи Манилова разница практически неразличима), и тоже наличествует папина ошибка:

Фемистокл(Θεμιστοκλής,525-460 до н.э.)→ Фемистоклюс,
Алкивиад(Αλκιβιάδης,450-404 до н.э.)→ Алкид.
гл. VОн да еще вице-губернатор – это Гога и Магога.
 

Процитируем самую распространенную версию комментария в симпатичной формулировке 1968_СС4:

Легендарный свирепый царь Гог и его народ Магог. Стало почти нарицательным определением жестоких, хитрых людей.

Это примечание опирается на Библию:

...обрати лице твое к Гогу в земле Магог, князю... (Иез. 38:2)

Однако комментарий этот фактически неправилен: ведь Собакевич, очевидно, считает, что Гога и Магога – это два человека. Он что же, совсем необразован?

Тут за Собакевича вступается Е.И.Анненкова («Путеводитель по поэме Н.В.Гоголя “Мертвые души”», 2011):

О Гоге и Магоге как о царях нечестивых народов говорится в сказаниях об Александре Македонском, популярных в Древней Руси; эти сюжеты перешли в народные сказки и лубочные картинки. Собакевич, таким образом, проявляет некоторую культурную эрудированность...

Остается только поаплодировать Анненковой: докопалась до древнерусских рукописей, установила истину!.. Ой, нет: оказывается, она просто списала этот текст, не указав источник, по-видимому, из одного из изданий, подготовленных В.А.Воропаевым (1988_СовРос, 2009_ПСС17 и др.), в которых говорится буквально следующее:

О Гоге и Магоге, как о царях “нечестивых народов”, рассказывается в популярных в Древней Руси сказаниях об Александре Македонском, перешедших в народные сказки и лубочные картинки.

...О, черт, неужели мы сподобились написать донос, благодаря которому Воропаев подаст в суд на Анненкову, обвиняя в плагиате?!

А вот и нет: оказывается, Воропаев тоже списал этот текст, в свою очередь не указав источник, из книжки Н.С.Ашукина и М.Г.Ашукиной «Крылатые слова» (1955). Мы, кстати, так определенно указываем год, поскольку в следующем издании этой книги, в 1960 г., формулировка уже изменилась:

В древнерусских сказаниях об Александре Македонском и в народных сказках о Гоге и Магоге говорится как о двух царях “нечестивых народов” или как о самих народах.

Так-так-так... А Ашукины откуда списали? Неужто сами придумали? Прямо вот хочется взять – и проверить это утверждение!..

Ну что, сказано – сделано. Начнем со сказок, как более доступного источника? Пожалуйста: в фундаментальном труде А.Н.Афанасьева «Народные русские сказки» (а там представлены фактически все русские сказки, известные на 1871 год) имеется единственное упоминание интересующих нас имен (в «Сказании об Александре Македонском», №318):

Имя этих народов было: Гоги и Магоги.

Придется двинуться в глубь веков... Но в наше время и это возможно: все древнерусские сказания об Александре Македонском по указанию Ивана Грозного были включены в рукопись «Лицевой летописный свод. Учебник жизни для царских детей» (1576), которая недавно издана факсимильно. В Книге 6 «Александр Македонский» в рассказе «О Яфетовых внуках» читаем:

...выйдут Гог и Магог на землю Израильскую и осквернят ее, поскольку они – цари языческие [...] было нечистых тех царей 70 и 4. [...] их имена: Гога и Могога, и Анога, Ахеназа, и Дифа, и Фотиниа, и Олвинии, Еуны и Фарзы, Доклемы и Забратытевлея, и Зарматианы, Хароны, и Армазены, и Гармиады, и людоеды, нареченные Песьеглавы, и Фарвы, и Алны, Сфулоницы, и Арии, и Салтари.

Ну, наконец-то мы отыскали источник, в котором интересующие нас имена используются как антропонимы. Значит, Е.И.Анненкова все-таки была права в своей оценке этой фразы Собакевича!

Интересно, что сам Н.С.Ашукин в подготовленных им комплектах примечаний к “Мертвым душам” (1949_Детгиз и 1957_Детгиз) не посчитал нужным упоминать русские летописи, ограничившись «общепринятой» отсылкой к Библии.

Напоследок приведем три «нестандартных» примечания к этому фрагменту романа:

ИзданиеПримечаниеЗамечание
1934_ГИХЛ Гога и Магогаимена, взятые из библейской легенды. Здесь, в переносном смысле, они означают хитрых, опасных, злокозненных людей. Похоже, комментатор просто не знает, что в «библейской легенде» одно из двух этих слов – не имя, а название народа; ведь он – комсомолец, воинствующий атеист, Библии не читал. Правда, его читатели не могли уличить его в неграмотности, они же тоже были комсомольцы...
1982_БМЛД Гога и Магога – два диких народа, нашествие которых должно предшествовать «Страшному суду».

Православная традиция предпочитает считать именно так, ссылаясь на отрывок из Откровения Иоанна Богослова (20:7):

...народы, находящиеся на четырех углах земли, Гога и Магога...

Например, востребована цитата из Ефрема Сирина (Толкование на Св.Писание, IV век):

Гогом и Магогом называются народы, притеснявшие иудеев...

Остается непонятным, зачем это мнение нужно было распространять через «Библиотеку мировой литературы для детей», потеряв при этом связь с контекстом “Мертвых душ”.

1952_СС5 Гога и Магога – мифический, библейский князь и его народ, сплотившиеся против евреев. Здесь символ единения. Надо же! Все остальные издания, и более ранние, и более поздние, утверждают, что «Гог и Магог» – это «символ жестоких, кровожадных людей»; а здесь – «символ единения против евреев». Почему?
А это комментатор И.Н.Медведева включилась в борьбу с «безродными космополитами», которая в тот момент была в самом разгаре... Интересно, что это примечание в таком же виде перекочевало и в 1959_СС5.

20. Не знаешь сам – спиши у товарища

Конечно, примечания к классическому произведению – это не тот жанр, от которого нужно требовать сугубой оригинальности, у разных авторов пояснения к одному и тому же фрагменту могут совпасть. Однако совпадение ошибочных комментариев – выдает мастеров «некорректного заимствования».

В главе IV читатель встречается с интересным персонажем. Это щенок породы «мордаш». Причем слов на него потрачено больше, чем, например, на приживалку Собакевичей:

гл. IV «...знаю, что ты теперь не отстанешь, но за десять тысяч не отдам, наперед говорю. Эй, Порфирий! – закричал [...] Ноздрев, – принеси-ка щенка! Каков щенок! – продолжал он, обращаясь к Чичикову. – Краденый, ни за самого себя не отдавал хозяин. Я ему сулил каурую кобылу...» [...] Порфирий положил щенка на пол, который, растянувшись на все четыре лапы, нюхал землю.
«Вот щенок!» сказал Ноздрев, взявши его за спинку и приподнявши рукою. Щенок испустил довольно жалобный вой.
«Ты, однако ж, не сделал того, что я тебе говорил, – сказал Ноздрев, обратившись к Порфирию и рассматривая тщательно брюхо щенка, – и не подумал вычесать его? [...] Вот посмотри-ка, Чичиков, посмотри, какие уши, на-ка пощупай рукою». [...]
Чичиков в угодность ему пощупал уши, примолвивши: «Да, хорошая будет собака».
«А нос, чувствуешь, какой холодный? возьми-ка рукою».
Не желая обидеть его, Чичиков взял и за нос, сказавши: «Хорошее чутье».
«Настоящий мордаш, – продолжал Ноздрев. – Я, признаюсь, давно острил зубы на мордаша. На, Порфирий, отнеси его!»

Комментаторы:

1934_ГИХЛМордаш – порода малорослых собак.
1949_СС6Мордаш – порода малорослых головастых собак.
1949_ДетгизМордаш – малорослая собака с большой головой; при укусе виснет, как пиявка, не разжимая челюстей.
1957_ДетгизМордаш – порода малорослых, головастых собак.
1959_СС6Мордаш – порода малорослых головастых собак.
1974_СЧМордаш – порода малорослых, головастых собак.
1975_БВЛМордаш – порода собак, малорослых и большеголовых.
1982_ПросМордаш – порода собак с очень сильными челюстями, способных вцепляться, что называется, «мертвой хваткой».
1984_СС2Мордаш – порода собак, малорослых и большеголовых.
1988_СовРосМордаш – порода малорослых головастых охотничьих собак.
1994_СС9Мордаш – порода малорослых головастых собак.
2005_АСТМордаш – порода собак, малорослых и большеголовых.
2009_ПСС17Мордаш – порода малорослых головастых охотничьих собак.

(В скобках – объявим победителя на звание «старший капитан Очевидность»: им стал комментатор 1968_СС4 с текстом: «Мордаш – порода собак»).

Кто-то из комментаторов в незапамятные времена (в 1930-е годы) породу «мордаш» в словарях не нашел (чуть ниже станет понятно, почему), зато нашел в 1863_Даль:

Мордашка (муж.) – собака особой породы: малорослая, головастая и толсторылая, которая закусывает, что схватит, и виснет пиявкой.

И с тех пор по сей день из издания в издание, от комментатора к комментатору, не ссылаясь друг на друга, забывая указать и Даля, перепечатывается это примечание.

Вообще, подход, конечно, конструктивный: если знаешь, кто такой «машинист», но не знаешь «машинистку» – соображаешь: «Машинистка – работница железнодорожного транспорта, водящая поезда»; а если наоборот – догадываешься: «Машинист – мужчина, работающий на пишущей машинке»...

Но вот к главе X во многих изданиях есть пояснение такого рода:

1949_ДетгизМеделянский щенок – щенок из породы крупных итальянских догов.
1974_СЧМеделянский щенок – щенок одной из самых крупных собачьих пород, большеголовый, с гладкой шерстью.
1988_СовРос,
1994_СС9
Меделянские собаки – порода крупных охотничьих собак, происходивших из Северной Италии.
2009_ПСС17Меделянский щенок – из породы крупных охотничьих собак, выведенных в Северной Италии... Щенки этой породы стоили недешево, что, однако, не останавливало охотников-собачеев.
2012_ПСС23Меделян – большая пастушеская собака, происходящая из Италии... Ее называют также русской медвежьей собакой, русским мастифом. Меделяны имелись также в царской охотничьей своре.

(На этот раз в конкурсе капитанов Очевидность первое место разделили 1957_Детгиз и 1984_СС2; текст, правда, тот же: «Меделян – порода собак»).

А помните, к какому фрагменту? Вот к этому:

гл. XНоздрев был занят важным делом [...] по крайней мере, на две недели; во все продолжение этого времени Порфирий должен был чистить меделянскому щенку пуп особенной щеточкой и мыть его три раза на день в мыле.

И ни один комментатор не замечает, что речь идет о том самом щенке, который уже появлялся в четвертой главе!

Догадались уже? Да, «мордаш» – это другое название породы «меделян».

Рост около 90 см, большая голова и сильные челюсти были отличительными чертами мордаша. Обвисшие уши и складчатая морда. Этих собак использовали для охоты и травли медведей. Стоили чистокровные меделяны в 5-6 раз дороже породистых гончих и по цене были сопоставимы с благородными скакунами. Причиной вымирания этой породы собак стал запрет на травлю медведей, введенный в 1860-х годах. Во второй половине XIX века численность породы начала быстро сокращаться, и к началу XX века меделяны сохранялись только в Гатчине – месте императорской охоты.

(см. Л.В.Беловинский. «Меделянская собака», 1999).

После революций 1917 г. последний питомник закрылся.

И напоследок – для любителей заглядывать в черновики второго тома: Платона Михайловича Платонова сопровождает меделян:

Гремя медным ошейником, мордатый пес, собака-страшилище, именем Ярб, вошел вослед за ним.

Серьезный (хотя и заочный) диспут разгорелся между комментаторами по поводу значения слова «оттопанный»:

гл. IX...русский барин, собачей и иора-охотник, подъезжая к лесу, из которого вот-вот выскочит оттопанный доезжачими заяц...

Ученые-тупоконечники ссылаются на цитату из «Записной книжки» Гоголя:

Оттопать – вогнать опять в лес, чтобы выгнать на барина.

А ученые-остроконечники отдают предпочтение 1863_Даль (ст. «Оттаптывать»):

Оттопать зайца от опушки, отогнать, отпугать, воротить в поле.
ТупоконечникиОстроконечники
1957_Детгиз,
1959_СС6,
1967_СС7,
1968_СС4,
1975_БВЛ,
1982_БМЛД,
1984_СС2,
1988_СовРос,
2009_ПСС17,
2012_ПСС23,
2005_АСТ
1934_ГИХЛотогнанный в поле.
1949_СС6заяц, отпугнутый или отогнанный в поле.
1949_Детгизво время охоты отогнанный в поле.
1952_СС5заяц, отогнанный в поле.
1982_Просвыгнанный в поле, прямо на барина-охотника.

Так куда податься бедному косому? В поле? Или в лес? Или в поле?..

Пусть каждый читатель решит это для себя сам, это будет серьезным экзаменом на его гражданскую зрелость... Впрочем, вот любопытный вариант отсебятины комментатора:

1974_СЧОттопанный заяц – охотничье выражение: настигнутый погоней.
гл. IV«...Одних балаганов, я думаю, было пятьдесят. Фенарди четыре часа вертелся мельницею».
 

Кстати, а вы помните, кто такой этот Фенарди? Нет? А вот практически все комментаторы помнят. С детства. Ну как же, Фенарди! Еще такая реклама везде была, неоновая!.. Что-что, сто лет прошло до первого комментария?.. Ну, значит, не с детства. И неона еще не было? Значит, плакаты какие-нибудь, на афишной тумбе... Но что циркач – это точно. Всем известно, да. Фокусник. Фамилия такая, с фокусами. И акробат. Мельницу же вертел... Но мы же тут авторитетно комментируем. По первоисточникам. Библиотека там, то, сё... Поэтому примечание к этому клятому Фенарди выглядит так:

1934_ГИХЛФенарди – фамилия циркового акробата.
1974_СЧФенарди – известный фокусник и гимнаст, гастролировавший в России с огромным успехом.
1957_ДетгизФенарди – известный в 20-х годах XIX века акробат и фокусник.
1959_СС6Фенарди – известный в 20-х годах акробат и фокусник.
1968_СС4,
1984_СС8,
1985_СС7,
2001_СС8
Фенарди – известный акробат, гастролировавший в России.
1975_БВЛ,
1984_СС2
Фенарди – известный в двадцатые годы акробат и фокусник.
1977_МосРабФенарди – известный акробат и фокусник.
1982_БМЛДФенарди – известный в свое время акробат и фокусник.
1982_ПросФенарди – известный цирковой акробат.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Фенарди – известный в 20-х гг. XIX в. цирковой акробат и фокусник.
2012_ПСС23Фенарди – известный в двадцатые годы XIX в. акробат и фокусник, гастролировавший в России.
2005_АСТФенарди – известный в двадцатые годы XIX века акробат и фокусник.

Т.е. различия в комментариях заключаются в том, писать «20-е годы» цифрами, или прописью...

Но вот беда: не было никогда такого фокусника. Более того, человека такого не было! И сейчас мы можем с гордостью назвать имена комментаторов, которые честно промолчали о том, чего не смогли выяснить (вместо того, чтобы списывать у соседа-троечника):

1949_СС6– В.А.Жданов и Э.Е.Зайденшнур;
1949_Детгиз– Н.С.Ашукин;
1952_СС5– И.Н.Медведева.

Ну, хорошо. А что было на самом деле? А было – «Общество скакунов и берейторов под управлением знаменитого берейтора Швеции Антона Финарди». Это была полу-стационарная антреприза, группа наездников-вольтижировщиков давала представления в манеже частного дома в Петербурге (см.: Е.М.Кузнецов. «Цирк», 1971), выезжала на гастроли в Москву (1818), гастролировала в провинции в конце 1810-х – начале 1820-х годов.

гл. VIIЧичиков [...] воображал себя уже настоящим херсонским помещиком, говорил об разных улучшениях: о трехпольном хозяйстве...

Некоторые комментаторы (1957_Детгиз, 1982_БМЛД, 1982_Прос, 1988_СовРос, 2009_ПСС17, 2012_ПСС23) кинулись объяснять, что́ такое «трехпольное хозяйство», и чем-то это напоминает сцену из «Сказки о Тройке» Стругацких:

Фарфуркис прочитал:
– «У мене внутре... гм... неонка». Гм. Что это такое – неонка?
– Айн секунд! – воскликнул изобретатель, выхватил листок и вновь подбежал к машинке.
Дело пошло. Машина дала безграмотное объяснение, что такое неонка...

Вот и наши комментаторы, – все как один пересказали своими словами то ли друг друга, то ли не очень грамотную статью из 1935_Ушаков, приблизительно вот так:

1982_БМЛДТрехпольное хозяйство – система полеводства, при которой земля делилась на три поля; два из них засевались, а третье отдыхало «под паром».

На самом деле – совершенно не важно, на сколько «полей» вы делите свою землю; важно, чтобы каждое поле проходило трехгодичный цикл: яровые – озимые – пар. Говоря по-взрослому, трехполье – это система не землеустройства, а севооборота.

* * *

А давайте поговорим – внезапно! – о еде.

гл. IIIЧичиков оглянулся и увидел, что на столе стояли уже грибки, пирожки, скородумки, шанишки, пряглы, блины, лепешки со всякими припёками: припёкой с лучком, припёкой с маком, припёкой с творогом, припёкой со сняточками, и нивесть чего не было.
гл. VIII...напичкан мешками с хлебами, калачами, кокурками, скородумками и кренделями из заварного теста. Пирог-курник и пирог-рассольник выглядывали даже наверх.

Буквально каждое издание считает необходимым дать толкование названий, употребленных Гоголем в этих двух фрагментах. Хотя и так понятно: какие-то хлебобулочные изделия... Но, с другой стороны, если эти звезды зажигают – наверно, это кому-то нужно! Поэтому давайте разбираться.

(1) Легче всего пошло дело с теми изделиями, которые упомянуты в т.н. «Записной книжке (1842-1844)» Гоголя, – «шанишками» и «пряглами» (а также «маслянцами» для главы VII).

(2) Хуже оказалось с «припёкой»: В.А.Воропаев в свое время, видимо, не нашел ее у Гоголя (она фигурирует в другой записной книжке, «(1841-1844)», вместе с «пирогом-рассольником», а также «пряженцами» и «головизной» для главы VII), и в ряде изданий (1988_СовРос, 1994_СС9, 2001_Детлит) в качестве примечания дал определение из неизвестного нам источника, поражающее своей бессмысленностью в данном контексте:

Припека – пресная лепешка в виде кренделя.

Ну в самом деле, давайте вставим это определение в текст Гоголя:


...лепешки со всякими припёками... → ...лепешки со всякими пресными лепешками в виде кренделя...

Лепешки с лепешками?! Просто какое-то сало с салом... Правда, со временем он сумел разобраться в ситуации (ему для этого понадобился 21 год и соавтор И.А.Виноградов), и в 2009_ПСС17 уже объясняется, что «припека» – это посыпка, то, чем посыпают лепешки перед выпеканием; то есть записная книжка Гоголя снова проигнорирована, а воспроизведены сведения из 1863_Даль. Зато комментаторы 2012_ПСС23 уже всё указали как надо:

Лепешки с припекой – припека бывает с творогом, с маком, с луком» (из записной книжки Гоголя).

(3) Еще сложнее оказалось с «кокуркой», мнения комментаторов разделились кардинально:

1982_БМЛДКокурка – булочка с яйцом
1974_СЧ,
1949_СС6,
1957_Детгиз,
1959_СС6,
2005_АСТ
Кокурка – булочка с начинкой
1934_ГИХЛКокурка – ватрушка
1949_Детгиз,
2012_ПСС23
Кокурка – сдобная ватрушка
1985_СС7,
все издания
В.А.Воропаева
Кокурка – сдобная булочка с начинкой, ватрушка

Ну, и кто прав?.. Как ни странно – прав каждый, по крайней мере, частично. Дело в том, что все комментаторы полезли в 1863_Даль, и отыскали там – кто́ что́:

в статье КОКУРАкокурка – булочка с яйцом (или без)
в статье КОКАкокурка – свадебная пресная лепешка, сдобная, иногда с творогом, ватрушка

(4) И, наконец, самым сложным случаем оказалось слово «скородумка»:

ИзданиеПримечаниеЗамечание
1934_ГИХЛ Скородумки – сорт печенья. Очевидно, что комментаторы всех этих изданий, не зная определения, ориентировались на контекст; но они при этом хотя бы оставались в рамках здравого смысла.
1974_СЧ,
1949_Детгиз,
1957_Детгиз,
1959_СС6,
1985_СС7
Скородумки – род пирожков.
1949_СС6 Скородумки – пирожки. Интересно, ка́к филологи додумываются до подобных комментариев, учитывая, что комментируемый текст имеет вид: «...пирожки, скородумки...» Кавалеристы у них делятся на конников и всадников?
2006_Эксмо Скородумка – яичница. Вот каки́м образом авторы этих примечаний представляли себе мешки с уложенными в них яичницами-глазуньями?..
все издания
В.А.Воропаева;
2012_ПСС23
Скородумка – яичница-глазунья, испеченная вместе с хлебом и ветчиной.

Вообще говоря, в XIX – начале XX вв. «скородумками» назывались блюда, которые можно было достаточно быстро приготовить, как мы сейчас говорим, «на скорую руку»; например, 1863_Даль (в статьях «Скороговорный» и «Яйце») называет скородумкой яичницу-глазунью; а «Иллюстрированный словарь забытых и трудных слов из произведений русской литературы XVIII-XIX веков» (1998) утверждает, что скородумка – это «яйца, изжаренные в масле вместе с ветчиной и хлебом», но ссылается при этом – ха-ха! – исключительно на “Мертвые души”.

Мы, наверно, никогда уже не узнаем, что́ в точности имел в виду Гоголь; однако несомненно, что это – какое-то жареное (не печеное) мучное изделие из бездрожжевого теста и без начинки. Кстати, в современной домашней кулинарии известны блины-скородумки.

гл. VII...изделия кухни: пирог с головизною, куда вошли хрящ и щеки 9-пудового осетра, другой пирог с груздями, пряженцы, маслянцы, взваренцы.

Комментаторы друг за другом обращаются к «Записным книжкам» Гоголя, и извлекают оттуда объяснения слов «головизна», «пряженцы» и «маслянцы»...

Конечно, и тут не обошлось без эксцессов, в двух изданиях пролетарская сознательность понудила поправить представителя реакционного дворянства Н.Гоголя, нагло утверждавшего, что пряженцы – это якобы «маленькие пирожки с мясом и луком», да еще и «приготовленные на сковороде». Старые, отжившие формы были наполнены новым, коммунистическим (наверно) содержанием:

1934_ГИХЛПряженцы – сдобное печенье.
1949_ДетгизПряженцы – печенье в масле.

...Однако «взваренцев» в Записных книжках нет, и тогда комментаторы обходятся собственными силами: открывают – как всегда, строго друг за другом – 1935_Ушаков... такого слова там тоже нет... и вдруг – эврика! – находится слово «взвар»:

Взвар – род компота: сушеные фрукты и ягоды вареные и подслащенные изюмом и медом.

(На самом деле это слово есть и в 1863_Даль, просто находится оно в статье «узвар»; и комментатор 1934_ГИХЛ это знал).

И – давай комментировать:

1934_ГИХЛВзваренцы – вареные фрукты.
1949_ДетгизВзваренцы – вареные фрукты.
1952_СС5Взваренцы – вареные фрукты.
1994_СС9Взваренцы – вареные фрукты, подслащенные медом.
1949_СС6Взваренцы – вареные фрукты и ягоды, подслащенные изюмом или медом.
1957_ДетгизВзваренцы – вареные фрукты и ягоды, подслащенные медом.
2009_ПСС17Взваренцы – вареные фрукты и ягоды, подслащенные медом.
2012_ПСС23Взваренцы – вареные фрукты и ягоды на меду.
1982_БМЛДВзваренцы – компот, сушеные плоды и ягоды, вареные и подслащенные изюмом или медом.
1959_СС6Взваренцы – компот с медом.
1974_СЧВзваренцы – компот с медом.
1985_СС7Взваренцы – компот с медом.
2005_АСТВзваренцы – компот с медом.

Вот же какой у литературоведов «изысканный» вкус! На рыбный стол – компот из сухофруктов выставили...

На самом деле – Гоголь, похоже, «зашифровал» таким образом обыкновенные вареники, которые не хотел упоминать, чтобы не вводить в роман лишние, украинские аллюзии. Как заметил Ю.В.Манн («Где и когда?», 2004),

отдаление от украинского локуса заботило Гоголя еще при написании “Ревизора”...

Хотя, напомним попутно, как минимум однажды Гоголь все-таки «прокололся», – это когда свинья на заднем дворе Коробочки закусывала арбузными корками (см.: В.В.Данилов. Украинские реминисценции в “Мертвых душах” Гоголя, 1940).

гл. X...пулярку спросил с разными финтерлеями...
 
1974_СЧФинтерлеи – вещички, штучки.
1988_СовРос,
1994_СС9,
2009_ПСС17
Финтерлеи – причуды, затеи.
2012_ПСС23Финтерлеи – необычный, изысканный гарнир (от франц. fin – нежный, изящный).
М.Р.Фасмер.
Этимологический
словарь, 1973
Финтерле́и мн. «безделушки, финтифлюшки» (Гоголь), ср. финтифлю́шки.
Н.И.Епишкин. Словарь
галлицизмов, 2010
Финтерлеи – причуды (Гоголь).

Во́т какое слово интересное: кроме как у Гоголя, нигде его нет; некоторые словари его толкуют, но при этом все как один – на Гоголя кивают... А у Гоголя оно откуда?

Чтобы ответить на этот вопрос, давайте посмотрим, в каком контексте оно употреблено?

В «Повести о капитане Копейкине», т.е. – в прямой речи персонажа. А что за персонаж?

Почтмейстер, Иван Андреевич, по прозвищу «шпрехен зи дейч». Как честно предупреждает автор, почтмейстер обладал острохарактерной речевой манерой:

гл. VIII...он был остряк, цветист в словах и любил, как сам выражался, уснастить речь. А уснащивал он речь множеством разных частиц, как-то: «судырь ты мой, эдакой какой-нибудь, знаете, понимаете, можете себе представить, относительно, так сказать, некоторым образом», и прочими, которые сыпал он мешками [...] что всё придавало весьма едкое выражение многим его сатирическим намекам.

Заметили искаженное «судырь»? Это не опечатка, это почтмейстер намеренно некоторые слова коверкает.

И «финтерлеи» – это окказионализм; это словцо придумано, – даже не автором, а его персонажем, и является чем-то вроде контаминации «финтов» (т.е. «хитростей», от нем. Finte) и «эмпиреев», которые заглянули сюда из главы IV:

гл. IV«...вытащит из дальней комнатки [...] бутылочку, – ну просто, брат, находишься в эмпиреях».
 

21. Где не ступала нога комментатора (ну, почти)

Здесь мы рассмотрим некоторые фрагменты текста, которые, на наш взгляд, могут оказаться непонятными для современного читателя, но не удостоенные специального внимания в существующих комплектах примечаний.

гл. X...рассупе деликасет такой, что, просто себя, то есть, съел бы от аппетита.
 

Ю.В.Манн и Е.Е.Дмитриева сочли необходимым дать разъяснение:

2012_ПСС23Неологизм «рассупе» образован из русской приставки «рас», имеющей значение превосходства (ср.: распрекрасный), и корня «супе», отсылающего одновременно к русскому «суп» и французскому редуцированному «super», имеющему то же значение, что и «рас» (суперделикатес).

Хорошо, спасибо. А что насчет «деликасет»? Тем более, что, начиная с 1948 г. и по сей день (2019_АСТ), все прочие издания упорно печатают «деликатес»...

А ведь в сохранившихся рукописях – тоже «деликасет», редакторы 2012_ПСС23 правы! Непонятна мотивация остальных: они что́, подозревали Гоголя в неграмотности? Но в других местах романа (в речи Манилова и Ноздрева) Гоголь использует нормативную форму, – следовательно, он ее знает...

А дело в том, что это – еще одно намеренно искаженное словечко из репертуара почтмейстера. И «исправлять» его не следует.

Чтобы закрыть тему, приведем забавное примечание Е.С.Смирновой-Чикиной:

1974_СЧРассупе-деликатес – искаженное название ресторанных кушаний французской кухни.

Каких именно кушаний – комментатор, к сожалению, не указала...

гл. III«Хорошо бы было, – подумала между тем про себя Коробочка, – [...] загнуть пирог пресный с яйцом, у меня его славно загибают, да и времени берет немного».

Пресный пирог – значит не «несоленый», а – испеченный из «пресного», т.е. бездрожжевого, теста. Потому, кстати, и «времени берет немного».

гл. IV...трехугольный шкаф с чайниками и чашками в углу...
 

Треугольный в горизонтальном сечении, чтобы вписывался в угол.

гл. IX...уже не раз они его оберегали...
 

«Оберегали» – здесь: «предостерегали, чтоб поберегся»; предупреждали.

гл. IVЧичиков узнал Ноздрева, того самого, с которым он вместе обедал у прокурора...
 

На самом деле Чичиков познакомился с Ноздревым у полицеймейстера. Интересно, кто́ ошибся: Гоголь (как считают в 2012_ПСС23) – или, все-таки, это Чичиков перепутал, из-за массы новых знакомств?

гл. XI...никак не шло казенное здание выше фундамента. А между тем в других концах города очутилось у каждого из членов [комиссии] по красивому дому гражданской архитектуры...

Некоторые комментаторы (например, В.М.Гуминский. «Гоголь и Александр I», 2003) указывают, что термин «гражданский» здесь является антонимом прилагательного «церковный», а не «военный», как в наше время. Однако, на наш взгляд, из самого́ текста следует другое: выражение «гражданской архитектуры» здесь употреблено иронически, в качестве синонима «частное владение», т.е. «гражданский» – антоним прилагательного «казенный».

гл. XI...отец, больной человек, [...] беспрестанно вздыхавший, ходя по комнате, и плевавший в стоявшую в углу песочницу...

Отец Чичикова, похоже, болел тем же, чем и отец самого́ Гоголя, – туберкулезом.

гл. IIЧичиков заметил, [...] что в натуре находится много вещей, неизъяснимых даже для обширного ума.
 

Гоголь «подарил» Чичикову иронический пересказ цитаты из шекспировского «Гамлета» (действие I, явление V) в переводе Михаила Вронченко (1828):

Есть многое в природе, друг Горацио,
Что и не снилось нашим мудрецам.

гл. V«Садись-ка ты, дядя Митяй, на пристяжного, а на коренного пусть сядет дядя Миняй! [...] Теперь дело пойдет!» – кричали мужики. [...] Но, увидевши, что дело не шло [...], дядя Митяй и дядя Миняй сели оба на пристяжного, потом дядя Митяй и дядя Миняй сели оба на коренного, а на пристяжного посадили Андрюшку.

Очевидная аллюзия (и реализованная метафора) на басню И.А.Крылова «Квартет» (1811):


Вот пуще прежнего пошли у них разборы
И споры,
Кому и как сидеть.

гл. X...всякий сует какую-нибудь свою куму.
 

Аллюзия на басню И.А.Крылова «Совет Мышей» (1811):


А Мышь в ответ: «Молчи! все знаю я сама;
Да эта крыса мне кума».

(Справедливости ради: отмечено в 2012_ПСС23).


Еще одну скрытую цитату обнаружил И.А.Виноградов: в книге «Гоголь – художник и мыслитель» (2002) он обращает внимание читателей на стихотворение «Песнь Невская» (1837), принадлежащее перу римской приятельницы Гоголя княгини З.А.Волконской. По-видимому, Гоголь по-дружески «подмигнул» ей в своем романе («параллельные места» мы пометили одинаковыми надстрочными индексами):

«Песнь Невская»“Мертвые души”
Стоит Царской дворец на Неве-реке [...]
Изба ветхая на Неве видна. [...]
Зеркала на стенах исполину в рост; [...]
Станет скоро дворец что Волшебный дом,
Живописный весь и весь мраморный...

...дом на Дворцовой набережной. Избенка, понимаете, мужичья: стеклушки в окнах, можете себе представить, полуторасаженные зеркала, [...] драгоценные марморы на стенах...

гл. III...какое направление принял модный католицизм.
 
1982_ПросВатикан умело и настойчиво насаждал католицизм в среде русской аристократии; в петербургском высшем свете подвизались модные католические проповедники.
1974_СЧВ 1830-х гг. в Петербург приехал католический проповедник француз Равиньяк и выступал в светских салонах, где его слышала А.О.Смирнова-Россет, как она рассказала об этом в своих «Записках». Гоголь знал многих из дворян-католиков...

Однако фамилии «многих», как всегда, не указываются. В подтверждение «модности» католицизма приводят обычно список – недлинный и у всех один и тот же – русских дворян, принявших католичество, но на поверку и он оказывается в нашем случае нерелевантным, если обратить внимание на дату смены конфессии:


• декабрист М.С.Лунин– 1816, жил в это время не в России, а в Париже;
• княгиня З.А.Волконская– 1826, после чего переехала на постоянное жительство в Рим;
• князь И.С.Гагарин– 1842, слишком поздно, “Мертвые души” уже написаны;
• княгиня Л.И.Барятинская– 1851, тем более;
• граф А.X.Бенкендорф– это открылось только после его смерти, в 1844 г.

Говоря огрубленно,

в продолжении полувека обратилось полудюжина дам и один мальчик...

(из письма И.С.Гагарина Ю.Ф.Самарину 1866 г.; цит. по: Е.Н.Цимбаева. «Русский католицизм», 2013).

На самом деле – моден был не сам католицизм, а разговоры о нём. В патриотическом угаре после подавления польского восстания (достаточно вспомнить пушкинское «Клеветникам России», 1831) – охотников принять католичество в России не находилось.

гл. IXВ то время, когда обе дамы так удачно и остроумно решили такое запутанное обстоятельство, вошел в гостиную прокурор...

Для многих читателей остается непонятным, откуда взялся прокурор; а когда это непонимание настигает комментатора, случаются страшние вещи! Например, в книге Б.М.Левинова «Тайные смыслы поэмы Гоголя “Мертвые души”» (2011) производится следующее логическое построение:

Через рыцарскую символику в доме у Анны Григорьевны догадываемся о том, что она списана с жены Павла I, вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Тогда просто приятная дама Софья Ивановна [...] списана с императрицы Елизаветы Алексеевны, жены Александра I [...] Во время разговора в гостиную вошел прокурор [...] Заметим, ему не предлагают сесть, он стоит, выслушивая дам, что есть лучшее свидетельство того, в какой дом он попал и кто хозяйка дома, если она позволяет себе не предлагать такому гостю стула.

Между тем – все просто: Анна Григорьевна, «дама приятная во всех отношениях», – жена прокурора, так что прокурор – не гость, а хозяин дома.

И кстати: Гоголь, скорее всего, намекнул на факт семейственности в губернском правлении N-ской губернии: прокурор, похоже, является зятем (мужем сестры) председателя гражданской палаты (за деятельностью которого обязан надзирать в рамках своих служебных обязанностей). Для косвенной проверки – выпишем всех упомянутых по имени-отчеству обитателей города N. и окрестностей (таблица отсортирована по отчеству):


• ИванАндреевич(почтмейстер)
• ИванАнтонович(«кувшинное рыло», столоначальник)
• ИванГригорьевич(председатель гражданской палаты)
• АннаГригорьевна(жена прокурора)
• СтепанДмитриевич(городской житель)
• АнтипаторЗахарьевич(городской житель)
• АлексейИванович(полицеймейстер)
• СеменИванович(чиновник; масон)
• СофьяИвановна(«просто приятная дама»)
• ФеодулияИвановна(жена Собакевича)
• ИльяИльич(городской житель)
• МакдональдКарлович(городской житель)
• ИльяПарамонович(купец)
• СысойПафнутьевич(городской житель)
• НастасьяПетровна(Коробочка)
• ПетрПетрович(Самойлов, управитель)
• МихаилСеменович(Собакевич)
• АлександраСтепановна(дочь Плюшкина)
• ПрасковьяФедоровна(жена одного из чиновников)
• ФедосейФедосеевич(чиновник гражданской палаты)

Итак, в группе из 20 человек появление четырех Ивановичей и двоих Петровичей вполне может быть обусловлено частотностью соответствующих исходных имен; однако наличие двоих Григорьевичей не выглядит настолько же случайным, в особенности с оглядкой на то, что автор себя не ограничивал и давал персонажам самые разнообразные имена (включая такие почти невозможные, как Макдональд Карлович и Маклатура Александровна).

гл. IIПроходивший поп снял шляпу...
 

Мы привыкли видеть православных священников в скуфьях, а то и камилавках. Однако в XIX в. среди священников было принято носить в дороге шляпы с невысокой круглой тульей и широкими мягкими полями:


А поп широкой шляпою
В лицо себе помахивал...
(Н.А.Некрасов. «Кому на Руси жить хорошо», 1865)

гл. I...два русские мужика, стоявшие у дверей кабака против гостиницы, сделали кое-какие замечания...
 

По поводу этого фрагмента в свое время зачем-то «разразилась буря»:

Из письма А.О.Смирновой
к Гоголю от 3.11.1844
[Ф.И.Толстой и после него Ф.И.Тютчев] заметили, что москвич уже никак бы не сказал «два русских мужика».
С.А.Венгеров.
«Писатель-гражданин.
Гоголь» (1913)
Но что значит «два русские мужика»? Какие же другие могли быть мужики в русском губернском городе? Французские, немецкие? Как могло зародиться в творческом мозгу бытописателя такое ничего не определяющее определение?
А.Белый. «Мастерство
Гоголя» (1934)
Для чего «русские мужика»? Какие же, как не русские? Не в Австралии ж происходит действие! Ничто не сказано; кажется ж: что-то сказано.

И удивительнее всего, что эти смехотворные упреки безропотно воспроизводятся в 2012_ПСС23 без какого бы то ни было отпора. Ну что ж, если некоторые филологи видят тут какую-то загадку, то разгадка – вот она. Заглянем в несколько произведений одного известного автора:

Начнем с самого раннего утра, когда весь Петербург пахнет горячими только что выпеченными хлебами и наполнен старухами в изодранных платьях и салопах [...] содержатели магазинов и их комми еще спят в своих голландских рубашках [...] По улицам плетется нужный народ: иногда переходят ее русские мужики, спешащие на работу [...] но никто их не слушает и не смеется над ними, выключая только разве мальчишек в пестрядевых халатах... [...] В это время что бы вы на себя ни надели, хотя бы даже вместо шляпы картуз был у вас на голове, хотя бы воротнички слишком далеко высунулись из вашего галстуха, – никто этого не заметит.
«Невский
проспект»
...старые лакеи во фризовых шинелях смотрят потому только, чтобы где-нибудь позевать; а торговки, молодые русские бабы, спешат по инстинкту, чтобы послушать, о чем калякает народ...
«Портрет»
На улицах не было никого; одни только бабы, накрывшись полами, да русские купцы под зонтиками, да кучера попадались мне на глаза. Из благородных только наш брат чиновник плелся.
«Записки
сумасшед-
шего»
...два русские мужика, стоявшие у дверей кабака против гостиницы, сделали кое-какие замечания [...] Да еще, когда бричка подъехала к гостинице, встретился молодой человек в белых канифасовых панталонах, весьма узких и коротких, во фраке с покушеньями на моду, из-под которого видна была манишка, застегнутая тульскою булавкою с бронзовым пистолетом. [...] Когда экипаж въехал на двор, господин был встречен трактирным слугою [...] в длинном демикотонном сюртуке со спинкою чуть не на самом затылке...
«Мертвые
души»

Ну что, господа «расисты», догадались теперь, каким образом можно определить на вид, что этот мужик или эта баба – русские?.. Правильно: по одёжке (т.е. – точно так же, как «нашего брата чиновника» из «Записок сумасшедшего»). Во всех этих случаях, с оглядкой на охватывающий семантический ряд, становится очевидно, что Гоголь использовал эпитет «русский» в значении «одетый в традиционную русскую одежду» (чаще всего – крестьянскую).

гл. V...из глубины Руси, где нет ни немецких, ни чухонских, ни всяких иных племен...
 

Несколько изданий посчитали нужным объяснить, кто такие чухонцы; одно из объяснений показалось нам забавным:

1934_ГИХЛЧухонцы – великодержавно-шовинистическое наименование эстонцев, финнов.

Однако с Б.Х.Черняком ни один из других комментаторов и ни один из русских словарей не согласен и ничего обидного в этом слове не усматривает... за исключением - 1935_Ушаков, создававшегося в те же годы:

Чухонец, чухонца, муж. (дорев.). Пренебрежительное обозначение финна.

Зато - из какой-то стеснительности ни Бер Хаимович Черняк, ни комментаторы всех других изданий «Мертвых душ» ни словом не упоминают употребление Гоголем слов с корнем «жид». В результате Гоголь выглядит (по крайней мере, в глазах школьников) каким-то сугубым антисемитом.

Да, конечно, Гоголь был антисемитом; быть антисемитом для образованного русского человека той эпохи было так же естественно, как знать, что параллельные прямые не пересекаются, ведь в школе преподавали и Закон Божий, и геометрию Евклида. А уроки Закона Божьего до сих пор непосредственно приводят к антисемитизму, как это, например, показано в фильме К.Серебренникова «Ученик» (2016) по пьесе М.Майенбурга «Мученик» (2012)... Только этот факт из биографии Гоголя в данном случае никак не связан со словоупотреблением.

В гоголевские времена вызывало отторжение не слово «жид», а то, что оно обозначало: сам факт принадлежности к «неправильному» вероисповеданию; и переименование «жидов» в «евреев» в российском официозе, инициированное в 1787 г., отношения к ним не переменяло. Иначе говоря, слово «жид» называло неприятный объект, но само по себе было нейтральным, а не бранным. Оно не выражало специфически «высокомерно-пренебрежительного отношения», поскольку любое упоминание евреев было высокомерно-пренебрежительным, как их ни называй. При этом в русском языке ко времени написания «Мертвых душ» слово «жид» и производные от него уже имели два значения: (1) собственно этноним; (2) в переносном значении - «скупой, скряга, корыстный скупец» (1863_Даль).

Обращаясь непосредственно к тексту романа: Гоголь дважды упомянул «польских жидов», занимавшихся контрабандой (на российско-германской либо российско-австрийской границе, ведь Польша, вместе со своими «жидами», была российской), и четырежды использовал это слово в значении «скряга», без какой бы то ни было привязки к конфессии.

гл. V«Эх ты! [...] скрягу Плюшкина не знаешь, того, что плохо кормит людей?» – «А! заплатанной, заплатанной!» – вскрикнул мужик. Было им прибавлено и существительное к слову заплатанной, очень удачное, но не употребительное в светском разговоре, а потому мы его пропустим.

По сравнению с гоголевскими временами, в нынешнем русском языке планка приличий существенно снизилась, и современный читатель поэтому иногда не может угадать «неприличное слово». Между тем, для самых непонятливых Гоголь через несколько страниц намекнул, что́ именно имелось в виду, описав Плюшкина так:

гл. VI...отворотившись и показав ему спину, запачканную мукою, с большой прорехою пониже.
 

Короче говоря: прозвище Плюшкина среди крестьян на современном разговорном языке – «штопанный зад».

гл. VI...сам он обратился наконец в какую-то прореху на человечестве.
 

Это говорит автор о своем персонаже Плюшкине. Он задал тон, и за последние 180 лет в адрес Плюшкина прозвучало немало нелестных слов со страниц критических работ, учебников и школьных сочинений... Однако свойственная Гоголю художническая зоркость привела к тому, что он – возможно, незаметно для самого себя – описал подмеченные где-то симптомы начинающейся болезни.

Давайте рядом с текстом романа положим первый попавшийся медицинский учебник с описанием клинической картины болезни Паркинсона:

Учебник«Мертвые души»
* Тремор ... начинается в дистальном отделе одной руки. ...стал писать, [...] придерживая поминутно прыть руки, которая расскакивалась по всей бумаге...
* Тремор усиливается при волнении. «А сколько бы вы дали?» – спросил Плюшкин и сам ожидовел; руки его задрожали, как ртуть.
* В результате характерного уменьшения амплитуды движений почерк становится мелким (микрография). (1) ...стал писать, выставляя буквы, похожие на музыкальные ноты, [...] лепя скупо строка на строку...
(2) Наконец вытащил бумажку, всю исписанную кругом. Крестьянские имена усыпали ее тесно, как мошки.
* Преобладание ригидности в определенных группах мышц приводит к формированию характерной позы просителя. ...этот съежившийся старичишка...
* Лицо маскообразное (амимия). И на этом деревянном лице вдруг скользнул какой-то теплый луч...
* Вегетативные расстройства, следствием которых может быть истощение.
* Секреторные расстройства проявляются, в частности, повышенным слюноотделением.
Лицо его [...] было почти такое же, как у многих худощавых стариков, один подбородок только выступал очень далеко вперед, так что он должен был всякой раз закрывать его платком, чтобы не заплевать...
* Наблюдается депрессия; начальные признаки психоза (часто – параноидного). Плюшкин стал беспокойнее и, как все вдовцы, подозрительнее и скупее.
* Заострение черт личности. ...человеческие чувства, которые и без того не были в нем глубоки, мелели ежеминутно, и каждый день что-нибудь утрачивалось в этой изношенной развалине.
* Неявно выраженная деменция. ...с каждым годом уходили из вида, более и более, главные части хозяйства, и мелкий взгляд его обращался к бумажкам и перышкам, которые он собирал в своей комнате; неуступчивее становился он к покупщикам...

Итак, Плюшкин – просто болен. Все инвективы в его адрес – нерелевантны.


И снова о Плюшкине. Гоголю удается продемонстрировать его скупость даже такому читателю, который не знаком на собственном опыте с реалиями эпохи. Автор добивается этого с помощью следующего приема: сравнивает Плюшкина с другими персонажами в сходных обстоятельствах, и при этом оказывается, что Плюшкин считает чрезмерными затраты, которые другим кажутся приемлемыми, и всегда «заблуждается» в свою пользу:

Ноздрев:
«С этих пор с тобою никакого дела не хочу иметь. Порфирий, ступай, поди скажи конюху, чтобы не давал овса лошадям его, пусть их едят одно сено».
Плюшкин:
«Завели пренеприличный обычай ездить друг к другу, а в хозяйстве-то упущения... да и лошадей их корми сеном
Анонимный проситель:
«Прежде было знаешь, по крайней мере, что делать: принес правителю дел красную, да и дело в шляпе; а теперь по беленькой...»
Плюшкин:
«Приказные такие бессовестные! Прежде бывало полтиной меди отделаешься да мешком муки, а теперь пошли целую подводу круп, да и красную бумажку прибавь, такое сребролюбие!»
Плюшкин:
«Ведь ревизская душа стоит в пятистах рублях».

Интересно, что упомянутая последней плюшкинская «афера» однажды удалась: комментатор 1982_Прос поверил ему! К фрагменту «...всех покупок было почти на сто тысяч рублей» он сделал следующее примечание:

1982_ПросВ купчих крепостях подлинная цена, которую уплатил Чичиков, не обозначалась. Он накупил более двухсот душ, значившихся живыми; а ревизскую душу можно было продать в 30-е гг. XIX в. примерно за 400-500 рублей ассигнациями.

Как, спро́сите, комментатор вычислил количество купленных душ? А вот так:


100,000 ₽ (фиктивная сумма покупки) : 500 ₽ (цена 1 души, заявленная Плюшкиным) = 200 штук.

Зато сам Чичиков был иного мнения:

гл. VIIЧичиков проснулся, потянул руки и ноги и почувствовал, что выспался хорошо. Полежав минуты две на спине, он щелкнул рукою и вспомнил с просиявшим лицом, что у него теперь без малого четыреста душ.

Казенная такса по указу 1813 г. была 200 р., по закону 1833 г. – 300 р. за взрослого крепостного крестьянина с землей (отнюдь не «400-500 рублей ассигнациями»!). А средняя цена ревизской души без земли (с учетом более низких цен на малолетних, да при покупке оптом) была примерно 250 р. (ассигнациями), так что у Гоголя с арифметикой все в порядке:


400 шт. × 250 ₽ = 100,000 ₽.

Но можно проверить покупки Чичикова и по-другому, так сказать, «снять кассу».

В соответствующей литературе (и уж тем более – в Интернете) попадается ряд достаточно небрежных рассуждений на эту тему; давайте рассмотрим этот вопрос по возможности строго.

Автор рассказал нам, ско́лько душ Чичиков приобрел у Коробочки и у Плюшкина; размер приобретений у Манилова и у Собакевича нам придется каким-то образом оценить. Для этого давайте введем «коэффициент убылей» (КУ): отношение количества всех ревизских душ (т.е. крепостных мужского пола всех возрастов), умерших в данном имении со дня предыдущей переписи («ревизии»), к количеству всех душ, записанных за имением на момент ревизии.

На наш взгляд, этот коэффициент должен быть одинаковым для всех четырех имений, от владельцев которых Чичиковым получены мертвые души.

В самом деле, расположены они в одном районе; расстояние между крайними из них было всего 40 верст: имение Манилова – в 20 верстах от города («...шестнадцатая верста пролетела мимо [...] и четыре версты, кажется, сделали...»), а имение Коробочки – в 60 верстах («...до города [...] верст шестьдесят будет») примерно в том же направлении. (40 верст – это, например, меридианный диаметр Москвы в границах МКАД.) Следовательно, природные и стихийные явления (например, засухи и эпидемии) в них были одни и те же, а перепись населения производилась в одно и то же время.

Неблагоприятные социальные условия, которые могли бы ухудшить демографическую ситуацию, в них не наблюдались, вот по каким причинам:

Вычислим КУ для имения Плюшкина. Нам почти точно известно количество имевшихся у него мертвых душ. Обозначим его через N и составим систему неравенств:

гл. VI[Плюшкин] вытащил бумажку, всю исписанную кругом. Крестьянские имена усыпали ее тесно, как мошки. [...] всех было сто двадцать с лишком.

Итак,

120 < N < 130(1)
гл. VIТакое неожиданное приобретение было сущий подарок. В самом деле, что ни говори, не только одни мертвые души, но еще и беглые, и всего двести с лишком человек!

Беглых, напомним, было 78 человек. Значит,

N + 78 > 200(2)

Из (1) и (2) получаем:

123 ≤ N ≤ 129;

давайте считать приблизительно 125 душ.

Количество крепостных Плюшкина заявлено трижды:

гл. V«У меня не так, — говорил Собакевич, вытирая салфеткою руки, — у меня не так, как у какого-нибудь Плюшкина: 800 душ имеет, а живет и обедает хуже моего пастуха!»
гл. VIУ этого помещика была тысяча с лишком душ.
 
гл. VI«Мне, однако же, сказывали, – скромно заметил Чичиков, – что у вас более тысячи душ».
 

Ну, злоязычного Собакевича мы слушать не станем (тем более, что он, скорее всего, имел в виду фактическое количество, а не номинальное), а станем слушать автора; и тогда


КУ ≈ 125 : 1000 = 0.125.

Оценим теперь размер имения Манилова. В его деревне подъезжающий Чичиков «насчитал более двух сот» изб. По статистическим данным (1890_ЭСБЕ), в 1801-1840 гг. размер средней крестьянской семьи в европейских губерниях России превышал 7 человек. Следовательно, в среднем в избе проживало не менее 3.5 мужчин (мальчики тоже считаются!), т.е. у Манилова было не менее 700 ревизских душ; таким образом, он мог передать Чичикову порядка


700 × 0.125 ≈ 87 душ.

гл. II«Да как сказать числом? Ведь неизвестно, сколько умирало, их никто не считал».
 

А мы вот взяли и посчитали... ;-)

Что же касается имения Собакевича, оно было меньше маниловского (иначе Чичиков поехал бы к Собакевичу первому), но не намного (иначе Чичикову не было бы смысла специально туда ехать). Вот вам, для ровного счета, еще 80 мертвых душ.

Суммируем приобретения Чичикова:


 125(от Плюшкина, мертвых)
 
+
78(от Плюшкина, беглых)
 
+
87(от Манилова)
 
+
80(от Собакевича)
 
+
18(от Коробочки)
 388 

Как и было сказано, «у него теперь без малого четыреста душ».

Кстати: забавно, что некоторые комментаторы, готовя примечания к роману, в котором стержнем фабулы являются «ревизские души», не знают, что́ такое «ревизская душа»! Смотри́те:

1949_ДетгизГосударственный налог при крепостном праве взимался с помещика от общего числа принадлежавших ему взрослых мужчин-крепостных (женщины и дети в расчет не принимались). Для учета количества взрослых мужчин назначались время от времени ревизии. Крестьяне-мужчины так и назывались «ревизскими душами».
1957_ДетгизПерепись (ревизия) крепостных производилась с целью исчисления подушной подати, которая взималась правительством по числу мужчин-крепостных (женщины и дети в расчет не принимались). Мужчины-крепостные так и назывались «ревизскими душами».
1982_ПросРевизская сказка – список крепостных, составленный во время ревизии (учитывались только взрослые крестьяне мужского пола).

Другими словами, эти комментаторы лишили крепостных мальчиков права считаться «ревизскими душами»! (Гуманисты выискались, радетели за права детей...) Между тем, этой «привилегией» их наделил еще царь Петр I, указом от 31.10.1723. Да это упомянуто и в тексте самого́ романа:

гл. XI«Ну, так чего же вы оробели? – сказал секретарь: – один умер, другой родится, а все в дело годится».
 
* * *
гл. XI«...береги и копи копейку: эта вещь надежнее всего на свете».
 

В мертводушеведении бывают не только комментарии, присовокупленные к изданиям самого́ романа, но и отдельные статьи, диссертации, монографии... Нередко в них герменевтически трактуются важнейшие вопросы мифо-символики, художническо-экзистенциальной сущности, онтологическо-мифологической высокой игры, единой интертекстуальной целостности, мифологемы онтологической мощи (это цитаты из некоторых из них, и один Бог ведает, что все это значит)... Но начинают обычно с пустяков, и на них постепенно нагромождают свое прекрасное построение. Например, в монографии С.А.Шульца «Поэма Гоголя “Мертвые души”: внутренний мир и литературно-философские контексты» (2017) читаем:

Одно из значений слова «копейка», зафиксированное в словаре Даля – именно «душа»61.

А дальше уж – и «ассоциативный семантический комплекс» в ход идет, и всё, что ни есть на свете; и Хайдеггер кричит своему взводу: «Ребята, вперед!», – как какой-нибудь отчаянный поручик, которого взбалмошная храбрость уже приобрела такую известность, что дается нарочный приказ держать его за руки во время горячих дел...

Но вот что удивительно: ссылка (61) о значении слова в словаре Даля дана не на словарь Даля, как вы могли подумать, а на другую монографию, И.П.Золотусского, на главу «Тройка, копейка и колесо» (1986). А там – как ни странно, Даль не упоминается вовсе. Зато там есть свое собственное философское построение, базирующееся на следующей посылке:

Копейка в “Мертвых душах” приравнивается к душе, она и есть в переносном смысле душа...

Это еще почему?! На каком основании?!

...так как в некоторых говорах русского языка (тверском, например) «копейка» не только единица денежного измерения, но и «душа», «работник».

И вот это «основание», как и намекает Шульц, действительно восходит к Далю. Так давайте откроем 1863_Даль, зачем нам посредники в лице Золотусского... В статье «Копейка» читаем:

Копейка означала также меру земельную, тягловую, чему есть следы и поныне: копейка, *костр. тягловой участок; *вологод. полоса, загон, делимый на денежки и на полушки; *твер. копейка, душа, работник; грош, тягло, две души; алтын, три души.

Так вот оно что, оказывается: слова́, обозначавшие номинал мелких монет, использовались также в качестве абстрактных счетных единиц! А слово «душа» – в значении «взрослый крестьянин мужского пола»! (Ну, это мы и так уже знаем, из “Мертвых душ”.) Делать из этого какие-то философские выводы – все равно, что провозглашать метафизическую тождественность времени, как формы существования материи, и денег – на основании следующего диалога:

– С днюхой, братан! Сколько стукнуло-то?

– Полтинник!..

Ага, скажет исследователь, значит, один год равен одной копейке! И – пошла писать губерния, давай философию разводить...


22. В объятьях закона

  – Это 114 статья Уголовного кодекса, – сказал Остап, – дача взятки должностному лицу при исполнении служебных обязанностей.
И.Ильф, Е.Петров. «Двенадцать стульев»
гл. XI...в то же самое время начались строжайшие преследования всяких взяток...
 

Русский язык может похвастаться целым рядом терминов, связанных со взяточничеством, как эвенкийский – большим количеством слов для различных разновидностей снега. Для эвенка в этом нет ничего удивительного, ведь язык отражает окружающую действительность; впрочем, в русском языке имела место та же причина...

Подробные экскурсы в историю российского взяточничества стали, как это ни смешно (а может – печально), в современной РФ весьма популярны (поскольку – животрепещущи), в Интернете их достаточно. Поэтому мы просто прошвырнемся по теме «галопом по Конотопам» (в гоголевские времена это еще был российский город).

Чиновничье взяточничество исторически выросло из существовавшей в XII-XVI вв. порочной системы «кормления»: казенного чиновника содержала не казна, а население той местности, в которой он отправлял свои должностные обязанности.

Система эта, с точки зрения «власть предержащих», имела тот недостаток, что поборы с населения оказывались неучтенными центральной властью; в результате принятой в 1550 г. «Земской реформы» кормление было постепенно заменено на взимание специального дополнительного налога, средства из которого предназначались на содержание чиновников.

Однако казна «экономила»: жалование чиновникам выплачивалось слишком маленькое, что фактически вынуждало их брать взятки. А по указу 1726 г. жалование получали только министры, а все остальные чиновники должны были «кормиться» сами.

Население относилось к этому «с пониманием» (или, скорее, с симптомами «стокгольмского синдрома»), и разработало целую градацию взяток (известна с XVII в.):

Власть, со своей стороны, охотно делала разницу между «мздоимством» и «лихоимством», а к концу XIX века даже закрепила эти термины в «Уложении о наказаниях»:

«Свод законов уголовных» (1832 г.) – последний действующий перед написанием “Мертвых душ” – по части взяток беспокоится фактически только о «лихоимстве» (книга I, раздел V, глава VI), подчеркивая, что

надлежит брать в уважение только то, последовало ли в деле послабление закона или нет, и взятки ли служили побуждением к тому.

(Из статьи 312).

Но даже звучавшие позднее в адрес чиновников-взяточников высочайшие реприманды, громы и молнии не могли исправить ситуацию: основной массе чиновничества просто не на что было бы жить. В.М.Бокова рассказывает в архивном исследовании «Повседневная жизнь Москвы в XIX веке» (2010):

Жалованье у московских чиновников было смехотворным – в 10, 20, 25 рублей [в год], а то и меньше. Вплоть до 1880-х годов столоначальник Московского сиротского суда получал 3 рубля 27 копеек в месяц. Узнав об этом, московский городской голова Н.А.Алексеев буквально ахнул и увеличил чиновные оклады сразу в 40 раз.

Так что, возвращаясь к тексту Гоголя, следует понимать, что «строжайшие преследования всяких взяток» – это не более чем ирония.

* * *
гл. XIДа накупи я всех этих, которые вымерли, пока еще не подавали новых ревизских сказок, приобрети их, положим, тысячу, да, положим, опекунский совет даст по двести рублей на душу: вот уж двести тысяч капиталу! [...] Правда, без земли нельзя ни купить, ни заложить. Да ведь я куплю на вывод, на вывод; теперь земли в Таврической и Херсонской губерниях отдаются даром, только заселяй. Туда я их всех и переселю! [...] Если захотят освидетельствовать крестьян [...] представлю и свидетельство за собственноручным подписанием капитана-исправника.

Различные издания радостно убеждают читателей, что афера, в том виде, как она задумана Чичиковым, была осуществима. Однако не стоит относиться к подобным утверждениям слишком серьезно: комплекс условий, необходимых для ее успешного проведения, фактически никогда в российской истории не случался. Вот только некоторые нестыковки:

И кроме того: если бы даже Чичикову удалось получить ссуду (например, с помощью «отката», говоря современным жаргоном), ему пришлось бы немедленно переменить личность или уехать из России, иначе его достаточно быстро настигло бы наказание за мошенничество. Но он-то мечтал не об этом! Уйти во «внутреннюю эмиграцию» у него была возможность и так:

гл. XIТеперь можно бы заключить, что после таких бурь, испытаний, превратностей судьбы и жизненного горя он удалится с оставшимися кровными десятью тысячонками в какое-нибудь мирное захолустье уездного городишка и там заклекнет навеки в ситцевом халате у окна низенького домика, разбирая по воскресным дням драку мужиков, возникшую пред окнами, или для освежения пройдясь в курятник пощупать лично курицу, назначенную в суп, и проведет таким образом нешумный, но в своем роде тоже небесполезный век.

Но нет, ему хотелось столичного блеска и лоска:

гл. XI...ему мерещилась впереди жизнь во всех довольствах, со всякими достатками, экипажи, дом, отлично устроенный, вкусные обеды...

а этого, выходит, с помощью аферы «мертвых душ» было не достичь.

* * *

Но была еще одна причина, по которой Чичиков едва ли мог совершить сколько-нибудь заметное количество задуманных им сделок.

Разные комментаторы с удовольствием перечисляют несколько исторических анекдотов (правда, одних и те же), якобы имевших место в действительности и связанных с покупкой уже убылых ревизских душ. Однако, по внезапной застенчивости, никто из них не упоминает тот вариант развития событий, на который еще в 1842 г. указал О.И.Сенковский (aka Барон Брамбеус) в фельетоне «О “Мертвых душах”».

В сделке, которую Чичиков предлагает помещикам, оба – и покупатель, и продавец – нарушают закон, обманывая государство (которое, хотя и взимало налог с убылой ревизской души вплоть до следующей ревизии, предписывало помещикам вносить изменения в ревизские сказки незамедлительно); до тех пор, пока в могущем воспоследовать уголовном процессе они находятся на одной стороне, они составляют друг другу алиби, и уличить их трудно. Но в любой момент покупатель может заявить, что он добросовестно заблуждался, покупал живых крестьян, заплатил полную стоимость (ведь так и сказано в купчей!), и потребовать от продавца возмещения ущерба.

Поэтому в реальной жизни вряд ли Чичиков нашел бы помещиков, согласных так рисковать из-за ничтожных сумм, которые он готов был заплатить за умерших.


23. Был ли покойный нравственным человеком?

(Чичиков в свете моральных представлений начала XXI века)

«Образ Чичикова» – одна из самых популярных тем школьных сочинений. Пригодна она и в качестве темы курсовой, а то и дипломной работы; правда, в этом случае бывает приправлена нескончаемыми ссылками на «дантов Ад» и сдобрена самой разнузданной метафизикой...

Конечно, встречаются и толкования оригинальные:

Наполеон – предтеча Чичикова, у обоих одинаковые цели – разбой, но разные способы ее достижения. Там, где Наполеон терпит крах, полагаясь на военные средства, Чичиков, перехватывая его инициативу, прибегает к экономической афёре.

Это на полном серьезе утверждает Б.М.Левинов в книге «Тайные смыслы поэмы Гоголя “Мертвые души”» (2011). Еще и две точки над буквой «е» в слове «афера» заботливо везде поставлены...

Правда, в следующей главе этой монографии оказывается, что Наполеон – это Ноздрев:

за его спиной маячит фигура Наполеона [...] Фамилия начинается на «Н», напоминая о фамилии его прототипа.

Зато в следующей главе –

Но и Чичиков – еще одна литературная ипостась Наполеона...

В общем, там непросто разобраться, кто из них Наполеон: Чичиков, Ноздрев, или автор книги (он же – издатель), и кто из них в какой палате обретается...

Еще один штрих – фамилии у Мижуева и у Мюрата начинаются с одной и той же буквы.

(Извините, это не мы так о чудаках на букву «М» шутим, это точная цитата из той же книги).

* * *

Как известно из народной пословицы, человека «провожают» соответственно его интеллекту и душевным качествам; но «встречают» – по внешнему виду.

Внешность Чичикова современному читателю несимпатична, как и предсказывал два века назад его автор:

гл. XIОчень сомнительно, чтобы избранный нами герой понравился читателям [...]: полноты ни в каком случае не простят герою...

Любопытно, однако, что точки зрения Гоголя и его героя не совпадают! Пока автор баловал себя прекраснодушными, но несвоевременными представлениями о здоровом теле, Чичиков четко понимал, что полный человек в его эпоху выглядит более благонамеренным, вследствие чего имеет больше шансов на жизненный успех.

Давайте проследим эволюцию внешнего вида Чичикова:

гл. XIВышед из училища, он очутился уже юношей довольно заманчивой наружности, с подбородком, потребовавшим бритвы.
гл. XI...спал в канцелярских комнатах на столах, обедал подчас с сторожами и при всем том умел сохранить опрятность, порядочно одеться, сообщить лицу приятное выражение и даже что-то благородное в движениях.
гл. XIНикогда не позволял он себе в речи неблагопристойного слова [...] Читателю, я думаю, приятно будет узнать, что он всякие два дни переменял на себе белье, а летом во время жаров даже и всякой день...
гл. XI...уже завел он обычай вытираться губкой, намоченной в воде, смешанной с одеколоном; уже покупал он весьма недешево какое-то мыло для сообщения гладкости кожи...
гл. I[Собираясь в гости] ...приказал подать умыться и чрезвычайно долго тер мылом обе щеки, подперши их извнутри языком; потом, взявши с плеча трактирного слуги полотенцо, вытер им со всех сторон полное свое лицо...
гл. VII...которое любил искренно и в котором, как кажется, привлекательнее всего находил подбородок, ибо весьма часто хвалился им пред кем-нибудь из приятелей, особливо если это происходило во время бритья. «Вот, посмотри», говорил он обыкновенно, поглаживая его рукою: «какой у меня подбородок: совсем круглый!»
гл. IУвы! толстые умеют лучше на этом свете обделывать дела свои, нежели тоненькие. [...] такого рода размышления занимали Чичикова в то время, когда он рассматривал общество, и следствием этого было то, что он наконец присоединился к толстым...

Как мы видим, Чичиков старался нравиться окружающим, причем не только по эгоистическим соображениям, но и потому, что не хотел досадить окружавшим его людям неприличным словом или неприятным запахом! Не его вина, что за пролетевшее время у человечества изменились представления о прекрасном; тем не менее, сегодня мало кто будет симпатизировать человеку, извините за выражение, наедавшему себе ряшку...

Но если читатель судит героя сообразуясь с собственными эстетическими представлениями, тогда и этическую оценку ему извольте давать на основе представлений сегодняшних, а не эпохи тургеневских барышень.

* * *
гл. XI...добродетельный человек все-таки не взят в герои. [...] Нет, пора наконец припрячь и подлеца. Итак, припряжем подлеца!

Литературоведы, рискнувшие комментировать этот пассаж, с легкостью и удовольствием соглашаются с автором; например:

1974_СЧОтношение Гоголя к герою первого тома, подлецу-приобретателю, было очень ясное, и тип Чичикова вышел определенен, породил выражение «чичиковщина», получил многообразное и широкое применение.

Ну, ладно, допустим. Хотя... Гоголь обозвал своего героя «подлецом». Но – изобразил ли он его подлецом? Разве Чичиков оказался хоть в чем-то «безнравственней» окружающих его персонажей? Как сказано в романе В.А.Каверина «Два капитана»:

– Скажи, кого из героев Гоголя следует считать типом небокоптителя?
Я отвечал, что у Гоголя все герои – небокоптители, кроме типа Тараса Бульбы, который все-таки кое-что сделал согласно своим идеям. Но что Гоголя нельзя за это винить, потому что тогда была такая жизнь.

Но давайте разберемся: за что конкретно Гоголь обозвал Чичикова, какие проступки вменяются ему в вину?


  1. Чичиков в школе покупал перед уроками булки, которыми на уроках соблазнял тех, кто побогаче, и продавал с наценкой.

    Позвольте, разве здесь есть что-то от «подлеца»? Ведь одноклассники Чичикова имели ровно такую же возможность накупить себе заблаговременно булок; однако они этого, очевидно, не делали. Говоря современным языком, взимаемая Чичиковым наценка – это не спекулятивная накрутка, а плата за услугу по доставке! Пойдите расскажите развозчику пиццы, что он – «спекулянт»...


  2. Чичиков не принял участия в складчине в пользу спившегося учителя.

    Позвольте, а на что собирали деньги другие, «благородные» ученики? На швейцарскую клинику по лечению алкоголизма? Нет. Фактически – на продолжение пьянки! И при этом «благородство» из складчиков так и прёть: не преминули донести учителю, что Чичиков поучаствовал «безделицей»...

    Немудрено, что Чичиков не хотел участвовать в такой сомнительной компании и в таком сомнительном «благодеянии».


  3. гл. VIИбо к чести героя нашего нужно сказать, что сердце у него было сострадательно и он не мог никак удержаться, чтобы не подать бедному человеку медного гроша.

    О, какая убийственная ирония!.. Но стоп. Ведь ты, читатель, вообще всегда проходишь мимо побирушек, бормоча: «Пусть работать идут!» – или успокаивая себя: «Да они больше меня тут зарабатывают»... А подлец при этом – Чичиков, мало дал?.. Но вспомните нищее детство самого́ Чичикова, полученную им от отца «полтину меди», которую изволь растянуть на весь учебный год... Слишком хорошо Чичиков знал цену «медного гроша»; поэтому – да, если все-таки расставался с ним, значит, действительно был сострадательным человеком.

    И наконец: сам Гоголь, по воспоминаниям его одноклассника В.И.Любич-Романовича, в церкви

    вынимал ... монету и отдавал ее мужику, говоря: “На, поди, поставь свечку...”

    («Исторический вестник», 1902, № 2, с. 554; цит. по 2009_ПСС17).

    То есть – тот самый медный грош. Ну что, прошла охота иронизировать?


  4. «Выманивал» мертвые души у помещиков. «Выманивал» – это значит, не объяснял, как именно он собирается их использовать.

    Позвольте, а когда вы сдаете пустые бутылки и получаете «залоговую цену», вы ведь не интересуетесь, ка́к эти бутылки будут использованы приемщиком стеклотары и какая выгода от них для него проистечет?..


  5. Собирался выманить у правительства деньги за уже умерших крепостных.

    Вот что сказал по этому поводу В.В.Набоков («Николай Гоголь», 1944):

    Власть, допускающая торговлю «живыми душами», т.е. живыми людьми, вряд ли может считаться экспертом по этике в сделке, представляющей собой передачу «мертвых душ», т.е. абстрактных имен на клочках бумаги.

    (Пер. с англ. – З.Д.).


  6. Брал взятки с контрабандистов; участвовал в расхищении фондов, выделенных на строительство какого-то общественного здания.

    Позвольте, а какой общественный строй был в России в то время?.. Ага, абсолютная монархия. А это означает, что все собранные таможенные пошлины и строящиеся казенные здания принадлежали, в конечном счете, одной семье, – царской. Чичиков не уменьшал общественное достояние, он обкрадывал царя лично... Вот пусть царь и вызывает его на дуэль. А Чичиков сам о себе сказал так:

    гл. XI«Несчастным я не сделал никого: я не ограбил вдову, я не пустил никого по миру...»
     

    И Гоголь его не оспорил.


  7. Как ни странно, единственный грех, который можно в наше время поставить Чичикову в вину, в его время большим грехом не считался. Это – мзда, которую он получал с просителей.

    Конечно, нас сегодня особенно возмущают именно такие взятки: за то, что́ чиновник и так обязан сделать в рамках своей должностной инструкции. Но ведь это было не только более безопасно (поскольку труднее доказать сам факт преступления), но и меньше преследовалось, и неявно провоцировалось властями! (Мы описали этот феномен выше, в главе «В объятьях закона») Та́к что Чичикову оставалось следить за тем, чтобы «не ограбить вдову и не пустить никого по миру».

    Пожалуй, этим Чичиков еще выгодно выделяется на фоне других чиновников, представленных Гоголем в «Записках сумасшедшего» (1834) так:

    Вот в губернском правлении, гражданских и казенных палатах совсем другое дело: там, смотришь, иной прижался в самом уголку и пописывает. С виду такой тихенькой, говорит так деликатно: „одолжите ножичка починить перышко“, а там обчистит так, что только одну рубашку оставит на просителе.

  8. гл. XIСправедливее всего назвать его: хозяин, приобретатель. Приобретение – вина всего; из-за него произвелись дела, которым свет дает название «не очень чистых».

    Любопытен тот восторг, с которым советское литературоведение хваталось за этот тезис. А между тем – он всего лишь выражает раздражение и враждебность Гоголя, представителя класса феодалов, к наступающей эпохе капитализма. Оглядываясь из XXI века назад, мы отчетливо видим, что, если феодальный строй обернулся многовековым застоем в человеческой истории, то капитализм, при известных его недостатках, способствовал бурному прогрессу человечества, сделал более достойной жизнь миллиардов людей.

    Так что сегодня эта сторона характера Чичикова выглядит скорее достоинством, а то и – добродетелью.


24. Проблема экранизации

  Из всех искусств для нас важнейшим является сериал.
В.И.Ленин (ПСС, изд. 6-е, исправленное)

Эта тема мельком затронута в 2012_ПСС23. Нам она тоже кажется актуальной, в частности, потому, что в результате развала единого русскоязычного пространства, существовавшего в границах советской империи, в мире появилось заметное количество потенциальных потребителей русскоязычной культуры, которые не заимели навыков чтения текстов на русском, но все еще могут воспринимать русский текст на слух.

Подчеркнем: речь идет именно об экранизациях гоголевского романа, не о «театральных интерпретациях» и не о «фантазиях на тему». На сегодняшний день (2020) в этом качестве имеет смысл рассматривать всего четыре ленты:


  • 1960_МХАТ. Фильм-спектакль. (1:37)
  • 1969_ЛенТВ. Фильм-спектакль. (2:35)
  • 1979_МХАТ. Фильм-спектакль. (2:35)
  • 1984_МосТВ. Телесериал. (6:25)

(Строго говоря, в этот период была еще одна экранизация: "Le anime morte" (1963), постановка на итальянском телевидении, решенная в жанре комедии, 2 серии, режиссер Edmo Fenoglio. К сожалению, найти ее мы не смогли, поэтому и сказать о ней ничего не можем.)

При ближайшем рассмотрении оказывается, что каждый из «экранизаторов» в той или иной степени пытался использовать пьесу М.А.Булгакова «Мертвые души. Комедия по поэме Н.В.Гоголя в четырех актах» (1930), а также «Мертвые души. Киносценарий» (1934) того же автора. Поэтому прежде всего следует сказать несколько слов об этих произведениях.

Несмотря на то, что текст пьесы почти полностью составлен из фрагментов различных произведений Гоголя, это достаточно самостоятельное произведение с собственной сюжетной канвой и собственной сверхидеей. Комедия была написана в качестве инсценировки «Мертвых душ» для МХАТа (об истории создания – см.: В.В.Петелин. «Кабала святош», 1991).

Первые же репетиции выявили ее главный недостаток: образ Автора (в разных вариантах – Чтец, Первый), да еще и пребывающего в Риме, мешал развитию действия. Этот Автор/Чтец/Первый занимался, большей частью, произнесением тех фрагмантов гоголевских «Мертвых душ», которые принято называть «авторскими отступлениями». Но читатель романа волен, в конце концов, пропустить их, если он так уж увлечен перипетиями сюжета; тетральный зритель такой возможности лишен, и вынужден, вместо того, чтобы смотреть действие, – фактически слушать чтение.

Постановщик спектакля К.С.Станиславский, после многочисленных попыток «спасти» этот персонаж, в конце концов вынужден был избавиться от него полностью. После более чем двухлетних усилий получился успешный спектакль, который много лет держался на сцене; однако он заметно отличался от первоначального булгаковского замысла.

А вот для режиссеров второй половины XX века Булгаков уже являлся неоспоримым авторитетом, и к его наработкам они отнеслись абсолютно некритически, вставляя их в собственные инсценировки «Мертвых душ». Поэтому давайте для начала уясним разницу между одноименными произведениями Гоголя и Булгакова.

24.1. Жанр, метод, «сверхидея»

У Гоголя:У Булгакова:
У Гоголя – эпопея, намерение показать «всю Русь». У Булгакова – комедия, намного более камерная вещь.
Гоголь изо всех сил старался написать ре­а­ли­сти­чес­кий роман (сейчас неважно, насколько он в этом преуспел). Булгаков, втиснувшись в рамки драматического жанра (и, наверно, ощущая давление со стороны литературы модернизма, пусть и неосознанно), вовсю эксплуатировал условность театра.
Сверхидея произведения: в России слишком много «спящих» граждан, которые, «проснувшись», могли бы по­спо­соб­ство­вать развитию страны, добиться, чтобы она заняла достойное место в кругу «других народов и государств». Сверхидея – иносказание: в современной Булгакову России фактическая власть находится в руках тайной полиции...

...Так, стоп. Почему-то нам кажется, что большинство из тех, кто читал «Мертвые души» Гоголя, – не читал «Мертвых душ» Булгакова. Ну, не сложилось... Поэтому – позволим себе обратить внимание нашего читателя на пару фрагментов и развязку пьесы Булгакова.

ПьесаКомментарий
Карти-
на VIII
Ноздрев. [...] как он мне сказал: продай мертвых душ, – я так и лопнул со смеху!
(Жандармский полковник приподымается несколько и напряженно слушает).
[...]

Жандармский полковник у Гоголя упомянут мельком один раз (в I главе) среди других обитателей города N.

У Булгакова же – он все время присутствует в общих сценах, «напряженно слушает», осматривает деньги, которыми расплачивался Чичиков, и до поры подает советы «из угла».


В киносценарии жандармский полковник разделился на двух персонажей: (1) жандармского ротмистра и (2) «странную личность в темных очках» (он же – «шпион, недавно приехал»).

Карти-
на X
Жандармский полковник (из угла). Нужно сделать несколько расспросов тем, у которых были куплены души.
[...]
Жандармский полковник. Алексей Иванович, Чичикова арестовать, как подозрительного человека.
[...]

Однако «приказ» полковник не показывает; полицеймейстер беспрекословно и ничего не проверяя подчиняется полковнику, несмотря на то, что его непосредственный начальник – вовсе не полковник, а губернатор, с которым он к тому же состоит в приятельских отношениях вне службы.


Несомненна параллель с известной современникам Булгакова моделью взаимоотношений между «милицией» и ОГПУ.

Карти-
на XI
Чичиков. Алексей Иванович, за что?.. Как это?.. Без суда?.. Безо всего!.. В острог... Дворянина?..
Жандармский полковник. Не беспокойтесь, есть приказ губернатора.
[...]
Карти-
на XII
[Чичикова арестовывают; допрос ведет полковник:]

Жандармский полковник. Вы запятнали себя бесчестнейшим мошенничеством, каким когда-либо пятнал себя человек. [...] Воровство, бесчестнейшее дело, за которое кнут и Сибирь!
[...]
Остановимся на минуту.
  • В соответствии с одним из основопагающих правовых актов Российской империи «Жалованной грамотой дворянству» (1785), для того, чтобы подвергнуть Чичикова тому наказанию, которым грозит полковник («кнут и Сибирь»), его сначала нужно было лишить дворянства, что могло произойти только в том случае, если бы суд установил в действиях Чичикова факт «воровства».
  • Однако к этому моменту Чичиков ничем себя не «запятнал»! Он заключил купчую на «убылые души», но с его стороны это не являлось правонарушением!
  • Поскольку он знал, что эти крепостные уже умерли, он по закону был обязан до конца календарного года сообщить об этом в гражданскую палату; год еще не кончился, дело происходит в начале осени!
  • Даже если бы он вообще никогда этого не сделал (т.е. поступил так же, как тысячи помещиков в России), это было бы не уголовное, а административное правонарушение! За которое полагалось... устное порицание со стороны представителя губернского правления.
  • Таким образом, жандармский полковник просто запугивал Чичикова, приписывая тому намерение совершить «воровство»; однако никаких фактов подготовки преступления (а именно – попытки заложить несуществующее имущество, т.е. «мертвые души») за Чичиковым пока не числится... То есть жандарм творит произвол.

А что Чичиков? Разве он всего этого не понимает?.. Прекрасно понимает! Однако он понимает и другое: представитель тайной полиции вполне в состоянии сгноить его в тюрьме...


И это еще одна явная параллель с окружавшей Булгакова действительностью.

Полицеймейстер (тихо, Чичикову). Тридцать тысяч. Тут уж всем вместе – и нашим, и полковнику, и генерал-губернаторским.
[...]
Жандармский полковник (тихо, Чичикову). Убирайтесь отсюда как можно поскорее, и чем дальше – тем лучше.
[...]
(...входят Селифан и Петрушка...)
Петрушка. Покатим, Павел Иванович! (Накидывает на Чичикова шинель).
[...]
(Конец)

...поэтому предложение откупиться Чичиков принимает с восторгом.


Итак, главный герой пьесы Булгакова, не сумев осуществить свой довольно скромный план личного обогащения, еле избежавший тюрьмы, обобранный, бежит из города N. Другими словами, Чичиков – жертва, потерпевший!

Так каким же надо обладать бесстыдством, чтобы заявлять:

Булгаков постиг философский смысл гоголевской поэмы, и Чичиков [...] вырос до демонического персонажа, нависающего над Россией.

(Б.В.Соколов. «Булгаковская энциклопедия», 1996).

Безусловно, для гэпэушников и их преемников это очень удобный подход. Философско-литературоведческий. В стиле «не всё так однозначно». Все равно как сказать: «Зловещая тень академика Н.И.Вавилова (замученного в Саратовской тюрьме) нависла над Россией, омрачая жизнь мирных тружеников пенитенциарной системы советского Поволжья...»

Правда, скорее всего – автор «энциклопедии» просто не удосужился очистить свой текст от идеологических клише, которые попали туда еще в предшествующую, советскую, эпоху. Ведь следующее же предложение у него выглядит так:

В нем материализуются страхи чиновников и помещиков «николаевской Руси» перед народным бунтом.

Вот же галимый бред! Кто, какой «представитель народа» в «Мертвых душах» проявляет предрасположенность к бунту?! Наверно, Селифан, когда говорит:

гл. IIIПочему ж не посечь, коли за дело; на то воля господская.
 

24.2. Сюжетная последовательность

Перечислим значимые места действия в порядке их появления в повествовании:

РоманПьесаКиносценарий
кабинет губернатора вечеринка у губернатора Маниловка поместье Коробочки придорожный трактир поместье Ноздрева поместье Собакевича поместье Плюшкина гражданская палата пирушка у полицеймейстера бал у губернатора гостиная Анны Григорьевны дом полицеймейстера гостиница предыстория (присутствие) предыстория (трактир) кабинет губернатора вечеринка у губернатора Маниловка поместье Собакевича поместье Плюшкина поместье Ноздрева поместье Коробочки бал у губернатора гостиная Анны Григорьевны кабинет полицеймейстера гостиница тюрьма
предыстория (трактир) вечеринка у полицмейстера Маниловка поместье Коробочки поместье Собакевича поместье Плюшкина придорожный трактир поместье Ноздрева гражданская палата бал у губернатора гостиная Анны Григорьевны дом полицеймейстера гостиница тюрьма

Таким образом:

У Гоголя последовательность посещения Чичиковым помещиков имеет строгую логику:
  • Манилов – помещик с самым большим числом крепостных в ближних окрестностях города N.;
  • Далее Чичиков направился к следующему (по количеству крепостных) помещику, – Собакевичу, и к Коробочке попал по случайности, заблудившись, а к Ноздреву – потому что поверил, что это ему по дороге;
  • Узнав от Собакевича о многолюдном поместье Плюшкина, Чичиков заехал и туда.
У Булгакова в пьесе логика несколько хромает: после крупнопоместных (т.е. более 500 ревизских душ) землевладельцев Манилова, Собакевича и Плюшкина, у которых Чичиков приобрел в совокупности почти четыре сотни мертвых душ, он, вместо того, чтобы поскорее оформить купчие, специально поехал к Ноздреву, явно среднепоместному (у которого поэтому большой поживы не предвиделось).

В киносценарии Булгаков логику визитов уже исправил: Ноздрева Чичиков посетил снова «по дороге», случайно встретив его в трактире при возвращении в город.

24.3. Персонажи

У персонажей с одинаковыми именами – разные характеры:

ПерсонажУ ГоголяУ Булгакова
Чичиков Наблюдается, пусть робкая, способность влюбиться (в губернаторскую дочку). Тема «нежных чувств» в пьесе – выброшена, в киносценарии – сильно урезана.
Для Гоголя было принципиально, чтобы Чичиков был не-столичным деятелем, ведь Гоголь имел в виду показать «всю Русь». Поэтому, когда Гоголь обнаружил, что его помощники-переписчики воспринимают фразу о том, что Чичиков участвовал в «комиссии постройки храма божьего», как намек на Храм Христа Спасителя в Москве, он немедленно заменил ее на «комиссию для построения какого-то казенного весьма капитального строения».

Булгаков возвращает действие в Москву: его Чичиков – прямым текстом «был в комиссии построения Храма Спасителя в Москве»; видимо, Булгаков начитался В.И.Шенрока («Материалы для биографии Гоголя», 1892).

Но этого мало, его Чичиков также «служил и в надворном суде». Неизвестно, знал ли это сам Булгаков, но в 1802-1866 гг. в России функционировало всего два «надворных суда», по одному в Санкт-Петербурге и в Москве.

Собакевич В романе – хотя и злоязычен, но человек осторожный и предусмотрительный, он «облаивает» знакомых лишь за глаза, поскольку не хочет с ними ссориться, ведь они еще когда-нибудь могут пригодиться в делах.

В пьесе – это очередная разновидность резонера, он произносит свой «ругательный» монолог на губернаторской вечеринке, рискуя тем, что жертвы его инвектив случайно его услышат; но Булгакову-драматургу было важно, чтобы зритель мог увидеть персонажей в тот самый момент, когда о них говорит Собакевич.

В киносценарии этот монолог возвращен на соответствующее роману место.

Коробочка Важна для Гоголя в качестве представительницы мелкопоместного дворянства (т.е. менее 100 крепостных). В губернский «высший свет» явно не вхожа, по приезде в город останавливается в доме у знакомых «в темном переулке», «на Недотычках». Булгаков в попытке обеспечить то «нарастание сценического действия», которого требовал Станиславский, доходит до крайних пределов сценической условности: в пьесе – Коробочка, приехав в город, чтобы узнать текущие цены на мертвые души, прямо с дороги явилась в бальную залу губернаторского дворца; в реальности – ее не пропустили бы дальше прихожей.
Коробочка у Гоголя – старушка себе на уме. Коробочка в комедии настолько «карнавализирована», что разговаривает уже даже не как «дубинноголовая», а как умственно отсталая.
Манилова
гл. II...Манилова воспитана хорошо. А хорошее воспитание, как известно, получается в пансионах.

В киносценарии – кажется какой-то экзальтированной пустоголовой дурой:

ки­но«Ах, Павел Иванович!» – зажмурив от восторга глаза, вскрикивает Манилов и заключает Чичикова в объятия. Манилова, засмеявшись счастливым смехом, убегает.

...куда? и почему?

Ноздрев

Нестарый вдовец, «охотник погулять», рассказывающий, как «какая-то графиня [...] где-то на почтовой станции [...] влюбилась в него по уши», Ноздрев наверняка одевался не без светского лоска. Косвенным указанием на это может служить замечание, что он «оделся как попало», лишь когда вызов к полицеймейстеру оторвал его от важного для него дела.

В архалуке он появляется только в захудалом придорожном трактире по дороге с ярмарки, где «продулся в пух».

гл. IV«Не только убухал четырех рысаков – просто всё спустил. Ведь на мне нет ни цепочки, ни часов...»

– объясняет он.

В киносценарии – на губернаторской вечеринке

ки­новсе играющие в приличных фраках, только Ноздрев в каком-то архалуке.

Очевидно, это было нужно Булгакову в качестве визуальной характеристики персонажа, хотя в реальности Ноздрева в архалуке на светский прием не впустили бы, фактически это была только домашняя одежда, в обществе «неприличная». В параллель приведем цитату о другом персонаже, от другого автора (И.С.Typгeнeв. «Петр Петрович Каратаев», 1846):

Одет он был забубенным помещиком, посетителем конных ярмарок, в пестрый, довольно засаленный архалук.
Племянник
Плюшкина

Плюшкин рассказывает:

гл. VI«Вот возле меня живет капитан, чорт знает его откуда взялся, говорит, родственник: “Дядюшка, дядюшка!” и в руку целует, а как начнет соболезновать, вой такой подымет, что уши береги. С лица весь красный: пеннику, чай, насмерть придерживается. Верно, спустил денежки, служа в офицерах, или театральная актриса выманила, так вот он теперь и соболезнует!
[...] приедет: “Дядюшка, говорит, дайте чего-нибудь поесть!” А я ему такой же дядюшка, как он мне дедушка. У себя дома есть, верно, нечего, так вот он и шатается!»

В киносценарии капитан «визуализирован», однако сделано это средствами буффонады: пьяный капитан с «багровой усатой физиономией» бегает вокруг дома Плюшкина, стучит в окна и кричит: «Дядюшка! Дайте хоть что-нибудь поесть...» А Плюшкин запирается изнутри и кричит: «Никого нет дома!»

И почему-то эта сцена напоминает не столько «Мертвые души» Гоголя, сколько «Кошкин дом» (1922) С.Я.Маршака:

Вот пришли к богатой тетке
Два племянника-сиротки.
Постучались под окном,
Чтобы их впустили в дом.
Котята
Тетя, тетя кошка,
Выгляни в окошко!
Есть хотят котята.
Ты живешь богато.
Обогрей нас, кошка,
Покорми немножко!

И т.д.

Прокурор и
жандармский
полковник
гл. IГубернатор об нем [Чичикове] изъяснился, что он благонамеренный человек; прокурор, что он дельный человек; жандармский полковник говорил, что он ученый человек; председатель палаты, что он знающий и почтенный человек; [...]
гл. VIIIЖители города [...] жили между собою в ладу, обращались совершенно по-приятельски, и беседы их носили печать какого-то особенного простодушия и короткости: «Любезный друг, Илья Ильич! Послушай, брат Антипатор Захарьевич! Ты заврался, мамочка, Иван Григорьевич».

Поскольку в пьесе по определению значительно больше прямой речи, чем в романе, Булгакову нужно было дать имена тем персонажам, для которых Гоголь обходился указанием должности. Булгаков изящно вышел из положения, использовав «бесхозные» имена жителей города N: прокурор стал Антипатором Захарьевичем, а жандармский полковник – получил имя Илья Ильич.


В скобках заметим, что более остроумно было бы сделать наоборот, тогда полностью совпал бы порядок перечисления персонажей в двух гоголевских фрагментах:

глава Iглава VIII
(1)прокурорИлья Ильич
(2)жандармский полковникАнтипатор Захарьевич
(3)председатель палатыИван Григорьевич

Однако этот прием немедленно отменяет соответствие между гоголевским и булгаковским персонажами: «жандармский полковник», т.е. начальник губернского жандармского управления, вряд ли согласился бы, чтобы разные «шпаки» (гражданские чиновники) обращались к нему «любезный друг» или «брат».

24.4. Еще несколько отличий

У ГоголяУ Булгакова
гл. XIЧичиков в качестве поверенного, прежде расположивши всех (без предварительного расположения, как известно, не может быть даже взята простая справка [...]), объяснил, что вот какое, между прочим, обстоятельство...

То есть Чичиков роздал взятки просто на всякий случай (т.н. «почести»; см. главу «В объятьях закона»).

ки­но«...вот какое дело, – наклоняясь ближе, тихонько объ­яс­ня­ет Чичиков, – половина крестьян этого имения уже вымерла, так чтобы не было каких-либо...»
Не дослушав его, секретарь бросил на стол бумаги и, от­ки­нув­шись на спинку стула, захохотал, от­ри­ца­тель­но качая при этом головой.
Осмотревшись, Чичиков вынул из бокового кармана за­го­тов­лен­ную пачку денег и молча положил ее перед секретарем.

А здесь – Чичиков уже дает взятку для того, чтобы секретарь Опекунского совета нарушил закон (т.н. «посулы»).

В пьесе, кстати, взятка тоже была дана «вообще», а не конкретно за вымерших.

гл. XIУдержалось у него тысячонок десяток, запрятанных про черный день, [...] да небольшая бричка, в какой ездят холостяки, да два крепостных человека: кучер Селифан и лакей Петрушка; [...] вот и всё.
По булгаковской версии, и комедия, и кино кончаются тем, что Чичиков дает жандармскому офицеру взятку в размере тридцать тысяч рублей.
Таким образом, у Булгакова – другой масштаб цен.
гл. XI...известные рекомендательные письма за подписью князя Хованского, как выражаются у нас на Руси...

Гоголь имеет в виду управляющего российским Госбанком с 1816 г., князя А.Н.Хованского.

ки­ноВ город только что прибыл генерал-губернатор князь Хованский.

Булгаков говорит о брате гоголевского Хованского, белорусском и калужском генерал-губернаторе (в 1823-1836 гг.), князе Н.Н.Хованском.

гл. II...фортепьяно, для доставления приятных минут супругу...
гл. VIЭти бревна, как фортепьянные клавиши, подымались то вверх, то вниз...
пье­саГостиная в доме губернатора. За портьерой карточная комната. Издалека доносятся клавикорды.
ки­ноГостиная в доме полицмейстера. Гости. Говор. Бренчат клавикорды.

Речь не может идти о настоящем клавикорде: во-первых, для эпохи «Мертвых душ» это было бы анахронизмом, с начала XIX века он вышел из употребления; во-вторых, его основным неустранимым недостатком было тихое звучание, из соседней комнаты он уже был бы не слышен.

Разгадка употребления Булгаковым этого слова находится в 1890_ЭСБЕ (статья «Клавикорд»):

У нас в старину фортепиано неправильно называлось клавикордами.

24.5. Числительные

В отличие от Гоголя, у Булгакова наблюдается неприятная небрежность в отношении числительных. В комедии:

пье­саЧичиков. По две копеечки пристегну, извольте... Семьдесят восемь по тридцати... двадцать четыре рубля. Пишите расписку.

Это что за арифметика?! Во-первых, Чичиков согласился добавить по 2 коп., почему он тут же 78 душ умножает не на 32 коп., а на 30? Во-вторых, 78 × 0.30 = 23.40, а 78 × 0.32 = 24.96, откуда взялись «24 рубля»? Булгаков решил старика Плюшкина на рупь обдурить?..

Зато в киносценарии расчет выглядит так:

ки­но«Семьдесят восемь по тридцати за душу, это будет... – быстро подсчитал Чичиков, – это будет двадцать четыре рубля девяносто шесть копеек!»

Беда, беда с числительными...

Забавно также, что окончательная цена, которую Чичиков уплатил Собакевичу в киносценарии (2 рубля ровно за 1 душу), отличается от указанной в романе и пьесе (2.50 за душу).

24.6. «Киноляпы»

У Булгакова можно заметить несколько неточностей, отсутствие которых никак не помешало бы реализации творческого замысла... Перечислим их.

БулгаковКомментарий
пьеса Анна Григорьевна. Ноздрев! Ноздрев! Он родного отца хотел продать или, лучше, – проиграть в карты.

В 1940-х годах исследователи обнаружили, что вины Гоголя в этой несуразной фразе нет, это ошибка переписчика, и с тех пор академические издания сочинений Гоголя (1951_ПСС14, 1959_СС5, 2012_ПСС23...) печатают правильный фразеологизм:

гл. IX«...он родного отца готов продать...»
 

Возможно, Булгакова тоже коробила неправильная фраза, по крайней мере, в киносценарий он ее не включил.

кино­сцена­рий Дама, назовем ее в отличие от других «просто приятной» ... появилась в передней своей приятельницы. [...] В голубой же гостиной уже появилась третья дама – Софья Ивановна. Булгаков не мог не знать, что в оригинальном романе «дама просто приятная» и Софья Ивановна – это одно и то же лицо, но – видимо, для демонстрации того, как быстро сплетня стала массовой, – он дам «размножил делением».
кино­сцена­рий ...в экипаже [...] сидела рядом с дворовой девкой знакомая нам помещица [...] Коробочка. В романе – не «рядом», дворовая девка сидела на козлах в качестве кучера, у Гоголя это существенная подробность.
кино­сцена­рий «Пакет от его высокопревосходительства вашему благородию!» – взяв под козырек, отрапортовал жандарм. Вряд ли это был жандарм, это должен был быть квартальный (как тот, что в романе бегал с запиской к Ноздреву). И уж по-любому ни жандарм, ни полицейский не могли бы дважды(!) ошибиться в уставных обращениях:
(1) губернатор был чиновником IV класса, следовательно, именовался не «высокопревосходительство», а «превосходительство»;
(2) Чичиков был чиновником VI класса, именовался не «благородие», а «высокоблагородие».
кино­сцена­рий Доносятся звуки трактирной машины, играющей что-то веселое. Фраза весьма подозрительна на анахронизм: вроде бы музыкальные автоматы еще не были известны в эпоху «Мертвых душ».

Конечно, не следует забывать, что, как в случае инсценировки, так и в случае киносценария, Булгаков писал не законченное произведение, а своего рода «полуфабрикат», который должен был еще шлифоваться в процессе постановки/съемки.

* * *

В момент выхода спектакля на Булгакова обрушился с критикой писатель-символист А.Белый:

Возмущение, презрение, печаль вызвала во мне постановка [...] так не понять Гоголя! [...] Давать натуралистически усадьбы николаевской эпохи, одну гостиную, другую, третью и не увидеть гоголевских просторов [...] гоголевской тройки, мчащей Чичикова-Наполеона к новым завоеваниям... Позор!

(Выступление во Всероссийском обществе композиторов и драматургов 15.01.1933)

Мыслима ли, может ли быть постановка гоголевских “Мертвых душ” без чичиковской дорожной тройки, без ее жути, без чувства безысходной тоски, с которым Гоголь смотрел на бескрайние просторы современной ему России? Куда вообще девались все лирические отступления Гоголя? [...] Почему нет капитана Копейкина – этой потрясающей по своей насыщенности социальной фигуры?..

(Газета «Советское искусство» от 20.01.1933)

Ка́к именно сам Белый «понимал» Гоголя, мы уже видели: пытаясь пристегнуть Гоголя к упряжке символизма, решал за его счет какие-то свои задачи, компенсировал собственные литераторские комплексы... Недаром Булгаков в своем дневнике сделал о нем запись в качестве «некролога»:

Всю жизнь, прости господи, писал дикую ломаную чепуху. [...] В последнее время решил повернуться лицом к коммунизму, но повернулся крайне неудачно [...]

А на «полемические-риторические» вопросы Белого можно ответить следующее:

* * *

Поговорим теперь о фильмах.

К сожалению, ни один из них не стал шедевром, которому за это можно было бы простить его недостатки. А раз так – именно недостатки каждого из этих фильмов мы и обсудим.

1960_МХАТ

Фильм-спектакль, черно-белый. Продолжительность: 1:37. Киностудия «Мосфильм». Сценарист и режиссер – Л.З.Трауберг.

Фильм предваряется титрами, гордо извещающими:

В главных ролях артисты Московского Художественного Академического театра им. Горького, участники спектакля, поставленного К.С.Станиславским и В.Г.Сахновским (по пьесе М.Булгакова).

Однако – не впадите в заблуждение, это не тот спектакль, который ставил Станиславский! Тут всего-навсего задействованы те же актеры, которые когда-то играли в том спектакле. Давайте посмотрим, к чему это привело:

ПерсонажВозрастАртист(ка)Возраст
в 1960
Ввод в
спектакль
Коробочка50-70А.Зуева641932
Губернатор50+В.Станицын631932
Собакевич40+А.Грибов581934
Ноздрев35Б.Ливанов561934
Плюшкин60+Б.Петкер581934
Чичиков35-40В.Белокуров561941
Манилов35-40Ю.Леонидов431943

Как видим, актеры, исполнявшие в фильме роли Чичикова, Ноздрева и Собакевича, оказались старше своих персонажей на 20 лет.

Вообще-то Трауберг брался экранизировать не Булгакова, а Гоголя... Тем не менее, явно из пьесы Булгакова взят Собакевич, вслух обзывающий «собаками», «разбойниками», «мошенниками», «христопродавцами» и «свиньями» присутствующих на вечернике гостей. Зачем это было нужно в театре, мы объясняли выше; но фильм-то не ограничен единством действия. Тем более, что Чичиков и Собакевич все равно встречались еще раз, и этот монолог Собакевича вполне мог быть поставлен на свое законное место... как это и сделал Булгаков в киносценарии!

Еще одна невозможная вне театра вещь – Ноздрев врывается в архалуке не в трактир, как это было описано Гоголем, а на вечеринку к губернатору. Да еще и распахивает архалук при дамах, демонстрируя нижнее белье. Его бы просто не пропустили слуги и дежурившие перед домом жандармы!.. Интересно, что в пьесе у Булгакова нет этой «театральщины»; правда, она появилась в киносценарии, но, скорее всего, была бы убрана И.А.Пырьевым (который должен был ставить кинофильм). Ведь то, что незаметно, или простительно, или требует зрительской смиренности в стенах театра, – неприемлемо в кинозале.

Из киносценария же «явилась» и жена Манилова, отметившись каким-то натужным истерическим смехом...


Однако есть в фильме ошибки, обусловленные даже не жанром первоисточника (спектакля), а элементарной небрежностью:

(*) Пресловутый архалук Ноздрева сшит явно в соответствии с иллюстрациями А.Агина (1846), где он изображен неправильно, в покрое допущен анахронизм (см. 1995_Кирсанова).
(*) А в сцене «на пленэре» Ноздрев появляется том же в архалуке и в «дворянской» фуражке. Дворянская форма введена в России с 1.05.1832. Но фуражку можно было надевать только с форменным мундиром. А кроме того, Гоголь ведь прямо указал, каким головным убором пользовался Ноздрев:

гл. IV...сбросив с головы на стол картуз...
 
гл. X...говорил он, снимая картуз.
 
(*) Собакевич почему-то ходит до́ма и в гостях в длинном суконном сюртуке с хлястиком, хотя у Гоголя он – во фраке:
гл. V...фрак на нем был совершенно медвежьего цвета, рукава длинны, панталоны длинны...
 
(*) Чичиков выдает Плюшкину 24 рубля бумажных (что невозможно, см. главу «Задачки по деньгоматике») и 96 копеек монетками (что теоретически возможно, но невероятно практически: Чичикову для этого пришлось бы носить в карманах почти килограмм меди, если дело происходит до 1830 г., и почти полкило – если после).
(*) Некоторые гости на светском ужине не умеют вести себя за столом: едят без ножа, одной вилкой, какая-то дама (артистка Е.Елина) «изящно» вынимает косточку изо рта пальцами...
(*) Л.Макарова, актриса МХАТа, французское слово «ужас», транскрипцию которого Гоголь передал как «оррёр», произносит так: «оррэ́р»; т.е. – и не по-французски, и не по-гоголевски. Тот случай, когда надо бы добавлять: «простите мне мой французский»...
(*) Другой артист МХАТа (Б.Смирнов), читавший закадровый текст, в гоголевской фразе «Русь! вижу тебя, из моего чудного, прекрасного далёка тебя вижу!» – произносит «далека́». А ведь это уже даже не французский...

1979_МХАТ

Фильм-спектакль, цветной. Продолжительность: 2:35. ТО «Экран» (Гостелерадио СССР). Режиссеры В.Н.Богомолов, Ф.Глямшин.

Как становится понятно из начальных титров, это восстановленная постановка К.С.Станиславского по инсценировке М.А.Булгакова. Другими словами, «на афише» – роман Гоголя, а внутри – пьеса Булгакова.

Все действие происходит только на театральной сцене. Но эпизоды снимались в несколько заходов, это заметно по изменению грима.

С предыдущего мхатовского фильма-спектакля прошло 19 лет... Видимо, режиссеры посчитали какой-то особенной доблестью – задействовать тех же актеров:

ПерсонажВозрастАртист(ка)Возраст
в 1979
Возраст
в 1960
Коробочка50-70А.Зуева8364
Плюшкин60+Б.Петкер7758
Мижуев35-40Н.Кондратьев6445
Манилов35-40Ю.Леонидов6243
жена Манилова30-35Г.Калиновская6243

Таким образом, эти актеры оказались старше своих персонажей на 20-25 лет, и это, честно говоря, отчетливо видно в кадре. А Коробочка – уже, извините, еле шевелится. Как же она будет мчаться в город, чтобы узнать цены на мертвые души?..


Ошибки, не имеющие отношения к «замыслу», «трактовке» и т.п. высоким материям:

(*) С какой-то стати Чичиков ездит не в бричке, а в двухместной карете. И в цилиндре, хотя должен быть – в картузе:

гл. IГосподин скинул с себя картуз...
 
гл. IIIЧичиков взял в руки картуз.
 
гл. VII...взял в руки теплый картуз и с бумагами подмышкой отправился в гражданскую палату...
 
(*) «Интимная» сцена четы Маниловых разыграна почему-то прямо на губернаторской вечеринке. Можно подумать, у них собственный дом отобрали революционные матросы под Дворец пионэров...
(*) Как и в 1960_МХАТ, Ноздрев врывается на губернаторскую вечеринку в архалуке.
(*) Ноздрев с какого-то момента напяливает на себя все ту же «помещичью фуражку» (то к архалуку, то к фраку), и уже не снимает до конца фильма. Видать, в 1932 году какой-то костюмер ее придумал, и с тех пор весь МХАТ не может от нее избавиться...
(*) На Собакевиче – опять двубортный сюртук вместо фрака. (Интересно: не тот ли самый, что и двадцать лет назад?)
(*) Губернатору повесили на шею не орден Св.Анны II степени, как положено по тексту, а орден Св.Владимира III степени.
(*) О том, что прокурор имеет орден, нигде не говорится, а Гоголь наверняка упомянул бы, если бы имел; тем не менее, прокурору повесили на шею такой же орден Владимира III степени!
(*) Но и это не все: у почтмейстера, который вообще-то чином не вышел ордена иметь – такой же Владимир! Похоже, все трое в одном и том же подземном переходе свои фальшивые цацки приобретали...
(*) Беребендовский, Перхуновский и Куку зачем-то записаны в чиновники; хотя Куку упомянут Гоголем как «француз» и, скорее всего, был учителем чьих-то детей; а Беребендовский и Перхуновский упомянуты как дворяне, жители города N., а вовсе не чиновники.
(*) И снова – Чичиков выдает Плюшкину 24 рубля бумажных и 96 копеек монетками; за двадцать лет (четыре пятилетки!) так и не взрастили в СССР грамотного историка-консультанта...
(*) Очередной вариант «мхатовского» французского (в исполнении Т.Забродиной): «орро́р» вместо гоголевского «оррёр».
(*) У Гоголя Ноздрев объявляет, что он якобы пил вино, которое являлось одновременно и бургундским, и шампанским (оставим сейчас в стороне то́, что он ошибается в названии вин). Для любого элементарно образованного человека очевидно, что это невозможно, поскольку это две географически разные области; таким образом, Гоголь оставляет пространство для читательской фантазии: либо Ноздрев крайне необразован, либо «проверяет на вшивость» собеседника...

А на экране мы видим, как Ноздрев банально смешивает два разных вина в одной посуде... Вот за что́ постановщик гоголевскую шутку убил?! Что́ она ему сделала?.. Или все-таки не хватило образования гоголевский текст понять? Так ведь всего на год раньше, в 1978 г., на телеэкран вышел фильм «Д’Артаньян и три мушкетера», из которого любой гражданин СССР, начиная с шестилетнего возраста, выучил наизусть песенку д’Артаньяна (муз. М.Дунаевского, сл. Ю.Ряшенцева) с таким припевом:

Бургундия, Нормандия, Шампань или Прованс!
И в ваших жилах тоже есть огонь,
но умнице фортуне, ей-богу, не до вас,
пока не белом свете есть Гасконь!
Но, видать, и эта подсказка не помогла...

1969_ЛенТВ

Фильм-спектакль, черно-белый. Продолжительность: 2:35. Ленинградское телевидение. Режиссер А.А.Белинский.

Похоже, изначально это должен был быть спектакль (БДТ?) в трех действиях, судя по тому, что фильм имеет внутреннее деление на «части»: 0:44 + 0:54 + 0:57.

Все действие происходит только на театральной сцене, но эпизоды снимались с разных ракурсов и в несколько дублей.

Имеется в наличии персонаж «Автор», позаимствованный у Булгакова: сидит и бубнит текст «Мертвых душ»... Выглядит при этом крайне демократично (по-крестьянски, говоря прямо)... Естественно, ему легко удается занудить зрителей до полного изнеможения; и музычка за кадром – соответствующая, убаюкивающая. Похрапывание соседей не раздражает совершенно; и только изредка, далеко-далеко, на другом конце зрительного зала, вдруг раздастся одинокое шуршание фольги от шоколадки...


Об актерах. Некоторые из них – совершенно неожиданно – ведут себя как живые люди, а не как «маски». Трудно сказать, достоинство это или недостаток, ведь инсценировки претендовали не на «школьную иллюстрацию» (которая р-революционерами от театра почему-то была объявлена злом), а на «символическое эпическое обобщение», а в случае Гоголя – еще и на «пленительные фантасмагории»...


Несуразности:

(*) Чичиков – почему-то в цилиндре! Подумаешь, какой Пушкин выискался...
(*) Манилова всовывает в рот Манилову конфетку, после чего не переводя дыхания приглашает всех за обеденный стол. Пыталась перебить мужу аппетит? Чтобы меньше съел?..
(*) Ноздрев в трактире – одет совсем неправильно: в жилет и «сюртук на мерлушках» вместо архалука.
(*) Чичиков и Собакевич при встрече в деревне оба обуты в бальные туфли, что совершенно невозможно, – они должны быть в сапогах.
(*) Очередной Собакевич не умеет пользоваться ножом, ест баранину при помощи одной вилки.
(*) Очень неудачный Селифан: выехав из Маниловки, где, как известно, его плотно накормили и даже напоили допьяна, он почему-то произносит свой монолог крайне флегматично, да еще при этом все время что-то откусывает и жует. Неужели в гостях так и не наелся?
(*) Чичиков стал на балу интересоваться, кто́ автор «любовной» записки, полученной им накануне, уже после того, как увлекся губернаторской дочкой... Ошибка монтажа?
(*) В книге Плюшкин собирался угостить Чичикова:
гл. VI«...на полке есть сухарь из кулича, который привезла Александра Степановна, чтобы подали его к чаю!»
 

В фильме эта фраза звучит так:

«...на полке есть кулич из сухаря, который Александра Степановна привезла три года назад, чтобы подали его к чаю!»

Не заметили? Или лень было исправлять?..

1984_МосТВ

Телесериал (5 серий), цветной. Продолжительность: 6:25. ТО телефильмов киностудии «Мосфильм». Автор сценария и режиссер-постановщик – М.А.Швейцер.

К тому времени 64-летний Швейцер в качестве режиссера участвовал в постановке 12 фильмов, из которых 10 были экранизациями русской и советской классики (так спокойнее: в случае каких-либо претензий со стороны цензурных органов можно было заявить: «Ну, вы же это напечатали, значит – одобрили!»). Впоследствии один из его фильмов, «Золотой теленок» (1968), оказался «нетленкой», – в том смысле, что до сих пор (2020) никто не смог создать лучшего варианта. Надо сказать, что это отнюдь не плохой результат, – у сотен режиссеров «нетленок» нет вообще...

С первых кадров сериала бросается в глаза главное заимствование из булгаковской комедии: находящийся в Риме персонаж «Автор». Обращение к булгаковскому киносценарию менее очевидно, но заметно в ряде мелочей; в частности, именно Булгаков в своем киносценарии приписал Анне Григорьевне, «даме приятной во всех отношениях», авторство любовной записки Чичикову.

По фактуре сериала видно, что его бюджет сильно не ограничивали. Наконец-то – натурные съемки, улицы, усадьбы, лошади... Режиссер постарался тем или иным образом перенести на экран чуть ли не каждое слово литературной основы... Размах.

Но зрители встретили фильм, мягко говоря, сдержанно. Однако – поскольку это же был фильм знаменитого режиссера – неудачу приписали... Гоголю. Это Гоголь, оказывается, скучен. Спасибо, Швейцер!


Давайте попробуем разобраться в проблемах этого кинопроизведения.

На наш взгляд, первая и главная из них: режиссер забыл, что кино воспринимают в первую очередь органами зрения, следовательно, кино – это зрелище. А зрелище должно быть каким? – Правильно: зрелищным. А у Швейцера 30-35% метража – это «видеокнига»: сидит актер в гриме Гоголя и зачитывает вслух текст Гоголя (причем – почему-то пришепетывая и причмокивая, чуть ли не пальцами поправляя плохой зубной протез)...

«Одолжив» Автора, Швейцер получил вместе с ним все проблемы, которые этому персонажу сопутствовали. Другими словами, сценарист Швейцер поверил драматургу Булгакову (который «Автора» придумал), но режиссер Швейцер не поверил режиссеру Станиславскому (который от «Автора» избавился).

Но Швейцер пошел еще дальше, – он заставил актера озвучивать не только «авторские отступления» из «Мертвых душ», но и некоторые поздние гоголевские письма, вообще-то страдающие назойливым морализаторством. И становится понятно: создатели этого фильма – зрителю не доверяют, зритель у них – дурак, которому нужно всё в жизни разъяснить и наставить на путь...

Монологи Автора, а также неоправданно затянутые (чуть ли не в манере А.Тарковского) сцены из детства Чичикова, но особенно – монологи Автора! – безобразно тормозят действие. Просмотр серии превращается в мучение и напоминает ад автомобильной пробки: газ – 3 метра движения – тормоз, слушаем радио, «Литературные чтения»... газ – 3 метра – тормоз... и так – в течение часа с четвертью.

В результате – создается впечатление, что вообще ничего не происходит на протяжении всех 5 серий!

«Повесть о капитане Копейкине» – еще одна неудача фильма. Зритель вправе ожидать видеоряд: мосты Питера, повисшие над водами, шпили, Невский, великолепие генеральского дворца... Но нет, получаем еще одну «видеокнигу»: перед камерой мотается артист В.Золотухин в гриме почтмейстера и озвучивает (иначе не скажешь) текст Гоголя...

Наконец – приехали, финал. Но тут оказывается, что режиссер не знает, ка́к ему прекратить эту нескончаемую тягомотину. Нет, конечно, ему хотелось бы экранизировать ставшую хрестоматийной мчащуюся птицу-тройку-Русь... Но на практике, стоило бричке выехать на местность, на грунтовую дорогу, как колеса немедленно начинали вихлять, а лошади бесстыже спотыкались и тормозили. А литконсультант почему-то не подсказал, что тройки «неслись» по относительно прямым столбовым дорогам, а не по местным, «почтовым» и полевым...

Вот режиссер и лепил «финалы» один за другим, целых три штуки:

I. Толпа персонажей, чиновников города N, переодетых из мундиров – в партикулярное платье, и жужжащих какие-то куски из «авторских отступлений»... Просто брехтовщина какая-то, Театр на Таганке. А как же «система Станиславского, которой по праву гордится советское театральное и киноискусство»?..
II. Уже упомянутая неубедительная попытка пустить тройку вскачь по бугристой полевой дороге.
III. Девчонка Пелагея (крепостная Коробочки), бегущая вприпрыжку вслед за длинным Автором, дефилирующим в черной рясе по какому-то заросшему сорной травой сельхозугодью на фоне церкви... Типа, символ. Знать бы еще – символ чего...

Маститый уже к тому времени композитор А.Шнитке, видимо, введенный в заблуждение сценарием (автором которого тоже является Швейцер), написал музыку приблизительно для... мистического триллера. Спасибо, Шнитке!


Кое-что о кастинге. В фильме на заметных ролях заняты хорошие актеры; но чувствуется, что приглашены они не поэтому. Такое впечатление, что режиссер решил сэкономить на режиссерских установках актерам, подобрав себе «типажи» из других, успешных фильмов:

«Автор»

Высокомерная ухмылка на мефистофельских устах, по-паучьи шевелящиеся пальцы, частое нарочитое мигание в исполнении артиста А.Трофимова – это не Николай Васильевич Гоголь, это кардинал Ришелье из триумфально прошедшего по телеэкранам сериала «Д’Артаньян и три мушкетера» (1978).

Особенно нелепо грим Гоголя выглядит на длинном как жердь Трофимове (рост 197 см), если вдруг вспомнить, что рост Гоголя был всего 158 см. Если же персонаж Трофимова – это не Гоголь, то зачем он загримирован «под Гоголя»?..

Анна
Григорьевна,
прокурорша
Артистка И.Чурикова продолжила играть баронессу Якобину фон Мюнхгаузен из успевшего стать культовым телефильма «Тот самый Мюнхгаузен» (1979)... Согласимся: гоголевская «дама приятная во всех отношениях» действительно чем-то похожа на ту баронессу...
Софья
Ивановна
Л.Федосеева-Шукшина – продолжила играть колхозницу Любу Байкалову из знаменитого фильма «Калина красная» (1974)... Согласимся: «дама просто приятная» из Байкаловой таки получилась, – простовата, но забавна.
Лизанька
Манилова
Артистка Л.Удовиченко не знала, что делать перед камерой, поскольку не сумела самостоятельно вжиться в образ Маниловой, а режиссер ничего не подсказал... Поэтому мы видим горничную Адель из любимого зрителями телефильма «Летучая мышь» (1979), которой поручили «сыграть» не ее госпожу Розалинду, а Елизавету Манилову, причем – «с листа», без репетиций...
Феодулия
Ивановна
Собакевич

Артистка Е.Никищихина, по-видимому, была приглашена потому, что только что, играя Нину Андреевну Орлович, жену литератора, в чрезвычайно тепло принятом зрителями телефильме «Покровские ворота» (1982), с большим достоинством произносила убойную фразу: «Высокие, высокие отношения!»

Однако она абсолютно не годится на роль «статной как пальма» г-жи Собакевич. Еще и строила глазки Калягину (пардон, Чичикову) за обедом, хотя надменная манера поведения жены Собакевича описана Гоголем однозначно:

гл. VЗатем она уселась на диване, накрылась своим мериносовым платком и уже не двигнула более ни глазом, ни бровью, ни носом.

К тому же, несчастную «Орлович» заставили делать в кадре глупости: в романе Феодулия Ивановна толкнула мужа ногой в кровати от общей неуклюжести, а в фильме – актриса специально выпрастывает ногу из-под одеяла и ни с того ни с сего лупит Собакевича по спине!

А вот ошибки, которых легко было бы избежать, если подойти к делу чуть-чуть ответственней.


(*) Конюшня.


(*) Гардеробная.


(*) Числительные.


(*) Реалии.


(*) Нарушаются сословные нормы эпохи:


(*) Навязанный интим.


(*) «Политика».


(*) Шутки.

Вообще говоря, комическое – юмор, ирония, гротеск – любимое художественное средство Гоголя; пронизывает оно и «Мертвые души». Однако при попытке перенести гоголевские тексты на сцену или экран (или перевести на другой язык) – зачастую оказывается, что адекватно воспроизвести комическое Гоголя не так-то просто, его юмор и ирония слишком «тонки», плохо уловимы... И тогда некоторые «переводчики» не находят ничего лучшего, как заменить гоголевсктие шутки – своими собственными.

Вот, например, вставка в сцену двух дам, «просто приятной» и «приятной во всех отношениях»:

Софья Ивановна. Вообразите: в глухую полность, когда в доме всё спа́ло... или спало́?..
Анна Григорьевна. Ну-у... «уснуло».

Конечно, в данном антураже – смешная шутка. Но – такая не-гоголевская...

Или – вот:

Книга (Гоголь)

Иногда, глядя с крыльца на двор и на пруд, говорил он [Манилов] о том, как бы хорошо было, если бы вдруг от дома провести подземный ход или чрез пруд выстроить каменный мост, на котором бы были по обеим сторонам лавки, и чтобы в них сидели купцы и продавали разные мелкие товары, нужные для крестьян.
Фильм (Швейцер)

– А как хорошо было бы, душенька, как было бы славно – если бы взять и провести отсюда подземный ход. А выход – прямо на Театральную площадь в Москве, из таких железных труб, и чтобы на каждой версте медными заклепками клепать...1 Или через пруд перебросить каменный мост, как Понте-Риальто2, и чтобы по обеим сторонам были лавки, и в каждой сидели купцы и продавали нужные для крестьян товары: гвозди, хомуты, балалайки шиховской фабрики3, хлебный квас с изюмом, с сабзой... А?
Киносценарий (Булгаков)

– А хорошо бы, душенька, через этот пруд выстроить каменный мост, на котором бы были по обеим сторонам лавки, и чтобы в них сидели купцы. И... и продавали бы разные мелкие товары... А?
1 Это, видимо, шутка о вестибюле станций метро «Проспект Маркса»/«Площадь Свердлова». Ну-у... смешная, наверно... если это кино смотреть по черно-белому телику в деревне Гадюкино.
2 Ponte di Rialto, мост в Венеции... Какой Манилов образованный Швейцеру попался!
3 Очередная неумная отсебятина, к тому же – анахронизм: балалайки, произведенные мастерами села Шихово под Звенигородом, действительно известны с конца XVIII века, но фабрику открыли только в 1929 г.

(*) Некоторым персонажам, по примеру Булгакова, постановщик самочинно присвоил имена; причем, если Булгаков хотя бы использовал имена, имеющиеся в тексте Гоголя, то здесь – имена взяты строго с потолка:


(*) «Просто приятная дама» (Л.Федосеева-Шукшина) произносит «аррёр» вместо «оррёр». Режиссеру – плевать...


(*) «Причуды» монтажа: сначала Чичиков пьет из стакана фруктовую настойку, и только потом Коробочка ему приносит графинчик, из которого он эту настойку наливает в стакан... Перепутали дубли?

* * *

...Почему мы так долго ругали этот старый фильм?

Да потому, что этот огромный массив (6 час 25 мин!), в котором задействованы хорошие актеры, можно было бы использовать как полуфабрикат для альтернативной сборки!


25. Заключительные замечания

25.1. Прочитанная литература

Здесь обычно помещают длинный список книг и статей (иногда совершенно бесполезных) с единственной целью: предвосхитить возможные критические упреки, имеющие обыкновение начинаться с оборота: «Если бы вы дали себе труд прочесть такое-то сочинение...»

Однако в данном случае вместо длинного списка нам представляется вполне достаточным поместить цитату из эссе В.В.Набокова, который на тему библиографии к “Мертвым душам” высказался следующим образом:

Существуют, конечно, сотни русских работ. Некоторые очень хороши, но множество других принадлежат к нелепым направлениям вроде «Гоголь – живописец царской России», или «Гоголь-реалист», или «Гоголь – великий борец с крепостничеством и бюрократией», или «Гоголь – русский Диккенс». Беда в том, что, если я стану перечислять эти работы, я непременно попытаюсь развеять скуку, включая в список выдуманные названия и воображаемых авторов [...]

25.2. Благодарности

Автор выражает самую искреннюю благодарность:



Иерусалим, 2020

Условные обозначения

26.1. Рукописи “Мертвых душ” в обозначениях разных изданий

1889_
СС7
1951_
ПСС14
2012_
ПСС23
Описание (из 1951_ПСС14)Местона-
хождение
 –РМЧА1Первая сохранившаяся редакция (главы II-VI). Автограф.ОР РГБ
ИМРЛАК1Копия с многочисленными авторскими исправлениями. Почти полный текст поэмы; отсутствуют бо́льшая часть первой главы и отдельные листы из других глав.ОР РНБ
НРРКАК2Текст поэмы, написанный в большей своей части под диктовку Гоголя, с многочисленными авторскими исправлениями. Ряд листов — автографы. Текст почти полный; отсутствуют лишь отдельные листы.ИР НБУ
 –РГЧА6Глава XI (начиная с биографии Чичикова). Автограф. Редакция, близкая к печатной.ОР РНБ
ДПРПАК3Копия с рукописи РК, с поправками Гоголя. Полный текст поэмы.ОР РНБ
ЦРРЦАК4Цензурный экземпляр. Копия с поправками Гоголя и цензурными искажениями.НБ МГУ

26.2. Упоминаемые в книге издания “Мертвых душ”

ОбозначениеИзданиеРедакцияПримечания
1842_МД1 Похождения Чичикова, или Мертвые души. Поэма Н.Гоголя. – М.: Унив. тип., 1842. Н.В.Гоголь
1846_МД2 Похождения Чичикова, или Мертвые души. Поэма Н.Гоголя. Издание второе. – М.: Унив. тип., 1846. 1842_МД1
1889_СС7 Сочинения Н.В.Гоголя в 7 томах. 10-е изд. – М.: Книжн. маг. В.Думнова, 1889. Том 3. Н.С.Тихонравов
1919_ЛИТО Н.В.Гоголь. Мертвые души: Поэма. – Петербург: Литературно-издательский отдел Наркомпрос, 1919. (Народная библиотека). 1889_СС7 +
новая орф.
1928_СС3 Н.Гоголь. Сочинения (в трех томах). М.-Л.: Госиздат, 1928. Том 3. 1919_ЛИТО
К.И.Халабаев,
Б.М.Эйхенбаум
1934_ГИХЛ Н.В.Гоголь. “Мертвые души”. – М.-Л.: Гослитиздат, 1934. (Книгу – социалистической деревне. Дешевая библиотека). 1928_СС3 Б.Х.Черняк
1937_Academia Н.В.Гоголь. “Мертвые души”. – М.-Л.: Academia, 1937. 1928_СС3
1937_СС6 Н.В.Гоголь. Собрание сочинений в 6 томах. – М.: Художественная литература, 1937. Том 5. 1937_Academia
Н.С.Ашукин,
В.Ф.Переверзев,
М.Б.Храпченко
Н.С.Ашукин
1948_ГИХЛ Н.В.Гоголь. “Мертвые души”. – М.-Л.: Гослитиздат, 1948. 1951_ПСС14*
1949_Детгиз Н.В.Гоголь. “Мертвые души”. – М.-Л.: Детгиз, 1949. (Школьная библиотека). 1951_ПСС14* Н.С.Ашукин
1949_СС6 Н.В.Гоголь. Собрание сочинений в 6 томах. – М.: ГИХЛ, 1949. Том 5. 1951_ПСС14* В.А.Жданов,
Э.Е.Зайденшнур
1951_ПСС14 Н.В.Гоголь. Полное собрание сочинений в 14 томах. – М.: Изд-во АН СССР, 1937-1952. Том 6. 1937_Academia
В.А.Жданов,
Э.Е.Зайденшнур
1952_СС5,
1959_СС5**
Н.В.Гоголь. Собрание сочинений в 5 томах. – М.: Изд-во АН СССР, 1951-1952, 1959. Том 5. 1951_ПСС14
И.Н.Медведева
И.Н.Медведева
1952_СС4 Н.Гоголь. Собрание сочинений в 4 томах. – М.: Правда, 1952. Том 3. (Библиотека Огонек). 1937_Academia +
мин. правка
В.А.Жданов,
Э.Е.Зайденшнур
1953_СС6 Н.В.Гоголь. Собрание сочинений в 6 томах. – М.: ГИХЛ, 1953. Том 5. А.Л.Слонимский А.Л.Слонимский
1957_Детгиз Н.В.Гоголь. “Мертвые души”. – М.: Детгиз, 1957. 1953_СС6 Н.С.Ашукин,
А.Л.Слонимский
1959_СС6 Н.В.Гоголь. Собрание сочинений в 6 томах. – М.: ГИХЛ, 1959. Том 5. 1953_СС6
А.Л.Слонимский,
Е.И.Прохоров
А.Л.Слонимский
1967_СС7 Н.В.Гоголь. Собрание сочинений в 7 томах. – М.: Художественная литература, 1967. Том 5. С.И.Машинский С.И.Машинский
1968_Детлит Н.В.Гоголь. “Мертвые души”. – М.: Детлит, 1968. (Школьная библиотека). 1959_СС6 [1957_Детгиз]
1968_СС4 Н.Гоголь. Собрание сочинений в 4 томах. – М.: Правда, 1968. Том 3. (Библиотека Огонек).
?
С.И.Машинский
1975_БВЛ Н.В.Гоголь. Повести. Пьесы. “Мертвые души”. Библиотека всемирной литературы, том 75. – М.: Художественная литература, 1975. не указано Ю.В.Манн
1977_МосРаб Н.В.Гоголь. Ревизор. Мертвые души. – М.: Московский рабочий, 1977.
?
[1959_СС6]
1982_Прос Н.В.Гоголь. Мертвые души. – М.: Просвещение, 1982.
?
М.Г.Качурин
1982_БМЛД Н.В.Гоголь. М.Е.Салтыков-Щедрин. Библиотека мировой литературы для детей, том 9. – М.: Дет.лит., 1982. не указано К.И.Тюнькин
1984_СС8 Н.В.Гоголь. Собрание сочинений в 8 томах. – М.: Правда, 1984. Том 5. (Библиотека Огонек). 1968_СС4 [1968_СС4]
1978_СС7,
1985_СС7**
Н.В.Гоголь. Собрание сочинений в 7 томах. – М.: Художественная литература, 1985. Том 5. 1967_СС7 [1968_СС4]
1988_СовРос Н.В.Гоголь. “Мертвые души”. – М.: Советская Россия, 1988. 1985_СС7 В.А.Воропаев
1994_СС9 Н.В.Гоголь. Собрание сочинений в 9 томах. – М.: Русская книга, 1994. Том 5.
?
В.А.Воропаев,
И.А.Виноградов
2001_СС8 Н.В.Гоголь. Собрание сочинений в 8 томах. – М.: Терра, 1999-2001. Том 5. Составитель О.Дорофеев.
?
[1985_СС7]
2001_Детлит Н.В.Гоголь. “Мертвые души”. – М.: Детская литература, 2001.
?
И.А.Виноградов,
В.А.Воропаев
2006_Эксмо Н.В.Гоголь. “Мертвые души”. – М.: Эксмо, 2006, 2008.
?
А.Терехова
2008_ВитаНова Н.В.Гоголь. Мертвые души. – СПб.: Вита Нова, 2008. 1975_БВЛ Ю.В.Манн
2009_ПСС17 Н.В.Гоголь. Полное собрание сочинений и писем в 17 томах. – М.: Издательство Московской Патриархии, 2009. Том 5. И.А.Виноградов,
В.А.Воропаев
И.А.Виноградов,
В.А.Воропаев
2010_АСТ Н.Гоголь. Мертвые души. Ревизор. Женитьба. – М.: АСТ / Полиграфиздат, 2010.
?
В.А.Воропаев
2012_ПСС23 Н.В.Гоголь. Полное собрание сочинений в 23 томах. – М.: Наука, 2012. Том 7, кн. 2. И.А.Зайцева,
H.A.Виноградская
Ю.В.Манн,
Е.Е.Дмитриева
2005_АСТ,
2019_АСТ**
Н.В.Гоголь. “Мертвые души”. – М.: АСТ, 2005 (2008, 2009, 2014, 2018, 2019). = Астрель, 2007 (2009, 2010, 2012). 1975_БВЛ /
1953_СС6
не указано
2017_Речь Н.В.Гоголь. “Мертвые души”. – СПб.: Речь, 2017, 2018.
?
[1957_Детгиз]
* Это не ошибка: текст, официально подготовленный для 1951_ПСС14, несколько раз был издан ранее, в других из­да­тель­ствах и в рамках других изданий.
** Собрания Гоголя неоднократно переиздавались без изменений; в этих случаях мы ссылаемся на одно из одинаковых изданий.

26.3. Неоднократно упоминаемые источники

1863_ДальВ.И.Даль. Толковый словарь живого великорусского языка. В 4 томах. – М.: ОЛРС, 1863-1866.
1890_ЭСБЕЭнциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. В 86 томах. – СПб, 1890-1907.
1935_УшаковТолковый словарь русского языка. Под ред. Д.Н.Ушакова. В 4 томах. – М.: Сов. энциклопедия, 1935-1940.
1974_СЧЕ.С.Смирнова-Чикина. Поэма Н.В.Гоголя “Мертвые души”. Комментарий. Пособие для учителя. Издание второе, исправленное. – Л.: Просвещение, 1974.
1995_КирсановаР.М.Кирсанова. Костюм в русской художественной культуре. – М.: БРЭ, 1995.